Екатерина Юрьевна Васина 
Сомниум. Пробуждение

Революция NEXT – 

Сомниум – 1

http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=22167430
«Сомниум. Пробуждение»: Издательство «Э»; Москва; 2016
ISBN 978-5-699-93167-5
Аннотация

В недалеком будущем у людей не осталось права выбора. Лишь постоянный страх перед теми, кого они называют Богами. Земля поделена на зоны. В них проводятся различные эксперименты по выведению особо вкусных «душ», «выпиваемых» затем Богами…
Алана всегда считала Богов главным злом. До тех пор, пока один из них не показал, какой может быть жизнь вне относительно безопасной Зоны.
Норд за много лет привык называть остатки человечества Скотом. До тех пор, пока сам не оказался на месте Скота…
Скоро им предстоит узнать, что не все подвластно воле Богов.

Екатерина Васина
Сомниум
Пробуждение

© Васина Е. Ю., 2016
© Оформление. ООО «Издательство „Э“», 2016

Глава 1

Самое отвратительное в неприятностях то, что они чаще всего случаются неожиданно. Знай Алана, какой кошмар произойдет в день, после которого вся ее жизнь покатится к чертям, она бы постаралась придумать выход. Уговорила родителей сбежать, подняла панику, вооружилась, в конце концов.
Но девушка, пребывая в счастливом неведении, сидела на крыльце дома и перебирала записи деда – известного сказителя. Два года назад его забрали на Сборах, и Алана решила сама рассказывать другим людям о временах, когда не было Сборов и Богов. Когда человеческие души не считались лакомством для тех, кто жил высоко над Землей.
Алана сплюнула и, подняв взгляд к белесому раскаленному небу, скорчила рожицу.
– Ах ты ж дрянь! – к несчастью, соседка заметила поступок девушки и перепугалась. – Навлечешь на нас гнев Богов, мерзавка!
Надтреснутый визг набирал обороты, проходившая по улице кошка прижала уши и удрала.
– И как же у таких почтенных родителей такая мразота-то родилась? Куда смотрят? Замуж не идет, сказительницей заделалась! Вот тварина, еще и Богов не боится и не чтит.
– Пасть закрой, – огрызнулась Алана. – Богам плевать на то, кланяемся мы им или показываем вот это! – Она продемонстрировала небу жест с оттопыренным средним пальцем. Соседка схватилась за сердце и заголосила:
– Посмотрите, люди добрые, навлечет эта дрянь Сборы! И лишимся мы наших родных и любимых!
«Люди добрые» отреагировали вяло по одной причине: их на узкой и прокаленной летним зноем улице почти не наблюдалось. Все, кроме особо ленивых и больных, веселились на главной площади города. Так что крики скандалистки остались неуслышанными. А Алана, еще раз продемонстрировав непристойный жест, встала и ушла в дом, захлопнув дверь. Вопли резко стали едва слышными.
– Сборы, Сборы, – она затянула ремень на выцветших брюках из плотной ткани, расстегнула верхнюю пуговицу светлой тонкой рубашки, – они в любом случае будут, стану я тут факи показывать или нет.
Умывшись водой из бочки, стоявшей в углу темной кухни, Алана переплела темные волосы, смочила их на висках и выскочила из дома.
В спину что-то выкрикнула соседка, но Алана даже не стала оборачиваться. Держась вдоль каменных прохладных стен домов, она поспешила на площадь, вместе с теми, кому тоже пришлось задержаться дома. Ее обогнала Миранда – одна из признанных городских красавиц. Ей, как и Алане, на днях исполнился двадцать один год. Многие девушки к этому возрасту уже обзаводились вторым ребенком, но у Миранды и ее мужа все никак не получалось обзавестись потомством.
В городах ходили слухи, что беременные защищены от Сборов. Алана же качала головой: вряд ли от Богов вообще можно защититься. И женщин они не трогают скорее всего из-за потребности в новых душах, а когда, по их мнению, людей расплодится слишком много, то могут попробовать и души беременных вместе с не родившимися еще детьми. От таких мыслей становилось холодно в животе, не хотелось ни замуж, ни рожать.
– Это все дед тебя испортил, – сетовала мать – еще молодая и довольно красивая женщина. – Забил голову дурью! А тебе о безопасности думать надо! Как я жить буду, если дочку Сборы заберут?
– Поперхнется, – злобно ответила тогда Алана.
Мать сначала онемела, затем закатила жуткую истерику. А отец едва не выпорол среднюю дочь. И долго объяснял ей, почему не стоит так отзываться о Богах. Накликать можно что угодно! Они все слышат и видят.
Алана заставила себя не косить взглядом на золотисто-розовое предзакатное небо. Сборы могут начаться в любой момент. И если постоянно о них думать, то можно сойти с ума. Алана видела таких людей, они вызывали жалость пополам с брезгливостью. Она и сама боялась. Боялась и ненавидела тех, кого называли Богами. Но страх рождал желание защищаться, так что небольшие ножны с кинжалом, прикрепленные к голени, всегда были при Алане.
Поплутав узкими улочками, она вышла на круглую, стиснутую домами площадь. Казалось, сегодня здесь собрался весь город. Красно-оранжевые лучи заходящего солнца освещали шумную ярмарку и не менее шумное место, где уже начинались танцы и слышались первые звуки веселой песни. В стороне от танцующих ставили полукругом скамейки и разводили костер. Ночи стояли прохладные, и те, кто будет слушать сказания, наверняка оценят такую предусмотрительность. Алана с жадностью посмотрела в ту сторону. К легендам и сказаниям ее пристрастил дед – чудом избежавший многочисленных Сборов и доживший до весьма преклонных лет. От него порой Алана слышала совсем уже чудные вещи: мол, раньше люди и Боги были равны, Сборов не существовало, а поцелуй в губы вовсе не считался запретным. Рассказывал еще про огромных железных птиц, которых называл «самолеты». Как они переносили по воздуху много людей. И никаких Запретных Зон, ни единой. Все это дед слышал от прадеда Аланы, а тот – от своего отца. А сама она с жадностью впитывала истории. От них веяло необычным, захватывающим дух. В них не было постоянного страха перед Сборами, они звучали, словно музыка из свободных земель. Хотя вряд ли такие существовали. Порой долетали слухи, что на самом деле нет никаких Запретных Зон, а начинается там свободная от Богов территория… Но слухам мало верили – ведь проход в Земли закрыт. Любого, кто осмеливался пересечь границу, убивало проклятие Богов, рассыпало в прах. Но только людей, а вот животных и птиц не трогало. И торговцев со сказителями. Потому их не любили особо, считали едва ли не приспешниками Богов. Хотя и трогать опасались.
– Алана! – Звонкий голос заставил ее завертеть головой. К ней спешила поразительной красоты брюнетка. Элиза всегда ухитрялась разглядеть знакомых даже в самой плотной толпе. А уж не заметить ее и вовсе было невозможно. Стройная и гибкая, в ярком синем платье, под цвет глаз, и с распущенными черными волосами.
– Привет, молодая сказительница! – Она порывисто обняла Алану, отстранилась, сверкая синими глазами. – Тут столько симпатичных парней приехало! Пойдем скорее, пойдем! Там сейчас начнутся танцы! Я тебя познакомлю с братьями-близнецами, они просто душки! И хотят тебя послушать. – Она подмигнула подруге, словно в слово «послушать» вкладывала нечто другое.
– Ты все же решила образумиться и найти себе жениха? – спросила Алана, едва поспевая за Элизой. Но та покачала головой и прокричала на ухо подруге, перекрывая шум толпы вокруг:
– Нет, я знаю, что достойна большего. – С этими словами она незаметно ткнула пальцем вверх, в закатное небо. Алана только закатила глаза. Если она не боялась Богов и знала, что в случае Сборов дорого отдаст свою жизнь и душу, то Элиза мечтала стать возлюбленной одного из них.
– Тут продают шикарные бусы, – продолжала кричать Элиза на ухо почти оглохшей Алане, – и браслеты! Я купила один, смотри, какая прелесть!
Она сунула подруге под нос тонкое загорелое запястье, на котором красовался широкий медный браслет с вкраплениями светло-зеленых камней.
– Мило, – одобрила Алана. У нее лишних денег на такие вещи не водилось. А когда появлялись, то она предпочитала тратить их на более практичные вещи. На новые штаны или на уроки рукопашного боя, которые давал живший на ее улице мастер.
Протолкавшись через торговые ряды, почти оглохнув от криков продавцов и покупателей, избежав многочисленных искушений потратить и без того небольшой запас денег, подруги вышли к танцплощадке. Здесь уже веселились первые желающие под музыку местных групп.
– Вон они! – Элиза, яркая, как экзотическая бабочка, помахала рукой двум темноволосым статным близнецам. – Аланка, давай уже, выходи замуж.
– Сама выходи, – отрезала подруга. – Ты мое мнение знаешь. Не хватало еще влюбляться, а потом бояться потерять мужа или детей. Хрен им, а не новые души.
Братья-близнецы и правда оказались милыми веселыми парнями из города Хорстар на границе с Запретной Зоной. Засыпав девушек комплиментами, они утащили их танцевать под быстро темнеющим небом. Заводная мелодия смешивалась с постепенно стихающим гулом ярмарки и взлетала вверх, к сверкающим звездам и полной луне. На площади зажглись большие круглые фонари, висевшие на тонких столбах. Побыв пару часов на солнце, они затем светили всю ночь, ярко и ровно. Никто уже и не знал, откуда их принесли: с руин, являвшихся частью Викстрита и тянувшихся на десятки километров, или же из других мест. Таких вещей в городе было довольно много, и часто они, выходя из строя, оказывались незаменимыми. Ходили слухи, что где-то есть города, полностью восстановленные из руин. И живут там любимцы Богов, души которых неприкосновенны. Но слухи оставались слухами и будоражили воображение только молодых девушек. Торговцы же и сказители предпочитали молчать об увиденном за границей местных земель.

* * *

– Ну почему нет ни одной истории про любовь Бога и девушки?
– Когда ты уже уймешься?
– Когда встречу его, – с придыханием откликнулась Элиза. Синие глаза сверкали в предвкушении.
– Когда ты его встретишь, – сообщила мрачно Алана, – то первое и последнее, что увидишь, – будет его приближающаяся рожа. А потом это дерьмо высосет из тебя душу и отшвырнет прочь. Вот и вся любовь.
– О, заткнись, ты слишком пессимистично смотришь. – Подруга решила замять тему и поинтересовалась: – А что ты будешь рассказывать?
Алана покосилась на импровизированную деревянную сцену, с которой уже вещал один из приезжих сказителей. Судя по смешкам и шепоту вокруг, вниманием зрителей он не завладел.
– Про большой город, где миллионы жителей, где вечерами все дома начинают светиться сами по себе. Где можно быть кем хочешь, можешь отправиться в любую точку мира… – Голос Аланы подернулся легкой дымкой мечтательности. – И у людей есть оружие, чтобы победить любого. В моем рассказе на них попытаются напасть Боги. Но Богов убьют. А последнего посадят в клетку и станут возить по всему миру!
– Богов убить нельзя, – испугалась Элиза.
– Покалечить можно, – парировала подруга, от души надеясь, что права.
Проверить, правда, пока не удалось. Одни Сборы уже проходили в Викстрите, лет пять назад. Тогда Алана лежала в постели, подхватив жестокую ангину. Казалось, что горло распухло изнутри и светится багрово-красным. Глотать и дышать было практически невозможно, а высокая температура то и дело бросала Алану навстречу отвратительным галлюцинациям. В один из таких приступов ей почудилось, что в открытое окно заглянул незнакомый и невероятно красивый мужчина. Ведь явный бред! Алана лежала в спальне на втором этаже, да и таких красивых особей в реальности просто не могло существовать. Так что она лишь блаженно улыбнулась, когда незнакомец невероятно быстрым движением очутился в комнате. Потом, видимо, потеряла сознание, а очнувшись, поняла, что здорова. Абсолютно.
Чуть позже, вспоминая незнакомца из горячечного бреда, Алана понимала, что в память врезались лишь яркие зеленые глаза и собранные в хвост серебристые волосы. Жаль, он стал ее личным идеалом, пусть и из мира грез.
На сцену вышел другой сказитель, и по рукам Аланы пробежали мурашки: следующая очередь была ее. Как воспримут слушатели новую и неопытную сказительницу? Алане не хотелось получить огрызком яблока в лицо. Вытерев о штаны внезапно вспотевшие ладони, подумала, как вел бы себя на ее месте дед.
«Пожалуйста, – она увидела искру, прочертившую темно-синий небосклон, – пожалуйста, пусть у меня получится. Я хочу стать сказителем, хочу уйти далеко-далеко».
– Звезда падает, – зачарованно проговорила Элиза. – Я желание загадала. Хочу встретить своего любимого!
– А я тоже… – Алана заморгала, глядя, как еще одна «звезда» прочертила небосвод, оставляя яркий след. Зародившийся страх колючей ледяной змеей прополз вдоль позвоночника еще до того, как раздался дикий крик с площади. И от него, словно от тлеющего уголька, разгорелся костер паники.
– Сборы! Боги пришли за нашими душами!

Глава 2

Серебристая монетка подлетала в воздух и падала на пол тысячу пятьдесят два раза в секунду. Обычный человек не сумел бы увидеть ее в полете. Однако Норд уже давно не мог применить к себе термин «обычный». Количество подбрасываний ограничивалось возможностями той части мозга, в которой еще оставалось что-то человеческое. Вычислительному блоку не составит труда «играть» гораздо быстрее, но тогда субъективное сознание получит только результат игры.
Монетка в полной тишине виртуального пространства взлетала вверх и ударялась об пол. И снова взлетала вверх. Норду оставалось лишь угадывать, что выпадет в следующий раз. Никаких математических расчетов, никаких внешних воздействий. Чистое везение, совершенно независящее от вычислительных приспособлений человека. Именно поэтому игра была весьма популярна уже много лет.
«Еще немного, и я обгоню Третьего».
Норд тут же поплатился за преждевременное торжество: вместо загаданного орла выпала решка. Одновременно на общедоступный интерфейс защитной системы сознания поступило сообщение. Автоматические проверки не выявили стандартных и возможных угроз и пропустили дальше.
Норд лениво просмотрел его. В сообщении говорилось о спецприказе на одну душу на предстоящем Сборе. Неожиданно для себя тот, кто был одним из Коллекторов, почувствовал слабый укол любопытства. Подобные спецприказы выдавались либо на экземпляры с экзотическими душами, либо на тех, с кем желали поразвлечься.
Записав спецзаказ на себя, Норд развернул файл объекта и внимательно вгляделся в трехмерное изображение. Девушка. Двадцать один год. Физические параметры – в норме, психические – в норме, с поправкой на генную модификацию. Внешность – тут начинались сложности. На первый взгляд, ничего особенного, вот только что-то давно забытое всколыхнулось при виде «объекта». Чем дольше смотрел, тем сильнее появлялось странное, раздражающее чувство. Это лицо было ему знакомо уже давно. Не забывалось, даже когда все остальное покрывалось пеплом забвения. Оно напоминало о другой жизни, от которой в памяти остались лишь неясные образы. И приходили они в основном во сне. В отличие от остальных людей Норд не разучился видеть сны: обрывки прошлой жизни, кажущейся теперь миражом.
Получив подтверждение, что заявка принята, Норд вышел из виртуальной реальности, оставив активным лишь чат с остальными Коллекторами. Пора было выдвигаться на Землю. Ярко и незабываемо, даря страх скоту. Норд мысленно попросил корабль приготовить капсулу для спуска. Сам же, убедившись, что остальные тоже готовы, на секунду еще раз открыл фото «спецзаказа», да так его и оставил висеть в активе. Сам не понял зачем.
Корабль Коллектора представлял собой небольшую черную сферу, невидимую во всем электромагнитном спектре и вращающуюся вокруг Земли по сильно вытянутой орбите. Он фактически был телом Норда и управлялся командами, поступающими напрямую из мозга – симбиоза нейронных сетей и сложной электроники. Изнутри он казался холодным и неуютным из-за белого яркого освещения и светлых стен. Впрочем, обстановка, при желании Коллектора могла моментально изменить облик. В первое время Норд развлекался тем, что превращал ее то в подобие рубки древних космических кораблей, то в обычную земную квартиру, а то в нечто яркое, футуристическое и плохо воспринимаемое неподготовленным человеческим мозгом. В конце концов, заскучал и оставил скудно обставленный светлый интерьер.
На других орбитах вокруг Венеры, Марса и остальных планет системы так же перемещались его коллеги. Или, как называл их скот, живущий на Земле, Боги. Кроме основных кораблей, в пространстве пряталось множество вспомогательных спутников, кораблей-двойников и прочего оборудования, с которым каждый из людей имел постоянную связь. Сам Норд иногда представлял себя чем-то вроде осьминога, где он являлся головой, а корабли – многочисленными щупальцами.
Прозрачные капсулы с Коллекторами приземлились на Викстрит, одним своим видом внушая страх и панику. Конечно, они могли спуститься на Землю незамеченными, но так было неинтересно. Сборы – одно из немногих развлечений, которое хоть на время могло отогнать скуку.
Скука – главная проблема всесильного и всезнающего бессмертия.
Потому Норд и не ушел до сих пор из Коллекторов, предпочитая бороться с искушением сорваться и выпить души, а не исчезнуть насовсем в виртуальной реальности или уничтожить личность прямой стимуляцией центра удовольствия. Многие исчезли навсегда, улетев за пределы Млечного Пути.
Сегодня их было семеро для сбора тридцати обычных особей и одного «спецзаказа».
«Вот эту не трогать», – высветилось в чате сообщение от одного из коллег, пока они выскакивали из капсул.
«Это не спецзаказ», – возразил Норд.
«Это мой бонус», – последовал ответ. «Бонус» означал, что Коллектор имеет право выпить одну душу на выбор во время сбора.
«Твой бонус убегает вместе с моим спецзаказом», – заметил Норд, в то время как остальные Коллекторы устремились в погоню за объектами. И опять: в их силах все было сделать быстро и без шума, но весь кайф состоял именно в атмосфере Сборов. Гонка охотников и добычи. Адреналин, который так редко ощущали теперь люди. Дикая Охота, пришедшая из легенд и воплотившаяся в современном и жестоком образе.
Каждый Сбор имел свой сценарий, правила «игры» и соответствующие ограничения. Обычно Коллекторы участвовали лично, в настоящем облике или измененном, если того требовал сценарий. Скорость реакции, сила ограничивались на уровне очень сильного скота – жертва должна иметь возможность сбежать или отразить атаку, иначе терялась большая часть удовольствия от игры. Ограничения имели неприятную сторону – во время Сборов охранные системы Коллекторов, лишенные личности хозяина, становились уязвимы, так что каждому участнику приходилось полагаться в основном на помощь коллег по фракции, это тоже придавало пикантную остроту.
Хотя для «спецзаказа» обычные правила не действовали, Норд решил немного поиграть. Дав «спецобъекту» небольшую фору, он отправился вслед кружным путем. Потерять ее было невозможно: выпущенные им микродроны неслись за девушкой, передавая изображение непосредственно в мозг Норда.
Первые мгновения Сборов для Норда всегда были самыми тяжелыми. Словно ослеп и оглох, при этом еще и оказался парализован. Реакции замедлены в тысячу раз, тело неповоротливое и уязвимое. В такие мгновения Норду становилось почти жаль скот. Впрочем, подобные чувства едва ли длились больше мгновения. Во время Сборов не стоило отвлекаться, всегда оставалась опасность быть раненым. Порой достаточно серьезно.
Когда ты бессмертен, то порой так и тянет подергать смерть за усы.

* * *

Алана думала, что подготовилась к Сборам. Оказывается, она себя переоценила. Нельзя подготовиться к возможности быть убитой. Весь организм требует бежать и прятаться, не важно где. Просто зарыться в самую глубокую нору и не вылезать как можно дольше. Липкий страх, от которого слабеют и начинают дрожать ноги, паника, путающая мысли, и желание бежать. Бежать как можно дальше, заткнув уши и визжа на одной ноте.
Алана, держа Элизу за руку, помчалась сквозь охваченную паникой толпу, рискуя быть сбитой с ног и затоптанной. Как, например, пожилая женщина, упавшая и ударившаяся затылком о мостовую. Или споткнувшийся мужчина, по которому пробежали несколько десятков человек. Алана на бегу придержала какого-то малыша, а затем его перехватила рыдающая женщина. Они быстро скрылись в толпе, а подруги продолжили пробираться к одному из переулков. В суматохе Алане отдавили ногу, двинули по ребрам, но она лишь поморщилась.
Прозрачная капсула приземлилась буквально в двух метрах от подруг, в щепки разнеся один из наспех возведенных прилавков. В стороны брызнули остатки фруктов и овощей, пара капель попала на лицо Аланы. Та шарахнулась в сторону, дергая Элизу, и тут увидела Бога. Высокий и широкоплечий, в угольно-черном облегающем наряде, он стоял в капсуле, в упор глядя на Алану. А та замерла, чувствуя себя сусликом, на которого падает орел.
Зеленые яркие глаза на невероятно красивом, но жестком лице с прямым носом и узкими губами, странные серебристые волосы, стянутые в высокий хвост, – тот, кто являлся ей в бреду, теперь возник в реальности.
К счастью, временный ступор Аланы продолжался не более мгновения. Дернув также замершую Элизу, девушка помчалась дальше, благо народ как раз шарахнулся в сторону и впереди образовалось свободное пространство. Алана нырнула в ближайший переулок и прижалась к стене, заставляя подругу повторить маневр.
«Боги сильнее нас, – любил говорить дедушка, – значит, ты должна стать ловчее и хитрее. Крысы вон тоже слабее человека, а дурят нас так, что порой диву даешься».
Но как же быть с пониманием, что, кажется, именно этот Бог пять лет назад вылечил ее? Зачем? Алана в альтруизм Богов не верила.
– Слушай… сюда! – Алана старалась перевести дыхание, со свистом вырывавшееся из груди. А заодно не дать Элизе высунуться из укрытия. Здесь пока было тихо, но вряд ли надолго.
– Что? – Подруга все пыталась посмотреть, где там Боги. – Ты видела? Ты их видела? Он смотрел прямо на нас! Он прекрасен!
– Элиза, – Алана встряхнула подругу, – прием, ты слышишь? Мы сейчас бежим к руинам. Изо всех сил. Даже если сил нет, все равно беги.
– У него такие серебристые волосы, – продолжала Элиза, наматывая черный локон на палец. – А фигура! Сплошные мышцы! О-о-о-о, я хотела бы увидеть его без одежды!
И без того хлипкое терпение Аланы дало трещину. Залепив подруге пощечину, она рявкнула в голос:
– Ты! Взяла себя в руки! Они здесь для того, чтобы убить нас, поняла? Не взять к себе, не сделать возлюбленными. Таких приятных фишек в арсенале нет. Так что прекрати пускать слюни и иди за мной.
Не давая время Элизе на обиду, схватила за руку и буквально поволокла за собой. Первые пять метров. Затем подруга все же поняла, что не время демонстрировать обожание, и прибавила скорости. Тем более сзади послышались крики и топот, словно за кем-то гнались.
Один переулок, второй. Метнулась в сторону кричащая женщина с двумя детьми-подростками, какой-то тип попытался протиснуться в узкое окно подвала, да так и застрял. Алана пригнулась, заставив сделать то же самое и Элизу. Они спрятались за низким каменным парапетом, пропуская группу бегущих людей. За ними никто не гнался, но девушки на всякий случай немного посидели в укрытии, после чего свернули в другой проулок.
– Не могу больше! – прохныкала Элиза, обувь которой выглядела весьма симпатично, но бегать в ней оказалось нелегко. К тому же новые туфельки успели натереть ноги, и теперь девушка хромала.
– Терпи. – Алана дернула подругу за руку и тут же добавила более мягким тоном: – Соберись, чуть-чуть осталось.
До руин и правда оставалось совсем немного. И это придало Алане второе дыхание. Их она выучила наизусть и знала, как спрятаться, чтобы не нашел ни один Бог. Большая часть руин тянулась под землей, куда вело множество ходов, в основном полузасыпанных или с обвалившимися лестницами. Но если спуститься по одной из лифтовых шахт, то дальше будет проще.
К тому же Алана надеялась, что Боги решили провести Сборы ближе к центру города, где сейчас находилось большинство жителей и гостей Викстрита.
Запнувшись о выступающий камень мостовой, девушка чуть не упала, чудом выпрямилась и продолжила бежать. Воздух казался раскаленным, обжигал легкие, сердце колотилось и требовало отдыха.
«Потом отдохну».
Алана потянула запинавшуюся Элизу за собой и проговорила, пытаясь приободрить подругу:
– Давай, еще немного, и сможешь отдохнуть, представляя в подробностях своего Бога.
Им оставалось буквально метров десять, когда из-за угла вышел Бог. Алана успела затормозить, проскользив по булыжникам мостовой и едва не упав. Сзади ей в спину ткнулась Элиза и громко охнула от восхищения.
И этот Бог был ошеломительно, потрясающе красив. Пятясь назад и держа подругу за руку, Алана вдруг поняла, почему сказки о любви между Богами и девушками так популярны. Хотя, по ее мнению, вздыхать о том, кто хочет тебя убить, – глупо.
Вот и сейчас больше всего хотелось убежать, а не пасть в объятия черноволосого статного мужчины, похожего на ожившую статую.
– Идем! – Она дернула Элизу за руку, а в следующее мгновение летела на землю, спутанная почти невидимой, но крепкой сетью.
Зеленоглазый Бог из видений появился бесшумно и словно из ниоткуда. Но именно он обездвижил ее, так что Алана могла лишь извиваться на мостовой и орать. А что еще оставалось делать?
– Беги! – Она надеялась, что подруга все же сумеет спастись. – Элиза, мать твою, убегай отсюда!
Тщетно. Красавица застыла, не сводя взгляда с черноволосого Бога. А тот протянул ей руку и проговорил голосом, от которого даже у Аланы мурашки пробежали по телу:
– Ты – моя, иди ко мне.
– Беги, дура! – завизжала девушка. Она бы вскочила, только сеть спутывала все больше. Спиной чувствуя взгляд второго Бога, Алана продолжала упрямо биться в ней и пытаться достучаться до подруги. Куда там! Полностью покоренная, Элиза шла к позвавшему ее. Казалось, что сейчас для нее существовал лишь темноволосый красавец с удивительными золотистыми глазами и в угольно-черном облегающем костюме. А тот улыбался и продолжал протягивать руку.
За нее Элиза ухватилась, как утопающий хватается за соломинку. Бог притянул девушку к себе, обнимая собственническим жестом. Точно был ее давним возлюбленным. А может, именно так он и выглядел в глазах Элизы. Она не слышала криков подруги, не видела, как та бьется, спеленатая сетью. Пребывала во власти Бога. А тот наклонялся все ниже, гипнотизируя взглядом. Одна рука переместилась на затылок девушки, сминая роскошные черные волосы. Словно двое влюбленных встретились после долгой разлуки.
Алана издала всхлипывающий звук, когда Бог склонился над подругой. Миг, и губы их слились. Прекрасный и смертельный поцелуй.
Алана не выдержала. Завизжала – и продолжала визжать, глядя, как лучшая подруга сначала забилась, а потом безжизненно обвисла в объятиях Бога. Красивая и сломанная кукла.
Именно такой она выглядела, когда черноволосый небрежно отшвырнул ее в сторону.

* * *

Норд «бонусы» не одобрял. Он и Коллектором-то стал, чтобы тренировать силу воли. А где еще это делать человеку, как не на Сборах, когда вокруг столько душ, которые можно выпить?
Пробежка по городу оказалась недолгой, но интересной. Пущенный за девчонкой микродрон в подробностях позволял проследить ее перемещение. И Норд не мог не отметить, что «его» объект неплохо уходил от основной точки Сборов.
Возможно, от себе подобных ей удалось бы оторваться. Возможно, он дал бы ей углубиться в руины и погонял бы там, прежде чем схватить. Но второй Коллектор – черноволосый Иви – решил, что с него погони достаточно. Норд не стал спорить, отчасти понимая его. Иви явно не терпелось добраться до «бонуса». Хотя сам Норд на его месте устроил бы настоящую охоту. Предвкушение и азарт он порой ценил гораздо сильнее самого процесса «выпивания» души.
Норд преградил путь коллеге, когда отметил его чуть мутноватый взгляд. Черноволосому Иви явно было мало одной души. В рядах Коллекторов он оказался недавно и, видимо, сейчас пребывал на грани срыва.
– Она – спецзаказ, – вслух проговорил Норд, размышляя, что придется как-то выводить Иви из строя, если тот сорвется и попытается напасть.
Девчонка, как назло, продолжала барахтаться и выкрикивать оскорбления вперемешку со слезами. Это привлекало ненужное внимание.
– Она изумительна, – пробормотал черноволосый, быстрым движением облизывая губы. Словно чувствовал вкус «бонуса».
– Если ты сейчас не придешь в себя, то из наших рядов тебя уберут. Ты этого хочешь?
Долгие пару секунд Норду казалось, что Иви плюнет на все и попытается «выпить» его «спецприказ». Но вот он моргнул, взгляд прояснился и снова стал осмысленным.
– Теперь я понимаю, почему другие стараются не брать «бонусы». – Он сделал шаг назад, проводя рукой по лбу. – Спасибо, я был на грани. Ты идешь?
– Нет. – Норд оглянулся на спутанную сетью девушку. – Я хочу немного поиграть.
Девчонка замерла и насторожилась.
– Удачи. – Иви еще раз посмотрел на нее и скрылся в переулке.
Вообще развлекаться со «спецприказом» было не принято. Их следовало отлавливать и доставлять заказчикам. Но тут Норд плюнул на правила: внешность Аланы продолжала его тревожить и раздражать, а умение убегать – будило азарт. Хотелось немного потянуть время, прежде чем отправить ее Первому иерарху. Так что Коллектор перекинул спеленатую сетью девушку через плечо и направился в глубь Руин.
Сами Сборы материала, или, как называли Боги жителей Земли, скота, начались около двухсот лет назад.
Проблема проявилась далеко не сразу. В период, когда лучшие умы человечества прогнозировали наступление технологической сингулярности в ближайшие годы, многие из тех, кому посчастливилось овладеть нанотехнологиями, отправились исследовать планеты Солнечной системы.
А вернувшись, не смогли понять, что произошло на Земле. Исследования показали: не осталось следов даже предсингулярных технологий, которыми обладали улетевшие. Все города лежали в руинах, обжитые заново зверями, ни одного автоматического корабля или спутника не висело на геостанционарной орбите и в точках Ла-Гранжа. Записанная история тоже обрывалась примерно в то время, когда улетел последний из иерархов. Выглядело все так, будто перед сингулярностью человечество «прибралось за собой». Из нескольких миллиардов человек остались всего лишь десятки тысяч, при этом одичавших до уровня первобытного или в лучшем случае средневекового общества. Попытки восстановить картину путем опросов этих людей результата не дали – легенды и сказания фактическим материалом назвать было невозможно. Сами же «пришельцы» теперь являлись для населения Земли чужаками. Мало того – их стали именовать Богами. Из-за того, что они владели технологиями, которые оставшимся на Земле казались чем-то сродни магии.
А затем произошла катастрофа и среди самих Богов. Изменился их мозг, начались структурные разрушения межнейронных связей. Фактически те, кто посвятил себя исследованию пространства, начали сходить с ума. Никакие ухищрения и новоизобретенные препараты не помогали, и Боги один за другим превращались в безвольные и бессмысленные «овощи».
Спасение пришло – но странное, необъяснимое с точки зрения логики и науки. «Поцелуй смерти», или просто – поглощение чужой души. Этот процесс приостанавливал распад личности Бога и, по-видимому, активизировал определенные мозговые центры. Какие и как именно, установить не удалось. Получив такую панацею, Боги не очень-то озаботились причинами явления.
Что-то неисправимо портилось в эмоциональной составляющей Богов. Порой Норд пытался размышлять об этом, но словно в голове срабатывал предохранитель, и Бог моментально забывал о подобных мыслях. И со временем они тревожили его все меньше.

* * *

В руинах царили зной и тишина. Остатки стен оплели местные растения с мелкими белыми цветами, сквозь разбитую мостовую давно проросли трава и кусты. Норд скинул с плеча ношу, стараясь не слишком сильно ударить о землю. Все же желательно было доставить девчонку целой и невредимой.
– Сука! Мразь! – прошипела та, которую, судя по файлу, звали Алана. Она лежала на боку и сверкала карими глазами, напоминая загнанного зверя.
Впрочем, они и были животными. Скотом для пропитания Богов. И в этом состояла их жизненная цель.
– Я дам тебе фору. – Не обращая внимания на оскорбления, Норд присел на корточки перед девушкой. Та быстро дышала, то и дело облизывая пересохшие губы. – Сниму с тебя сеть и дам две минуты. Сумеешь скрыться в Руинах – отпущу. Не сумеешь – сама виновата.
Он сообщал все это абсолютно спокойно, зная, что никуда ей не деться. Если он потеряет девушку, то микродроны укажут ее местонахождение, где бы она ни пряталась.
– Две минуты. – Норд на всякий случай показал два пальца. – Время пошло.
– Я буду убегать, а ты меня постараешься догнать? – В голосе появилось что-то, что мужчина расшифровал как злость. Надо же, ему попался смелый экземпляр. Прямо жалко такой отдавать.
– У тебя осталась минута.
То, что у нее спрятан нож, Норд знал с самого начала. Но не ожидал, что обычная слабая самка кинется на него, явно собираясь пырнуть припрятанным оружием. Чуть подавшись в сторону, Норд увернулся от удара. Промахнувшаяся Алана тут же развернулась, размахивая ножом, пусть и неумело, зато от души. Это, конечно, не охота среди руин, но тоже ничего. Норд даже дал Алане несколько минут форы: отступая и уворачиваясь от ударов. В какой-то момент даже позволил себя задеть: лезвие чиркнуло по плотной ткани костюма. Глаза Аланы мстительно вспыхнули, и мужчина, даже не обладая телепатией, сумел понять, о чем она думает. «Спецзаказ» явно жаждала расправиться с ним. Мысленно усмехнувшись такой наивности, Норд решил, что пора завязывать с развлечениями. Быстро скользнув в сторону от очередного выпада, он перехватил руку запыхавшейся девушки и вывернул ее. Нож со звоном полетел на землю, а Алана вскрикнула от резкой боли. В следующее мгновение Норд уже прижимал ее спиной к себе.
– Ты проиграла.
От нее слабо пахло смесью мыла и пота, плюс примешивался аромат страха. Норд мог поспорить, что уровень адреналина в крови «добычи» сейчас зашкаливает.
Возможно, он бы рискнул пересечь с хорошенькой скотинкой те границы, которые порой нарушали другие Боги. Если им попадались особенно смазливые носительницы душ.
Когда ты практически бессмертен и у тебя есть все, что пожелаешь, то приходит скука. И тогда любые эмоции становятся наградой.
– Редко кто рискнет кинуться на одного из нас.
Он продолжал прижимать ее к груди. Выбившиеся из косы темные волосы девушки пытались залезть Норду в рот, но он лишь чуть мотнул головой и продолжал негромко говорить, вдыхая возбуждающий запах:
– Ненависть – отличная специя для твоей души, девочка. – Пальцами он провел по шее вздрогнувшей Аланы. – Смело, но глупо.
– Пошел ты, – сообщили ему в ответ.
– Вместе с тобой.
Норд нажал точку на шее Аланы, отчего девушка обмякла, потеряв сознание. И аккуратно положил на остатки мостовой. Пора было вызывать капсулу и возвращаться на корабль, а заодно доставить «спецзаказ».
То, что произошло дальше, не входило в планы. Сигнал тревоги, поступивший от системы безопасности, почти мгновенно запустил переход организма в обычный, «неигровой» режим. Но нескольких миллионных секунды не хватило. Норд успел только получить отчеты о полномасштабной атаке на всю фракцию. Каждый следующий отчет все хуже и хуже – уничтожение станций связи, отключение от единой системы безопасности. Затем исчезла связь с остальными Коллекторами, участвующими в сегодняшнем Сборе, потеря связи с личным флотом.
Первые две защиты оказались снесены почти сразу, а вот третья подарила несколько наносекунд аварийному ядру – единственному и главному изобретению Норда. Мозг, занятый спасением жизненно важных ресурсов, не справлялся с отражением атак.
Впервые за много лет Бог почувствовал резкую головную боль и потерял сознание.

* * *

«Громкая ритмичная музыка заставляла дрожать стекла и сиденья автомобиля. Приходилось орать в ухо собеседнику, чтобы быть услышанным. Такой расклад очень даже устраивал Норда. Он со вкусом разместился на заднем сиденье, обнимая за талию Милену. Они встречались уже два года, и сегодня парень собирался предложить ей снять квартиру и начать жить вместе. А что? Они любят друг друга и расставаться не собираются. 
Чувствуя в одной руке прохладное горлышко бутылки с пивом, Норд второй рукой прижимал Милену к себе и заглядывал в теплые карие глаза. За два года, проведенных вместе, он с каждым днем влюблялся в нее все сильнее. Довольно жесткий и циничный, рядом с Миленой Норд чувствовал себя так, словно попал в огромную и залитую светом комнату, полную чудесной ласковой музыки. 
Занятые друг другом, они не обращали внимание на водителя и его подружку. Не заметили, что те, увлеченные поцелуем, отвлеклись от дороги. 
Норд услышал скрежет, затем почувствовал сильный удар, от которого его мотнуло вперед. Рядом послышался крик Милены, странно оборвавшийся. Затем еще один толчок, резкая боль в груди – и темнота. 
Он пришел в себя, дрожащий от холода, стараясь вдохнуть. Сильно болела грудь, и кружилась голова. Глаза приходилось держать закрытыми, но даже сквозь веки яркий свет ламп казался почти невыносимым. 
– Норд! – Кто-то приглушил свет, и парень осмелился посмотреть, что происходит. Над ним склонился отец в странной белой одежде, похожей на костюм космонавта. 
– Сынок, – он заметил, как шевельнулись губы парня, – пока молчи, дай организму прийти в себя после криокамеры. Сейчас тебе поставят капельницы для более быстрой реабилитации. Потом поговорим. Мы с мамой ждем тебя. 
Ему было так плохо, что все вокруг воспринималось как черно-белое плоское кино. Пару раз стошнило, но окружавшие люди в таких же, как у отца, странных костюмах, сказали, что это нормальная реакция организма. 
Едва голова стала меньше кружиться, а желудок – пытаться выпрыгнуть через горло, парень огляделся. Небольшое светлое помещение без окон, много странной техники, а сам он лежал в подобии прозрачной капсулы. Из рук торчало множество тонких трубок, уходивших в белый гудевший аппарат. 
Хуже всего было то, что Норд не знал, что с Миленой. 
– Сынок. – Отец появился в открывшемся проеме, подошел. – О, прогресс налицо. Пока лежи. 
– Что… – горло свело от боли, опять едва не стошнило, – что… за… хрень тут происходит? 
– Ты помнишь, как попал в аварию? 
Парень кивнул и чуть дернул бровью, давая понять, что желает подробностей. Отец вздохнул и потер подбородок: так он делал всегда, когда нервничал. 
– Видишь ли, у тебя были такие травмы… – Он замялся. – В общем, я поднял свои связи, и мы с мамой погрузили тебя в криосон. Ты проспал двадцать лет. К счастью, теперь все будет хорошо. 
Двадцать лет? Норд посмотрел на отца, который совершенно не изменился, а даже словно помолодел. 
– Мы все расскажем, – заметил тот вопросительно-ошарашенный взгляд сына, – но сначала тебе надо чуть окрепнуть для дальнейших процедур. 
– Ми… – Норд мысленно выругался на свою слабость. – Где Милена? 
– Видишь ли, – мужчина покачал головой и коснулся края прозрачной капсулы, – место было только для одного. Извини.» 

* * *

Он приходил в себя медленно, словно выныривал из черного вязкого болота. Сигналы от диагностических и ремонтных программ, оборванные интерфейсные каналы – все это напоминало давно забытое ощущение головной боли. Но хуже всего – чувство оторванности от всеобщей сети. Норду показалось, что прошла вечность, прежде чем на запасной канал связи в аварийном ядре пробился сигнал.
«Ты цел? – Программа визуализации не работала, так что продолжавший лежать Коллектор слышал только голос собеседника: – Норд, ответь, я тебя не вижу в сети!»
«И не увидишь, – сообщил он. – Что случилось? Меня почти убили. Аварийка сработала, но все каналы обрублены».
«Первый схватился с Третьим, на этот раз серьезно. Он и его ближайшее окружение ударили по нашей фракции. Многие выведены из строя, но тебе и остальным, кто был на Сборах, досталось сильнее всего. Двое Коллекторов погибли, дубликаты скорее всего сохранились только на дальних хранилищах, если тоже пережили атаку. Связь с твоими защитными модулями была потеряна в самом начале, так что мы не знаем, что с твоим имуществом. Как дела у тебя внизу?»
Норд на секунду задержался с ответом, решая, говорить правду или нет.
«Довольно скверно, но восстановление я запустил в стандартном режиме. Физически все в норме, но есть проблема. Ты вообще не видишь меня в сети?»
«Абсолютно. Ты полностью оказался отрезан. – Собеседник вдруг заторопился. – Норд, а ведь это шанс. Почему бы нам сейчас не начать поиски того, что мы планировали? Выслушай, канал связи может прерваться в любое мгновение. Сейчас во фракциях суматоха, ты легко сможешь скрыться и добраться до места по координатам. Три месяца у тебя в запасе точно есть, а там все твои ресурсы уже восстановятся. Мы собирались создать искусственную неразбериху, но сейчас все будет более естественно».
Голос собеседника стал подергиваться и словно уплывать. На раздумья оставались мгновения.
«Хорошо, я согласен. Но ты мне обеспечишь проход между Зонами».
Связь прервалась, но Норд знал: его услышали и сделают так, как попросил, потому что фракция не могла допустить, чтобы он попал в руки противников в таком уязвимом состоянии.
Приняв сидячее положение, Норд повертел головой и неподалеку обнаружил девчонку. Все так же без сознания. Сам он провалялся от силы минуты две. Интересно, а бред в виде воспоминаний прошлой жизни ему почудился из-за разрушений программ? Настолько ярких видений у Норда еще не было. Отголоски прошлой жизни до сих пор приходили ему во снах: размытые, тусклые, как серый город в холодном тумане.
Норд вздохнул и занялся тщательной диагностикой повреждений.
Дела складывались не слишком радужно. Атака нанесла сокрушительный удар. Аварийное ядро смогло лишь слегка уменьшить ущерб. Самую большую проблему представляло состояние банков памяти – из мешанины данных с трудом удалось вытащить полезную информацию, которую можно было использовать для восстановления физически уничтоженных подсистем его искусственного тела.
Судя по полученному отчету, силы Третьего иерарха уничтожили большую часть спутников, в межпланетную пыль превратился ближайший корабль-инкубатор. Именно там создавались новые тела, если вдруг старое оказывалось уничтоженным, и там находилась самая актуальная резервная копия личности.
Итоги неутешительные: если в ближайшее время его физическое тело будет уничтожено, то без доступа к своей защищенной сети он возродится не скоро и скорее всего без всех последних воспоминаний, так как блок синхронизации личности вышел из строя.
А если за три месяца он не восстановится в полном объеме, то инкубатор создаст его новую личность, а сам Норд навсегда окажется отрезанным от всего. Останется жить среди людей.
Перспектива так себе, если честно.
Но есть и хорошие стороны: людям он по-прежнему не по зубам, из зоны видимости всех Богов выпал надолго, а значит, можно сделать кое-что, о чем намекнул ему собеседник по имени Дэймон.
Норд встал, чувствуя дискомфорт. Тело казалось чужим, медленным, слишком человеческим. К нему следовало привыкать заново. Так же, как и к одиночеству. Отрезанный от сети и своих орбитальных аппаратов, Норд сейчас испытывал то же, что внезапно оглохший и ослепший человек.
Впервые за столетия ему захотелось чисто по-человечески заорать и начать крушить все вокруг. Не сдержавшись, Норд развернулся и впечатал кулак в ближайший обломок стены, увитый плющом. Тот разлетелся на куски, острым обломком расцарапав щеку. Царапина затянулась через несколько секунд, а Норд заставил себя успокоиться.
Следовало решить, что делать дальше. В глубине души Норд был не слишком доволен предложением Дэймона. Все же он не любил импровизации, предпочитая тщательно составленный план действий. Но одновременно понимал, что им действительно подвернулся счастливый случай. И свою временную слабость лучше использовать во благо.
«Здравствуй, пафос», – сделал попытку пошутить Норд, опускаясь на одно колено перед Аланой. Девчонку тоже следовало использовать, раз уж она временно оказалась в его власти.
Сразу привести Алану в чувство не получилось: похоже, после атаки в банках памяти не сохранились данные о нужных точках в человеческом организме. Пришлось разбираться более грубыми способами: пощечинами, встряхиванием за плечи, а затем поиском точек наугад.
В результате девушка очнулась и мутным взглядом уставилась на Норда. Тот, не слишком любезно опустив ее на землю, отошел в сторону и произнес:
– Вставай, поговорим.

Глава 3

Первое, что почувствовала Алана, вынырнув из забытья, – это горящие от ударов щеки. Затем послышался спокойный голос Бога:
– Вставай, поговорим.
Морщась и едва не кряхтя, девушка села. Мотнула чуть гудевшей головой и почувствовала, как ночной мир вокруг на мгновение закачался.
Мир, который повернулся к ней другим, холодным и жестоким лицом.
Ночные руины освещались лишь полной луной, отчего казались таинственными и слегка пугающими. Многочисленные тени словно двигались и шуршали, где-то посвистывал ветер, рождая тоскливую мелодию заброшенных мест.
– Вставай, – повторил Бог. Он стоял, прислонившись плечом к массивному обломку стены, с торчащими ржавыми прутьями. Дикий плющ над его головой казался импровизированной короной, под цвет глаз. Длинные, странного серебристого цвета волосы были стянуты в хвост и тускло сверкали в лунном свете.
– Что тебе надо?
Алана не собиралась облегчать ему жизнь. Так что упрямо продолжала сидеть на острых камнях, чувствуя, какие они холодные и некомфортные.
– Ты вообще не боишься?
Странно, что он не рвался ее «выпить», а пытался вести беседу. Алана даже ущипнула себя за руку. На миг появилось чувство, что просто спит и видит кошмар.
Да, пожалуйста, пусть это окажется кошмаром.
Увы, щипки не помогали. Все оставалось на своих местах.
– Боюсь. Только не мечтай услышать мольбы о пощаде, мразь.
– Почему?
– А я хочу сохранить гордость. Ее ты не заберешь, урод.
– Гордость – это всего лишь слово из восьми букв. Многие из вас били себя кулаком в грудь и орали про гордость. И все они валялись в ногах, умоляя сохранить им жизнь. – Бог чуть поменял позу. – Поэтому словам я не доверяю. И кстати, ради разнообразия можешь называть меня иногда и по имени. Нордом.
– Правда? – Алана коротко и зло рассмеялась, чувствуя, как к горлу подкатывают слезы. – Какие вы крутые! Ублюдки! И ты, и та тварь, которая убила мою подругу. Плевала я на твое имя, козел!
Она все-таки не выдержала и расплакалась, вспомнив лежавшую на мостовой Элизу. Глупую, наивную подругу, которая слишком верила в сказки. Где жестокий Бог вдруг влюбляется в обычную девушку и сохраняет ей жизнь. А потом забирает на небо.
Зеленоглазый по имени Норд продолжал молчать. И Алана заставила себя вытереть слезы. Нечего показывать свои слабости.
– А это… больно? – Она не удержалась от вопроса. Уточнять, что именно, не стала, но собеседник ее понял. И чуть качнул головой:
– Зависит от того, чего мы хотим. Твоей подруге больно не было, она отдала душу с радостью.
– Ты реально думаешь, что меня это утешит?
– Мне все равно, – пожал плечами Норд. – Мне неинтересны ваши взаимоотношения. А твоя подруга – отработанный материал. И ей плевать, будешь ты скорбеть или нет.
Сволочь! Решив, что терять ей уже нечего, Алана схватила камень и швырнула в Норда.
– Мимо, – усмехнулся он, даже не шелохнувшись. Видимо, заранее просчитал траекторию.
Со вторым и третьим камнем вышло то же самое, а потом Богу надоело. Алана успела только взвизгнуть, когда ее схватили и прижали к себе. От негромкого голоса, раздавшегося над ухом, все тело прошило словно током.
– Злишься? У тебя два варианта: ты поддаешься злобе, и я тебя убиваю, так как мне бесполезна тупая агрессивная самка. Или ты берешь себя в руки и выслушиваешь предложение, выгодное нам обоим.
– Пошел ты… – выдохнула Алана. Потом хрипло проговорила: – Что еще за предложение? Чего тебе от меня надо?
– Ты хочешь жить, а мне надо попасть в одно место. – Тело Норда казалось твердым, как камень. И горячим. – Согласишься меня сопровождать – сохраню тебе жизнь и душу.
– Зачем всесильному Богу обычный человек для сопровождения? В качестве закуски?
Ее развернули так резко, что дыхание на миг перехватило. И Алана вдруг поняла, что ее лицо слишком близко от лица зеленоглазого. Уставившись на четко очерченные мужские губы, девушка решила, что злость стоит придержать.
Жить действительно хотелось.
– У меня сейчас не самое лучшее настроение. – Тон Бога пугал. – И хотелось бы услышать четкий ответ, а не жалкие попытки язвить. Но для ускорения процесса я отвечу: выпивать твою вкусную душонку я не планирую. И даже сохраню жизнь, если согласишься с моими условиями.
– Что за условия?
– Во-первых, ты не пытаешься на меня нападать, это бесполезно и смешно.
– Хорошо, – процедила Алана после небольшой паузы. – А теперь отпусти, я не стану убегать.
– Не отпущу, мне нравится тебя держать, – последовал ответ, пленница вдруг ощутила, как рука Бога скользнула вверх-вниз по ее спине. Алану мигом прошиб холодный пот: вдруг ей грозила участь быть изнасилованной? Она завозилась с удвоенной силой, но объятия зеленоглазого казались стальными. Бог наклонился еще ниже, так что губы коснулись уха девушки, и прошептал:
– Успокойся, я не любитель насилия.
Смысл фразы не сразу дошел до Аланы, пытавшейся не сорваться в панику. А когда поняла, что ей сказали, то постаралась взять себя в руки. Хотя внутри потряхивало, а ладони заледенели, поведение Бога оказалось не таким, как представлялось.
– Что дальше? – спросила она, уставившись на его широкую грудь, обтянутую плотным и теплым материалом. Одна ладонь чувствовала мерное сердцебиение, как у обычного человека.
– Ты будешь сопровождать меня до конца поездки и развлекать. Я мало интересовался вашей жизнью, ты можешь стать полезной.
– И куда мы направляемся?
– В сторону моря.
– Четыре дня верхом, – тут же сориентировалась Алана, – мне так сказители приезжие рассказывали. Но у тебя лошадей нет. Так ведь?
– Нет, – откликнулся собеседник. – Но скоро будут.
– Море. – Алана хмурилась, что-то припоминая. – Мне дед рассказывал о нем. Это место, где очень много воды, но ее пить нельзя. Слишком соленая. И там есть большие корабли, куда могут поместиться сотни людей. Точно! Баржи, пароходы, лайнеры.
– Забавно теперь передаются знания, – пробормотал Норд. – От поколения к поколению, на словах, многое перевирая.
Алана вдруг почувствовала себя свободной от его объятий и тут же отскочила в сторону.
– Мой дед никогда не врал. – Она обхватила себя за плечи. – Он всегда говорил, что нельзя рассказывать то, в чем сам не уверен. И он вас, гадов, водил за нос многие годы. Сумел пережить пять Сборов, ясно?
– Не водил. – Бог достал из кармана на поясе прозрачную золотистую пилюлю. – Раз позволили так долго жить и так много знать, значит, на то были причины. Дай угадаю, его забрали лет пять назад, верно? Тогда у вас были Сборы.
Он прижал пилюлю к своей руке. Золотистое содержимое тут же впиталось в кожу. Пустую оболочку Норд выбросил в развалины и взял следующую пилюлю.
– Откуда ты знаешь, что его забрали? – пробормотала Алана, наблюдая за действиями собеседника. Интуитивно она догадалась, что пилюля – какое-то лекарство. Но спрашивать не решилась.
– Мы ценим души мудрых и умных людей. Только «созревают» они ближе к концу жизни. Так что все ваши, – Бог прижал к руке вторую пилюлю, – мудрецы – просто «спецзаказы». А теперь подожди меня здесь, я скоро приду.
– Подожди! – Алана решила задать мучивший ее вопрос. – Ты можешь сказать, в порядке ли мои родные?
– Зачем мне это?
– Пожалуйста!
– Это отнимет лишнее время. – Норд снова отвернулся и неуловимо быстро растворился в темноте ночи, пронизанной пением цикад. И уже не видел, как Алана, сжимая кулаки, бормочет себе под нос проклятия вперемешку с новой порцией слез. На этот раз – от обиды. Правда, долго плакать не получилось: злость мгновенно высушила слезы.
Не хочет ей помочь – сама все узнает. Шмыгнув носом, Алана прислушалась: вроде тихо, насколько это может быть в руинах. Стараясь двигаться как можно осторожнее, девушка начала пробираться по направлению к городу. Она дала слово не нападать на Норда, но не обещала во всем слушаться.
– Кажется, я забыл кое-что тебе сказать. – Бог появился откуда-то из темноты, заставив Алану взвизгнуть и шарахнуться в сторону. Увы, ее уже держали за локоть, да так, что любая попытка вырваться вызывала резкую боль в вывернутой руке. – Видишь ли, я сегодня пришел именно за тобой.
От этих слов по спине девушки прошла холодная волна.
– Есть «спецзаказы» на определенные объекты. И на тебя такой поступил. Сегодня я должен был доставить тебя одному из нас. И не доставил. Элитными душами не разбрасываются, так что на твоем месте я бы не спешил в город. Можно нарваться на микродроны… на наших шпионов. Думай, что тебе дороже: попытаться выжить или глупая сентиментальность?
И снова исчез, оставив Алану растирать ноющую после захвата руку и тихо ругаться.
«Врет, подлец», – мелькнула холодная в своей ярости мысль. И девушка даже сделала пару шагов в сторону города, уверенная во лжи Норда. Но остановилась.
А если не врал? Что, если ее поступок выльется в трагедию не только для нее, но и для всей семьи?
«Пожалуйста, – Алана опустилась на землю, прижимая руку к дрожащим губам, – пожалуйста, вы останьтесь в живых. И я тоже постараюсь выжить. Мамочка…»
Она всегда воспринимала родителей как нечто глобальное и нерушимое. И осознание того, что скорее всего она их больше не увидит, сжимало грудь. До почти невыносимой боли, от которой хотелось громко, по-детски плакать. Как же Алана жалела, что у нее нет оружия, способного уничтожить всех Богов. Рука бы не дрогнула уничтожить их всех!
Кажется, она даже плакала. По крайней мере, всхлипывала и не сразу заметила возвращение Норда. Тот явился не один, а с двумя лошадьми: гнедыми, вполне упитанными, в полной упряжи и с туго набитыми сумками, перекинутыми через седла.
– Верхом ездить умеешь?
Алана молча взяла брошенные поводья и так же молча одним движением очутилась в седле.
– Что такое элитные души? – Она старалась говорить так же отстраненно. Она старалась не оглядываться на руины, которые постепенно оставались позади. Дед говорил ей, что самое главное – не оглядываться, если приходиться уезжать. Тогда не так больно.
– Некоторые из вас… – Норд помолчал, словно подбирал слова, чтобы пленница поняла его. – Некоторых из вас мы меняем еще до рождения. И души таких особей обладают более насыщенным и особым вкусом. На них приходит «спецзаказ». Вот, например, как на тебя.
– В смысле? – Нет, равнодушный тон у нее не получался. – Ты хочешь сказать, что меня вывели, как свинью для праздника?
– Очень хорошее сравнение.
Алана яростно задышала и проглотила самые нехорошие слова в адрес спутника. Все же орать на него она побаивалась, понимая, что силы неравны.
– И что же, – процедила сквозь зубы, – человек до самого конца не знает, что он особенный?
– Нет, конечно. Хотя довольно большой процент среди «экзотов» весьма одаренные в разных областях особи.
– Значит, я тоже «экзот»? – проговорила полувопросительно Алана, испытывая странную смесь отвращения и ужаса. Понимание, что ее «вывели», как обычную скотину, заставляло дрожать от злости. Хотелось выдрать это самое изменение и выбросить. Чтобы успокоиться, Алана прижалась к резко пахнущей лошадиной гриве и громко простонала.
– С другой стороны, – продолжал Бог ровным тоном, – возможно, ты не «экзот». Иногда «спецзаказом» отмечают тех, с кем хотят развлечься.
Не отрываясь от гривы, Алана чуть повернула голову и поинтересовалась:
– В смысле развлечься?
– Красивые мужские и женские особи для секса, – пояснил Норд. – Потом, конечно, у них выпивают души.
– Это отвратительно! – Алану передернуло от одной мысли, что ее может поиметь кто-то из Богов.
– Почему? – явно удивился Норд. – В основном мы не любители насилия.
Алана вложила во взгляд все свое сомнение и брезгливость. Пусть едущий рядом с ней мужчина был великолепен, но он казался чужим, холодным и мерзким. Он был один из тех, кто участвовал в Сборах и выпивал души. А значит, человеческую жизнь не ставил ни в грош.
Но Бог по-другому истолковал ее взгляд.
– С вашей точки зрения мы идеальны, поэтому в глубине души вы будете желать нас.
– Где-то очень в глубине. Я, видимо, так глубоко не заглядываю. Кстати, хочу тебе сказать, что среди людей не водятся мужики с серебряными волосами.
– Да, надо изменить внешность.
Пару секунд ничего не происходило, а затем – Алана ахнула – зеленоглазый начал меняться. Вроде незаметно для глаз, но он становился все менее похож на ослепительного Бога. Серебристые волосы укоротились до плеч, посветлели, черты лица чуть исказились, на миг поплыли и вновь обрели четкость, появилась чуть заметная щетина. На изумленную девушку смотрел парень лет двадцати пяти, симпатичный, с тренированной фигурой и равнодушным выражением на бледном лице.
Изменилась и одежда: вместо темного облегающего костюма на Норде красовались теперь коричневые брюки из грубой ткани и такая же куртка, под которой виднелась светлая простая футболка. Лишь пояс остался неизменным.
Алана лишь до боли и хруста в суставах стиснула пальцы на поводьях. Такая небрежная демонстрация силы показала ей, что бесполезно идти против Богов.
Во всяком случае, в открытую.
Жаль, что ненавистью нельзя убивать.
Она была уверена, что не заснет. И ошиблась. Бессонная ночь, стресс и паника все же сделали свое дело. Больше всего измученная пленница мечтала сейчас чудом перенестись домой и заснуть в любимой кровати. А проснувшись, убедиться, что просто привиделся дурной и страшный сон.
Увы, мечты так и оставались мечтами, а значит, цепляться за них не стоило.
В очередной раз клюнув носом, Алана едва не соскользнула с жесткого скрипучего седла. Чудом ухватилась за поводья и выпрямилась, чувствуя, как свежий ветер залетает под вырез рубашки и заставляет кожу покрываться мурашками. В степи было гораздо теплее, чем в руинах, но Алана продолжала дрожать. Тонкая рубашка предназначалась для прогулок по жаре, но никак не для скачки ночью.
Продолжая глядеть в темноту, в которой смутно угадывались силуэты редких деревьев и сверкали звезды, Алана опять почувствовала, как тяжелеют веки. Тряхнула головой, украдкой щипая себя за руку. В следующее мгновение ее резко дернули за руку. Короткий полет, и она оказалась на другой лошади, перед Нордом.
– Тихо! – прикрикнул он на дернувшуюся Алану. – Не в моих интересах, чтобы ты упала с седла и повредилась. Мне нужна здоровая и нормально функционирующая спутница. Так что спи.
– А ты типа спать не хочешь? – Алану передернуло от его близости. Но, увы, так и впрямь было лучше: ей не давали упасть, да и от мужского тела шло такое тепло, что Алана тут же согрелась и задала следующий вопрос:
– У тебя, случаем, не жар?
– Нет, я повысил температуру тела, – снизошел Норд до объяснений. – Твой организм примитивен и слаб, ты можешь заболеть, и это затруднит мое путешествие. Так что сиди, молчи и спи.
Алана была уверена, что не заснет в объятиях зеленоглазого. Но сама не заметила, как провалилась в сон. И, расслабившись, прижалась к горячему твердому телу.

Глава 4

Норд мельком пожалел, что девчонка заснула. Пусть и на свой примитивный манер, но она его отвлекала. А сейчас ночь обступила со всех сторон, наполненная шуршанием выгоревшей травы под легким ветром. Почему-то этот звук подчеркивал то, что Норд предоставлен сам себе. Отрезан от всего, составлявшего его жизнь уже больше трехсот лет.
Стиснув зубы, он постарался отгородиться от панической волны, вызванной одиночеством. Такие эмоции не посещали его очень давно. Обычно нанороботы автоматически поддерживали нужный уровень гормонов. Ради удовольствия порой можно было повысить уровень допамина или адреналина. Но спонтанных выбросов, как у людей… такого не было.
Паника исчезла столь же внезапно, как и началась, видимо, нанороботы сделали свое дело. Норд всерьез подозревал, что последняя атака могла повредить микроскопических помощников у него внутри.
Он посмотрел на прижавшуюся к нему Алану. Та спала, чуть запрокинув голову, и даже во сне продолжала хмуриться.
«– Хэй, Норд! – Милена лежала поперек огромной кровати и болтала ногами. Раскрытый журнал сверкал яркими глянцевыми страницами. Темные волосы девушки каскадом кудрей рассыпались по загорелой гладкой коже спины и плеч. 
– Что? – Он устроился рядом, чувствуя, что организм полностью расслаблен. За окном раскинулся один из самых красивых курортов мира: белый песок, прозрачное море и много зелени. 
А еще были теплые ночи, которые они проводили без сна. 
– Что такое сингулярность? – Карие глаза девушки в солнечном свете обрели легкий зеленоватый оттенок. – Я слышала, как ты вчера общался с отцом по скайпу. И тот все что-то тебе объяснял. 
– А фиг его знает, если честно, – пожал плечами Норд. Ему не хотелось обсуждать рабочие моменты отца, которыми он всегда делился с сыном, мечтая заинтересовать его. 
– Он что-то говорил про крутое будущее, да? 
– Типа того, – отозвался Норд. Он разглядел, что под белым коротким сарафаном у подруги больше ничего нет. И желание обсуждать какие-то сложные вещи окончательно пропало, уступив место возбуждению. 
– Ну правда, – мурлыкнула Милена, когда ее опрокинули на спину. Выгнувшись под руками Норда, она помогала стащить платье. – Это может быть крутое будущее? 
– Просто охренительное, – прошептал парень, касаясь ее губ. – Мы станем бессмертными и идеально здоровыми, сможем пересечь кучу галактик и узнать все, что захотим. Мы с тобой». 
Норд вынырнул из воспоминаний, ярких и отчетливых, как пловец из глубины. Разве что не хватал ртом воздух. Что это? Сбой в нервной системе? Почему подсознание вдруг выдает ему то, что раньше приходило только в редких снах?
А если именно так начинается сумасшествие? Норд пальцами нащупал пояс и с трудом поборол желание достать еще пару пилюль. Одно из изобретений его фракции: своеобразный заменитель душ. Увы, временный и имеющий довольно много побочных эффектов. И к тому же со временем приходилось увеличивать дозу, так как терялся эффект.
Не то чтобы Норд жалел людей. Но он понимал, что в его положении лучше не привлекать к себе внимания и не «выпивать» души.
Рассвет он встретил, все так же покачиваясь в седле и прижимая к себе крепко спящую Алану. По его прикидкам, нервная система девушки уже должна была расслабиться и прийти в норму, а организм восстановиться после стресса. Дольше держать ее спящей Норд не хотел: ему срочно требовался хоть кто-то, кто будет шуметь и отвлекать от ощущения одиночества. Так что он потряс Алану за плечо. И тут же прислушался: обостренный слух уловил далекий перестук копыт. Четверо всадников скакали в их сторону.
– Что? – Алана открыла глаза с таким видом, словно и не спала, а так, притворялась. Норд одним рывком пересадил ее обратно, на свободную лошадь.
– Едут четверо.
– И что? – не поняла пленница. – У нас народ часто между городами и селами ездит. Торгаши какие-нибудь скорее всего.
– Их четверо, они все верхом и без повозок. – Норд дернул поводья, заставляя лошадь чуть свернуть в сторону. – Попробуем их объехать.

* * *

В глубине души Алана надеялась, что случившееся окажется дурным сном. Но сильный рывок за плечо и ровный голос Бога расставил все по своим местам. Снова резанула по сердцу тоска по родителям. Чуть легче становилось от понимания, что будущее нельзя предугадать. И возможно, она еще вернется домой. Алана ухватилась за эту мысль, как за спасительную соломинку.
В сером облачном рассвете степь казалась мрачной и неприветливой. Девушка поежилась, с тоской вспоминая плотную куртку, оставленную дома. Утренняя свежесть заставляла кожу покрыться мурашками, а организм намекал, что пора «посетить кустики». Увы, вокруг простиралось пространство с выжженной травой и редкими кривыми деревцами. Справа громоздилась высокая груда камней, напоминавшая часть руин. Алана уже совсем решила попросить Норда свернуть туда, как Бог остановился и замер, превратившись в изваяние.
– Что? – невольно перешла на шепот Алана.
– Они нас заметили. Едут сюда.
Норд вдруг галопом пустил лошадь в сторону камней. Алана поспешила за ним. Проблема похода в кустики стала не такой актуальной. Можно и потерпеть.
– И что? – спросила, когда догнала спутника. Тот остановился за камнями и приник к щели полуразрушенной кладки. Такое поведение Алане было непонятно, что она ему сразу и выложила.
– Эй, ты же Бог. Ты их одной левой уложишь, если это разбойники.
– Нет, я не должен сейчас привлекать к себе внимание.
Зеленоглазый порылся и вытащил из вьючной сумки самый обыкновенный топор: с потемневшим от времени топорищем и выщербленным лезвием. Алана вытаращила глаза: ей показалось, что она узнала это орудие.
– Слушай, он похож на любимый топор нашего соседа-мясника.
– Может быть. – Норд помахал топором и кивнул сам себе.
– Что там? – Алана тоже подвела лошадь поближе к камням, посмотрела в щель между двумя крупными валунами неправильной формы. Точно часть каких-то руин, вон и железные штыри торчат в одном месте.
Теперь и девушка могла различить крохотные фигурки четырех всадников. Они явно направлялись в их сторону.
– Может, просто мимо проедут?
– В их интересах, – заметил Бог.
– Или это просто всадники. Мало ли какие дела у них могут быть. Люди не всегда замышляют плохое. Хотя… тракт далеко в стороне, большая часть передвигается по нему. Но все равно нельзя о людях сразу думать плохо.
Норд повернул голову и пару секунд в упор разглядывал Алану. Та взгляд не отвела, но стало не по себе: в зеленых глазах спутника не было злости или раздражения, только холод и равнодушие.
– Я почти триста лет наблюдаю за людьми, чтобы понять, насколько вы мелочны, подлы и превыше всего цените то, что накопили, как хомяки в норке, – проговорил Бог, вновь вернувшись к созерцанию всадников. – И меня всегда умиляли подобные твоему высказывания людей, которые видели лишь одну сторону жизни, не самую плохую.
– Мне двадцать один год!
– Да, и у тебя явно море опыта. А теперь закрой рот и отойди в сторону.
Алана послушалась лишь потому, что всадники внушали опасения и ей. Тем более последнее время в Викстрите ходили слухи о появившихся неподалеку разбойниках. Еще год назад все было спокойно, когда основные дороги между городами охраняли совместные патрули. Но затем мэры сочли это слишком затратным и сократили расходы. Количество желающих идти в патруль тоже резко сократилось.
Чем ближе подъезжали всадники, тем неспокойнее становилось на душе. Не патруль, точно. И не купцы, слишком неопрятный и чуть диковатый вид. Алана поймала себя на том, что грызет ногти, мигом опустила руку и сжала поводья.
– Эй, Норд, а чье внимание ты не хочешь привлекать? Ты что, изгой и прячешься от остальных Богов? Но ты же принимал с ними участие в Сборах.
– Не лезь туда, куда тебя не зовут.
– Ну мы же вроде как напарники.
– Чего? – Бог аж обернулся, чтобы посмотреть на нахалку. – Ты о чем? Ты кто такая, чтобы ставить себя на один уровень со мной?
– Вот так, значит? Решил указать место откормленной на праздник скотинке?
– Верно мыслишь, – кивнул Норд. – Отошла в сторону, я не хочу, чтобы они попытались прикрыться тобой.
Едва не подавившись возмущением, Алана отъехала к краю развалин. И быстро огляделась: кроме этого нагромождения камней, вокруг, насколько хватало глаз, простиралось поле с редкими деревьями. Лишь на горизонте темнела лесная полоса, за которой проходила граница с Запретными Землями и стоял небольшой город Хорстар. При быстрой скачке туда вполне можно было добраться к вечеру.
При условии, что не возникнут непредвиденные обстоятельства.
Ослабив поводья и давая лошади отдохнуть, Алана не сводила настороженного взгляда со спутника. Тот сейчас напоминал самого обычного парня, отправившегося по делам в соседний город. Топор он положил перед собой, прикрыв снятой курткой.
То, что четверо незнакомцев явно замыслили недоброе, стало понятно уже из того, как они подъехали: окружая Норда и Алану. Девушка замерла у дальних камней, стараясь притвориться элементом руин. Судя по многозначительным взглядам незнакомцев, получалось у нее из рук вон плохо.
– Далеко едем? – поинтересовался явно Главарь шайки: высокий и рослый мужчина, чье лицо было почти полностью скрыто длинными волосами и неопрятной бородой. Остальные выглядели не лучше и, посмеиваясь, уже в открытую окружили зеленоглазого. Алану они явно не брали в расчет. Лишь один повернулся и показал кулак, словно намекая, чтобы не смела шевельнуться. Алана старательно изобразила испуг.
На самом деле стало интересно, насколько быстро ее спутник расправится с ними.
– В Хорстар, – по тону Норда можно было подумать, что ему ужасно скучно. Алане показалось, что еще немного – и он откровенно зевнет прямо в лицо бандитам.
«Зачем придуривается, кретин? – злобно подумала Алана. – Говорил, что нельзя терять время, а сам тут стоит и издевается. Опять, что ли, поиграть решил?»
– На торгаша ты что-то не похож.
– Молодец, – одобрил Норд, – быстро сообразил. Мы с женой к родственникам едем. К теще любимой.
Главарь бросил быстрый взгляд в сторону Аланы, которая онемела от изумления.
– Ну считай, что мы представители твоей тещи. Можешь возвращаться домой, а женушку мы сами доставим.
– Со всеми удобствами, – хохотнул другой бандит.
– Хорошее предложение, но мы поедем вдвоем.
– Ты, кажется, не понял? – спросил Главарь, а Алана наблюдала, как один из бандитов незаметно приближается к Норду со спины. Он уже достал дубину и собирался вот-вот опустить ее на голову жертве.
– Сзади! – не выдержала она, понимая, что в данной ситуации лучше компания одного из Богов, чем разбойники.
В тот же миг зашедший с тыла бандит со всей силой приложил дубинкой по затылку Норда.
Точнее, собирался приложить. Норд вроде и не быстро, но плавно уклонился. Одновременно он перехватил руку с дубинкой и дернул. С коротким криком бандит упал под ноги пришпоренной лошади, а дубинка уже летела в голову стоявшего чуть в отдалении. Бог, отбросив куртку, вновь легко увернулся от выпада Главаря. При этом кинжал чуть скользнул, распарывая ткань футболки. Это все, что успел сделать бандит перед тем, как топор с неприятным звуком воткнулся ему в голову.
Алану затошнило при виде такого зрелища. Пытаясь справиться с желудком, она поняла, что пора удирать, пока есть возможность. Норд уже развернулся к четвертому, когда девушка пришпорила лошадь, и та галопом рванула в степь.

* * *

Норд был почти уверен, что рядом нет микродронов-шпионов других Богов. Увы, проверить не мог, поэтому решил перестраховаться. Сейчас рисковать было бы глупо, и потому он не без сожаления отбросил идею моментального уничтожения бандитов. Ожидая, пока те подъедут, Норд ускорил работу нервной системы в тридцать раз, а вот работу мышц всего в два, как у очень тренированного человека.
Движения бандитов тут же замедлились, словно те двигались в вязком бесцветном киселе. Норд мигом заскучал и почти не слушал, что там ему говорят. Просто, ощутив поток воздуха за спиной, обернулся и начал действовать.
Это оказалось оскорбительно легко. Хотя чего еще ожидать от скота? Глупой, трусливой и примитивной особи. Выхватив кинжал у падающего с проломленным черепом Главаря, Норд быстрым коротким движением метнул его в попытавшегося удрать последнего бандита. Лезвие по рукоятку вошло в шею, а мерзавец, выпустив поводья, упал с лошади. Та, заржав, унеслась куда-то в открытую степь. Норд же с легким вздохом вернулся в раздражающее его состояние, максимально приближенное к человеческому.
Казавшиеся тягучими и чуть глухими звуки тут же навалились на него. И Бог услышал дробный удалявшийся перестук копыт. Оглянувшись, полюбовался на спину Аланы с разметавшимися темными волосами. Девчонка то и дело подхлестывала лошадь, стараясь удрать как можно дальше. Оглянулась, и Норд, пустившийся вдогонку, послал ей крайне мрачную ухмылку. Судя по страху, мелькнувшему на лице, девушка поняла, что он недоволен. Вот и отлично, потому что Норд и правда был слегка раздосадован. Мало ему бандитов, и так потеряли время, так теперь еще пришлось гнаться за беглянкой.
Хотя мелькнула мысль бросить «спецзаказ», а по пути найти кого-нибудь посговорчивее. А эта пусть возвращается в город и ждет, пока за ней прибудут. Увы, Норд лишь крепче сжал поводья, постепенно нагоняя Алану. Отпускать девчонку он не хотел, рядом с ней тоска, вызванная оторванностью от сети, чуть отступала на задний план. Да и «спецзаказ» следовало придержать. На всякий случай.
Так что Бог догнал Алану и, перехватив поводья ее лошади, легко заставил остановиться. Животное замерло, чуть переступая ногами и тяжело дыша.
– Загонишь ее – пойдешь пешком, – сообщил Норд, поглядывая на свою лошадь. Та выглядела слегка утомленной, но до настоящей усталости было еще далеко.
Девчонка исподлобья обожгла взглядом до боли знакомых карих глаз и прошипела:
– Лучше бы тебе там башку раскроили, ублюдок.
– Неправильное желание. В таком случае они бы тебя догнали, а потом пустили бы по кругу. И не раз. После чего скорее всего убили.
– Ненавижу вас всех! – крикнула Алана. – Все беды от вас! Уроды бездушные!
– Поверь, мы – меньшее зло.
Норд, продолжая вести ее лошадь под уздцы, развернул свою в сторону Хорстара. Ему хотелось вечером пересечь границу Зоны и углубиться в сторону моря.
Девчонка больше не произнесла ни слова, лишь периодически посматривала со злостью и легким испугом. Норду такое поведение не нравилось. В звенящей тишине разогретой летним солнцем степи ему опять стало не по себе.
Как-то слишком не по себе. Покачиваясь в седле, Бог с нарастающим беспокойством прислушивался к тому, что происходило внутри его.
– Алана, – голос его прозвучал слишком резко, – поговори со мной.
Девушка покосилась, но промолчала. Лишь поджала губы, явно решив поиграть в молчанку.
– Ты слышала? – Норд чуть наклонил голову к плечу, пытаясь понять, что происходит. Непонятное чувство толчками нарастало изнутри. Бог даже не сразу понял, что оно означает. Слишком забытыми были эти ощущения.
Усталость. Весь организм, все, что в нем оставалось человеческого, сейчас вопило от усталости. Словно Норд был самым обыкновенным скотом. Он сам не верил в то, что чувствовал. Он не может устать! Он же Бог, его организм идеален!
«Это все неправда, – вдруг произнес кто-то шепотом в голове, – ты просто начал сходить с ума, это галлюцинации. Так оно и начинается, таблетки не панацея».
Шепот разделился на множество тонких голосков, голова закружилась, и Норд невольно дотронулся до нее ставшей вдруг липкой от холодного пота ладонью. Отметил, что пальцы дрожат, а затем мир странно кувыркнулся и больно ударил по спине и затылку. Небо запульсировало в такт сильной головной боли и вспыхнуло алым, чтобы через мгновение почернеть.
Голоса в голове превратились в сплошной тонкий писк. И перед тем, как потерять сознание, Норд понял две вещи: он позорным образом упал с лошади и теперь девчонка точно убежит.
Уже помутневшим взглядом Коллектор увидел, как разворачивается Алана, собираясь удрать подальше. А затем пространство еще раз вспыхнуло резкой болью, и все исчезло.

* * *

В виртуальном мире можно выглядеть как угодно. Но выбор внешнего вида «аватара», да и само персонифицированное общение очень быстро надоедает. Люди чаще всего обменивались обезличенными информационными сообщениями. Как, например, Деймон и его собеседник.
– Полиморфный вирус двадцать шестого поколения класса М. Четверо наших попали под временный контроль. Их тела уничтожены, реплицированные версии не затронуты атакой. Рейк и Даниил успели передать контроль над своими активами Первому. Защитные ядра обновлены, перманентные атаки успешно отражаются.
– Прогноз по состоянию Норда?
– Первичных данных недостаточно для точного анализа. Судя по его отчету, ядро личности не затронуто. Вероятно, вирус был вынужден переключиться с захвата личности на уничтожение физического тела. Маловероятный положительный сценарий – полное излечение в течение ближайших часов. Вероятный реалистический сценарий – исчерпание ресурсов физического тела на восстановление повреждений в срок от десяти до тридцати дней, в зависимости от доступности питательных ресурсов.
– Он сможет выполнить свою миссию?
– Анализ вирусной стратегии показывает, что первой целью будут регуляторные функции организма. У Норда нет возможности постоянно сравнивать настройки с эталоном, хранящимся на корабле-репликаторе, так что довольно быстро появятся признаки дисбаланса нейронной системы. Возможны сбои памяти, логического блока. Я полагаю, Норду будет очень весело в ближайшее время.

Глава 5

Алана сначала глазам не поверила, когда увидела, как Норд падает с лошади. Неладное она почувствовала, уже заметив, что он слегка пошатывается в седле и зачем-то прижимает ладонь ко лбу. Но ей в голову не могло прийти, что всемогущий Бог так бесславно грохнется в выгоревшую пыльную траву. Словно мешок с картошкой.
Свобода! Шанс удрать подальше! Не домой, нет. Надо пробираться в Хорстар, а уже там решать, что делать дальше. В ближайшее время в Викстрит ей дорога заказана.
– Давай, миленькая, – подбодрила она уставшую лошадь. Та сопротивлялась и явно не хотела вновь пускаться вскачь. Алана продолжала ее ласково уговаривать, в душе надеясь, что животное не падет слишком быстро.
«А чего я беспокоюсь? – Она подъехала к стоявшей лошади Норда и взяла под уздцы. – Пусть вторая идет, отдыхает. Если что, пересяду на нее».
Ситуация сложилась просто великолепная: две лошади, в сумках небольшой запас провизии, которую Бог тоже где-то стащил, плюс до леса не так далеко. А там и до Хорстара рукой подать. Алана уже решила, что доберется до города и там подумает, как быть дальше.
Пристегнув вторую лошадь к задней луке седла, девушка причмокнула, заставляя свою двигаться вперед. С тяжелым вздохом, чуть мотнув головой, лошадь не спеша тронулась. Алана же постаралась сдержать нетерпение: так сильно хотелось галопом удрать подальше.
Но в какой-то момент она обернулась. Норд продолжал лежать в той же позе. И если не знать, кто это, то даже можно почувствовать беспокойство за симпатичного парня, которому явно нехорошо.
«Он Бог. – Алана отвернулась и уставилась перед собой. – Он один из них. Они нас за людей-то не считают!»
Ей удалось проехать еще несколько десятков метров, прежде чем неведомая сила снова заставила обернуться.
Норда уже почти не было видно из-за высокой и жесткой травы. Вряд ли его здесь кто-то заметит. Алана с невероятным усилием отвернулась, повторяя себе, что с Богом ничего ужасного случиться не может. Ну, упал – и что? Вдруг для них это нормально? Полежит и встанет, полный сил. Ей к тому времени желательно убраться отсюда подальше.
А если не встанет? Алана со свистом втянула воздух сквозь сжатые зубы. Разум твердил, что надо ехать – и как можно быстрее! Увы, видимо, глупости в мозге было больше, чем логики и здравого смысла.
– Твою мать! – рявкнула она, разворачивая лошадей. – Чтоб ему!..
И вернулась туда, откуда так жаждала удрать.
– И что с тобой делать? – мрачно спросила Алана, спрыгивая на землю. Как приводят в чувство Богов, она представления не имела. Может, подойдет человеческий способ?.. Порылась во вьючных сумках, нашла кожаный бурдюк с водой. Набрала в рот и брызнула Норду в лицо.
– Ну?!
Никакой реакции. Встав на колени, похлопала вынужденного спутника по щекам. Причем сила удара явно соответствовала хорошим пощечинам. Но Алана не смогла отказать себе в таком удовольствии.
Норд продолжал лежать. Алана приложила ухо к его груди и прислушалась. Сердце билось. Медленно, но ровно. И она продолжила свои манипуляции с водой и пощечинами. Все равно в арсенале больше ничего не было.
– Ну ты! – разозлилась она, наконец, когда ладони заболели от ударов. – Либо помирай, либо приходи в себя! – и, словно ставя точку, со всей силой хлестнула Бога ладонью. Его голова мотнулась по примятой траве. А Алана схватилась за отбитую ладонь и громко выругалась. Она уже сто раз пожалела, что поддалась дурости и решила помочь тому, кого следовало оставить валяться.
– Эй, козел, – девушка потрясла кистями в воздухе, – учти, я сделала все, что могла. Сейчас плюну и уйду, а ты тут валяйся.
– Лучше зови по имени. – Норд открыл глаза и в упор уставился на чуть отпрянувшую Алану. – Ты же собиралась уехать, я успел заметить.
– Собиралась, – призналась она, продолжая стоять на коленях. – Я не люблю Богов, вы ублюдки редкостные. Но я умею быть благодарной. Ты же спас меня, да? Пять лет назад, когда я сильно болела.
– Допустим.
Норд приподнялся на локтях.
– Зачем?
– Я спас тебе жизнь, – посмотрел на нее Бог. – Какая тебе разница, живи и наслаждайся.
– Со вторым у меня в последнее время небольшие проблемы, – призналась Алана, вскакивая. Стоять и дальше на коленях перед Нордом показалось не лучшей идеей. – Я серьезно. Сначала ты меня вылечиваешь, потом, во время Сбора, предлагаешь сделку и обещаешь сохранить жизнь. Меня пугает такое повышенное внимание со стороны одного из вас.
Норд молча встал и огляделся. Заметив стоявших в одной связке лошадей, коротко усмехнулся.
– Да, я планировала прихватить и твою лошадь, – не смутилась Алана. – Учти, долг я отработала, так что убегу при малейшем удобном случае.
– Вряд ли.
Норд стоял с таким видом, словно прислушивался к чему-то внутри себя. Алана заподозрила, что у него немного не в порядке с головой. Только этого не хватало!
– А почему ты упал? Тебе стало плохо?
– Мне? – Норд словно очнулся. – Мне хорошо, мы никогда не чувствуем себя плохо. Просто я думал.
– В смысле? – не поняла девушка. – Ты лежал и… думал?
– Да, – таким тоном произнес Норд, что Алана проглотила поток вопросов, готовых сорваться с языка. Но не удержалась от возмущенного возгласа:
– То есть я зря тебя спасала?
– Ну почему же. – Норд принялся отвязывать свою лошадь. – Ты показала, что склонна к сиюминутным порывам. Вы, скотинки, странные существа: цепляетесь за какие-то условности, склонны к глупой сентиментальности и прочим вещам, которые делают вас слабыми.
– Может, они, наоборот, делают нас сильнее? – вдруг тихо произнесла Алана. Она запрыгнула на лошадь, стараясь держаться спокойно. Хотя внутри все дрожало от обиды: получается, она выглядела как дура, когда пыталась помочь. Долг какой-то придумала, совесть. А он всего лишь думал! Думал, мать его!
Она погрузила пальцы в лошадиную гриву и едва не дернула ее со злости. Одумалась в последний момент и пожалела ни в чем не повинное животное. К тому же подозрение, что Норд врет, не отпускало. Боги, конечно, существа странные, но не настолько, чтобы, задумавшись, падать с лошади.
– А разве мое лечение не было проявлением слабости? – поинтересовалась Алана, когда они тронулись в путь. Солнце уже стояло высоко, и над степью колыхалось знойное марево. Теперь ночная прохлада казалась благословением. Девушка расстегнула пуговицы рубашки настолько, что еще немного – и декольте могло стать совершенно неприличным. Тонкая ткань прилипла к спине, по шее, под волосами текли струйки пота, и Алана мечтала о ванной или озере, даже ручей бы сошел.
Спутник так долго молчал, глядя куда-то вдаль, что девушка уже забыла о своем вопросе. И даже чуть вздрогнула, когда услышала негромкий задумчивый голос.
– Да, это было проявлением слабости. Твой вид напомнил мне женщину из моей прошлой жизни.
Алана икнула: такого ответа она точно не ожидала и не знала, как реагировать. Любовь – а девушка почему-то была уверена, что Норд имел в виду возлюбленную, – и Боги у нее как-то не сочетались. Это из разряда сказок: милых, наивных и розовых, которые так любят впечатлительные особы.
– Прям так похожа, что ли? – только и смогла она проговорить чуть неловко.
– Вы двойники. – Норд повернул к ней голову. – Но только внешне. Я плохо помню, но, кажется, она была лучшей женщиной на свете.
Он отвернулся и опять уставился вперед, сейчас сильнее обычного напоминая вырезанную из светлого камня статую. Даже волосы словно окаменели. Алана поняла, что тема закрыта и в ближайшее время разговорить Бога не удастся.
Почему-то на душе остался легкий осадок горечи.
А еще на языке вертелось множество вопросов. Под тонким слоем возмущения и ненависти клубилось любопытство. Сказители все же рассказывали услышанное от своих предшественников. И порой Алана подозревала, что многое искажалось. А тут, рядом, ехал тот, кто своими глазами видел прошлую жизнь. Алана бы вцепилась в него бешеным клещом, выпытывая подробности, только сам вид Норда отпугивал подобную идею.

* * *

В Хорстар Норд решил не заезжать, сообщив, что Алана может, как и в прошлую ночь, поспать в седле. Возражения он просто не услышал.
Гораздо сильнее беспокоило собственное состояние. Сейчас организм работал нормально, но из головы никак не выходил недавний приступ. Тщательная диагностика нарушений не выявила, но это не успокаивало. А вдруг приступ повторится? Что делать тогда? За столетия он забыл, что такое болеть. Само это понятие выветрилось из памяти Богов. Нет, конечно, скот болеет и умирает, Норд видел эпидемии в тех Зонах, где не проводились вакцинации. Да и сам он пять лет назад спас Алану, поддавшись совершенно нелогичному порыву, который до сих пор не мог толком объяснить.
Но к себе слово «болезнь» он отвык применять. И теперь испытывал странное чувство, похожее на страх. Он не понимал, что произошло в момент атаки, что могло дать такой сильный сбой.
На границе опять произошел спор, когда Алана узнала, что проход откроют всего на пять секунд.
– Сколько? – Девушка от неожиданности поперхнулась и закашлялась. – Сколько-сколько?
– Я смотрел твой файл, у тебя все в порядке со слухом.
– Ты прикалываешься? – завопила Алана, привставая в седле. Норд не без любопытства прикинул: понесет лошадь от вопля или нет.
Не понесла, смирная попалась. Или глуховатая.
– У меня более тонкое чувство юмора, ты его даже не сможешь понять.
– Так я и не понимаю! Пять секунд! Это не смешно, между прочим.
– Конечно, потому что это не юмор, а констатация факта, – согласился Норд, искренне не понимая, в чем проблема. Для него такое количество времени было даже излишним.
– Пять секунд – это очень мало. – Алана продолжала демонстрировать совершенно необъяснимое волнение. – Ну ты сам подумай. А вдруг лошадь споткнется? Или… или… да все что угодно может произойти. А вдруг тебе опять станет плохо, именно в тот момент, когда будешь пересекать границу? Кстати, а что тогда будет? Тебя разрежет пополам или разнесет в пыль?
– Мое физическое тело перестанет существовать. Твое тоже, кстати, но в отличие от меня ты не возродишься.
– Именно! Поэтому я и говорю, что пяти секунд мало.
– Это оптимальное время, за которое гарантированно ни один человек не пройдет вместе с нами. Через пять секунд защита периметра вновь будет активирована.
– Вашу ж… – Алана схватилась за волосы, и без того порядком растрепанные. Слов у нее не было целых пять минут, а потом девушка произнесла мрачным тоном: – Кто вообще дал вам право насильно отделять людей друг от друга? Почему пропускаете только торговцев и сказителей?
– Торговля между Зонами полезна, как и обмен информацией. Мы не допустим вспышек насилия и войн, остановим любую эпидемию. Опять же если это не входит в эксперименты по выведению душ.
– Знаешь, я лишний раз убеждаюсь, что вы – сволочи!
– Правда? И почему?
– Вы считаете, что вправе решать все за нас. Что можете делать из нас всяких «экзотов» или забирать для увеселения. А как насчет того, что мы при этом чувствуем?
– Я видел тот мир, что был раньше. – Норд прошелся по выжженной траве. – Там были войны, болезни, несправедливость и сильное расслоение общества. Ты не поймешь и половины из того, что я скажу. Для тебя все это звучит как страшная небылица. Или, наоборот, как милая сказка, где все свободны. Так вот, сейчас вы живете лучше.
Он быстрым движением очутился возле Аланы. Та явно не ожидала и отпрянула в сторону. Но ее поймали и, схватив двумя пальцами за подбородок, заставили смотреть глаза в глаза. – У вас нет войн, мы избавили вас от неизличимых болезней, вернули природу в идеальное состояние. Среди женщин больше нет бесплодия, нет неудачных родов, а дети растут здоровыми. Я сейчас не говорю о тех Зонах, где мы создаем особые экспериментальные условия, их не так много. – Он протянул руку и провел пальцами по лицу дернувшейся Аланы, шепнул почти нежно: – Так неужели за такое мы просим чересчур много?
Девушка мотнула головой, сбрасывая его пальцы, и сама сказала свистящим злым шепотом:
– Я немного знаю о прошлой жизни и не считаю ее сказкой. Но там была свобода. И мы не были вашим скотом.
– Ну да, конечно…
Норд вдруг ощутил слабый сигнал и встрепенулся: Деймон пытался выйти с ним на связь.
«…что происходит?» – наконец, четко прорезался его слегка раздраженный голос. Оставив Алану и дальше возмущаться, но выкинув ее из зоны внимания, Норд отошел в сторону.
«А в чем дело? Я нахожусь на краю Зоны. Как у вас дела?»
«Так себе, – откликнулся собеседник. – Третья и первая фракция до сих пор в состоянии войны, постоянные вирусные атаки. Кстати, через тебя ко мне пытался проникнуть полиморфный вирус. Ты почему его не убрал, а? Эта штука хреновая, на нас ее напустили в первой атаке».
«Вирус? – медленно переспросил Норд. – Диагностика ничего не показала. Что за вирус?»
«Новая разработка Третьего иерарха. Полностью взламывает защиту, подчиняет себе все системы, включая нанороботов. Ты как себя чувствуешь?»
«Контрмеры разработаны?» – Норд пропустил вопрос про здоровье мимо ушей.
«Да. Я сейчас отправлю тебе файл. – Деймон молчал пару секунд, а затем проговорил: – Норд, передача невозможна. Видимо, твое тело слишком повреждено. Я даже не смогу прилететь лично и загрузить его тебе. Программа просто сожжет твой мозг».
«И мое возрождение под вопросом, – закончил за него мысль Норд. – Я сейчас не могу проверить, сколько кораблей-инкубаторов уцелело. И уцелело ли вообще».
«Есть вариант. – Собеседник не сочувствовал, такого понятия среди них давно не существовало. – Твой организм сейчас активно восстанавливается, и недели через две можно будет повторить отправку файла. Хотя… мне не нравится расчет вероятности твоей гибели. Более логичным будет мне лично встретиться с тобой и проверить, как работает антивирус».
«Беспокоишься, что я погибну?»
«Конечно. Мы потеряем такой удачный шанс, возможно, придется отложить поиски на неопределенное время, пока не утихнет конфликт. Две недели – оптимальный срок, ты как раз восстановишься до того минимума, который нужен для принятия антивирусной программы».
«Один момент, – перебил Норд. – Чем больше я восстановлюсь, тем сильнее будет действовать на меня вирус?»
«Да. Поэтому я и говорю, что две недели – оптимальный срок. Если затянуть, то вероятность твоей смерти начинает стремиться к бесконечности».
– Шикарно, – пробормотал Норд, привлекая внимание Аланы. Та удивленно посмотрела, однако Норду было не до нее.
«Так что ты предлагаешь, Деймон?» – спросил он, снова ощущая себя глухим, слепым и немым, который пытается по описаниям понять, насколько прекрасен мир вокруг.
«Каждые две недели я посещаю наш Зоопарк. – Собеседник продиктовал координаты, и в сознании Норда развернулась трехмерная карта нужной местности. – Я запущу туда микродронов, которые сразу дадут знать, когда ты будешь на границе. Ты не сказал, что с твоим здоровьем, ты чувствуешь присутствие вируса?»
«Нет. Все в порядке. Я приду в указанное место. Отключи защиту».
«Через полминуты».
– Идем. – Норд разорвал связь и повернулся к Алане. – Быстро, у нас полминуты до того, как отключится защита.
Девчонка, почему-то побледнев, рванула к лошади.
– Почему так быстро?
Она пыталась забраться в седло, но ноги дрожали и подгибались. Норд, уже верхом, нетерпеливо ждал, чувствуя, как истекают последние секунды.
– Потому что надо действовать быстро. – Он плюнул и, перегнувшись, одним рывком поднял Алану на свою лошадь. – Держись.
Прошла первая секунда отключения защиты, когда Норд подскакал к границе.
– Я боюсь! – вдруг заверещала девчонка. – А-а-а-а! Нас превратит в пыль!
Норд только сильнее прижал ее и на третьей секунде перешагнул черту. Вторая лошадь, идущая на поводу, перешла границу на пятой секунде. И все, защита вновь включилась, хотя внешне определить это было невозможно.
А Норд лишь вздохнул и покачал головой: Алана потеряла сознание.

Глава 6

Оказалось, что за границей Зоны все то же самое: зной, выгоревшая трава в степи и редкие прохладные рощицы. Те же широкие и узкие дороги, расходившиеся в разные стороны. Некоторые остались еще с прошлых времен, на них сохранились остатки покрытия. Другие же явно протоптали путники и караваны. Порой они пролегали среди руин: безжизненных и заросших.
А еще были разбойничьи банды, ошивавшиеся вдоль границы в ожидании караванов. И много шакалов. Эти твари выли так, что у Аланы шевелились волосы и появлялось желание заткнуть уши.
Но они хотя бы не нападали в отличие от людей. Симпатичная девушка и две лошади привлекали внимание небольших банд. Норд убил пару десятков человек, даже не выходя из режима «скот обыкновенный».
Легче стало, когда вышли на широкую дорогу, когда-то бывшую скоростным шоссе. Кое-где еще оставалось покрытие.
– Асфальт, – вспомнила Алана. – По нему ездили автомобили. И эти, как их, мотоциклы.
Норд кивнул и покосился на девушку. Как ей показалось, с легким удивлением.
– Что ты еще знаешь о том мире?
– Людей было много, – пробормотала Алана, глядя на заходящее солнце. – Люди летали по воздуху на самолетах. Такие стальные коробки, а сверху огромный шар.
– Дирижабль. Это разные вещи, – пояснил Норд и кратко рассказал о летательных аппаратах.
– Куда все исчезло? – Этот вопрос мучил Алану с детства. – Дед рассказывал о какой-то катастрофе, но не смог толком ничего объяснить. И никто не может. Почему? Почему вы не возвращаете прежний мир? Знаешь, в детстве мне казалось, что прошлую жизнь вы стерли гигантским ластиком, а потом создали что-то новое и гадкое. Что ты ищешь, а? Почему пробираешься тайком?
– Твой мозг неспособен принять нужную информацию.
Алана скрипнула зубами: за три дня она уже поняла, что эту фразу Норд произносил, когда не собирался продолжать ту или иную тему.
– На самом деле я тоже не знаю, что произошло, – проговорил вдруг Бог. – Никого из нас тогда не было на Земле. Нам сюда.
Он резко свернул направо, двигаясь в сторону огромных руин, похожих на обломки гнилых зубов. Алана же тоскливо покосилась влево: там, на берегу блестящей полоски моря, был город. Издалека он сверкал на солнце, словно гигантский кусок сахара.
– Вот отголосок прошлой жизни, – произнес Норд, когда они вплотную приблизились к руинам. Таких больших Алана еще не видела. Когда-то здесь стоял огромный город. Высокие здания, даже обвалившиеся, все равно поражали воображение. – Здесь когда-то была война. Некрасивая, мерзкая, как и все войны в тот период. Держись рядом, здесь есть места, где ты умрешь быстро, но крайне неприятно.
Алана недоверчиво прищурилась: руины выглядели давящими и мрачными, но не слишком опасными. Или тут скрываются дикие звери?
– Здесь взорвали неприятную «грязную» бомбу, – понял ее замешательство Норд. Ему явно хотелось поговорить. – Ядерная бомбочка, небольшая. Но теперь здесь есть зараженные места.
– Ядерная, ядерная… – Алана пыталась вспомнить что-то из записей деда. – Ядерная реакция, радиоактивное излучение… М-м-м, нет, точной информации я не знаю. Но кажется, это что-то плохое? Оружие массового поражения, да? А это как?
Норд осторожно тронулся в глубь руин, постоянно оглядываясь.
– Это когда одним ударом с лица земли могут быть стерты несколько городов. А миллионы людей просто перестанут существовать. Девочка, ты даже не представляешь, насколько войны отвратительны.
– Я читала про них.
– Это другое. До вас дошли смутные сведения. А на деле там все жестоко и мерзко. В вашей зоне мы исключили любую возможность войн, вы живете практически в тепличных условиях. И война для вас нечто вроде страшного чудовища, про которое все слышали, но никто не видел. А теперь помолчи, я должен сосредоточиться.
– Слушай, а… – попыталась все же продолжить разговор Алана, но ее спутник молча обернулся с таким выражением на лице, что слова замерзли и скатились обратно в горло. Алана сглотнула и решила, что с вопросами можно и обождать.
«Смотри, смотри, – она следила, как Норд приглядывается к остаткам зданий, прислушивается и даже словно принюхивается, – хорошо смотрит тот, кто смотрит свысока, да? Ничего, вы тоже с неба падаете».
Они пробирались сквозь руины довольно долго, пока наконец не оказались рядом с покосившимся зданием, черные провалы окон которого смотрели сурово и неодобрительно. Что-то шуршало в его глубине. Алана старалась не думать, что именно, и на всякий случай подобралась еще ближе к спутнику.
– Пошли. – Норд спрыгнул с лошади и, привязав ее к ближайшему выступу, скрылся в прохладной темноте здания. Оглядываясь и чувствуя, как по спине все сильнее бегают мурашки, Алана поспешила последовать его примеру.
Внутри здания гулял сквозняк, приятный в такую жару. Пробежала мимо огромная жирная крыса, скрылась среди камней. Алана с жадностью оглядывалась вокруг: в таких местах порой находили удивительные вещи. Но здесь, кроме камней и пыли, ничего не было. Вверх уходили остатки лестницы да полуразрушенная лифтовая шахта.
– А что мы… – начала она и подпрыгнула от резкого скрежета. Высоко наверху захлопали многочисленные крылья, словно там засела стая птиц.
– Идем.
Норд уже исчезал в черном небольшом проеме. Нагнув голову, чтобы не приложиться о каменные края, девушка шагнула следом. И оказалась в полной темноте. Такой густой, что ее можно было черпать руками. Вытянув вперед пальцы, Алана неуверенно сделала пару шагов и тут же чувствительно приложилась лбом о какой-то выступ.
– Сделай свет! – Она схватилась за лоб, рассеченный до крови.
– Я вижу в темноте, – тут же последовал ответ. – В отличие от тебя, самочка.
– Жалко, – проворчала Алана себе под нос. – Хотела бы я увидеть тебя с шишкой на лбу или фингалом под глазом.
– А еще у меня отличный слух. Но вот терпение небезграничное.
– Я же тебе нужна, – огрызнулась Алана. Она устала, у нее болела голова и чесалось все тело. Раздражение оказалось сильнее страха, который за эти дни притупился. Все же человек привыкает к чему угодно.
Спертая темнота вокруг словно всколыхнулась. В следующее мгновение Алану толкнули к шершавой стене так, что воздух мигом вылетел из легких. Она почувствовала, как на шее сжались пальцы Норда. Тихий голос послышался у самого уха.
– Не настолько сильно нужна. Человек легко заменим.
От спокойного и чуть равнодушного тона у Аланы мороз прошелся по коже. Забыв, как дышать и двигаться, она замерла, вглядываясь в темноту перед глазами. Невозможность видеть тоже пугала. Такой беспомощности девушка еще не чувствовала.
Пальцы на шее сжались чуть сильнее.
– Я прямо чувствую твой страх, – шепнул Норд. – Он манит, так и зовет тебя… выпить.
Девушка сглотнула и начала медленно сползать по стене, желая оказаться где угодно, только не здесь.
– Не надо… – получилось как-то по-детски.
Темнота таинственно промолчала, словно Норд размышлял, какое решение ему принять. А затем Бог отпустил ее. Но тут же схватил за запястье.
– Пошли. – Алану дернули вперед, вынуждая сделать шаг на негнущихся и дрожащих от пережитого ногах. – Просто знай, не стоит окончательно хаметь.
Шли они не так долго, и вскоре Бог остановился. Шедшая следом Алана тут же завертела головой, но тщетно: вокруг продолжала стоять чернильная темнота.
– Стой на месте и не шевелись, – послышалась команда, после чего запястье освободилось и послышались удалявшиеся шаги.
Остаться одной в полной темноте крайне неприятно. Казалось, вокруг нет ничего, даже времени. Только твердый пол под ногами хоть немного успокаивал и уверял – Алана не висит в пустоте. Да еще периодический звук шагов, возникающий то слева, то справа. Казалось, Норд бродит по большому пространству и что-то ищет. Расслышав легкий стук, она заподозрила, что еще и стены простукивает.
Какого черта тут творится?
Но вот наступила тишина. Полная. Абсолютная. Обещавшая растянуться на века… Перепугавшись – мало ли что пришло в голову сумасбродному Богу, вдруг решил ее тут бросить! – Алана позвала:
– Норд?
Тишина продолжала давить на уши незримым грузом, стало жарко, а потом резко холодно, почти до озноба. Алана закрутилась на месте, не зная, что делать. Шагать в пустоту боялась: кто знает, вдруг здесь пропасть или еще какой кошмар.
Он что, правда бросил ее? Или нет? Почему-то представился неровный пол пещеры и лежащий на нем Норд. Опять потерял сознание?
«Только не паникуй», – приказала она себе и впилась ногтями в ладонь. Да, паника – это верный путь к ошибкам. Алана застыла на месте, прислушиваясь. Нет, по-прежнему тишина. Такая, что хочется визжать и одновременно страшно нарушать безмолвие.

* * *

– Норд!
Надо же, не ублюдок, не тварь и не козел, а Норд. Да еще такой умоляющий тон! Не будь так занят – не удержался бы от подкола. А ведь всего-то осталась одна в темноте.
Он не отозвался – был занят. В отличие от Аланы Норд великолепно видел в темноте. Правда, пока ничего полезного не заметил.
Они и сами смутно понимали, что же искали. Считалось, в нужной точке ждет некая зашифрованная информация об исследованиях по поводу «выпивания» душ.
Подобные исследования много кто пытался проводить. Но достиг успеха лишь один. Только вот никому не сказал, улетел в глубины космоса, а остальным оставил подсказки. Норд про себя обзывал его «чертовым шутником». С другой стороны, Боги, как правило, индивидуалисты, потому неудивительно, что он не поделился своим открытием. К тому же подобные знания нужны были далеко не всем. Большинство Богов устраивала их жизнь, и они не собирались ничего менять. Попади подобная информация не в те руки – ее бы уничтожили. Может, именно поэтому «чертов шутник» оставил несколько координат. Эти были последними. Остальные оказались обманками, в которых злые Боги находили язвительные послания и советы искать получше.
Норд постарался отбросить мысль о том, что и сейчас ему выпадет «пустышка».
– Норд! – В голосе девчонки отчетливо слышался страх.
Он обернулся. Алана стояла там, где он ее оставил, и то и дело переступала на месте, не решаясь сделать шаг. Руками обхватила себя за плечи и слепо оглядывалась по сторонам. Ему бы девчонкины проблемы. Норд покачал головой и стал посылать радиосигналы во все точки пещеры. Пока в какой-то момент ему вдруг не ответили. Машинально проверив сообщение на вирусы, Бог открыл его и прочитал:

В море царевич купает коня;
Слышит: «Царевич! взгляни на меня!»
Фыркает конь и ушами прядет,
Брызжет и плещет и дале плывет.

Старинное стихотворение необходимо было дополнить недостающей концовкой. Чтобы найти ее, Норду потребовались буквально пара секунд и все банки памяти.

Пена струями сбегает с чела,
Очи одела смертельная мгла.
Бледные руки хватают песок;
Шепчут уста непонятный упрек…
Едет царевич задумчиво прочь.
Будет он помнить про царскую дочь!

Норд был так уверен в правильном ответе, что не сразу поверил, когда в голове прозвенел предупреждающий звонок об ошибке. Всего давалось три попытки, и в случае провала информация самоуничтожалась. Норд внутренне подобрался и уже по-другому взглянул на строки. Затем вновь прокрутил перед мысленным взором задание: дайте подходящее, на ваш взгляд, четверостишие в качестве финала стихотворения.
На ваш взгляд! Норд едва не выругался вслух. Не задуманная жившим сотни лет назад поэтом концовка, а придуманная им самим. Ну, тут ничего сложного нет. Норд порылся в банках памяти и нашел генератор стихов, который мгновенно выдал несколько десятков четверостиший. Выбрав наиболее подходящий, по его мнению, вариант, Бог радиосигналом отправил ответ.
На этот раз «тревожный» звонок был громче, а в голове вспыхнуло предупреждение: «Внимание! Использование генераторов, роботов, а также искусственного интеллекта запрещено. Необходимо человеческое воображение».
– Норд! – Теперь в голосе Аланы звучали слезы.
Он понял: еще немного, и девчонка сорвется. А еще понял, что от нее может быть толк. Если не окажется полной дурой.
Бесшумно подойдя почти вплотную к тихо всхлипывающей Алане, Норд не удержался и громко клацнул зубами прямо у нее над ухом. Эффект был примерно такой, на который он и надеялся: взвившись на месте, девчонка упала на пол и прикрыла голову руками.
– Нервы ни к черту. – Норд носком ботинка потыкал ей в спину. – Вставай, мне нужно от тебя кое-что.
– Это ты? – Алана тут же вскочила и завертела головой. – Ты… я чуть не поседела!
– У тебя явно проблемы с нервами.
Девчонка промолчала, но выражение на лице говорило само. Норд даже ощутил краткий прилив уважения: человеческая самочка порой все же умела вовремя останавливаться и не доводить смелость до абсурдной глупости.
– Ты знаешь, что такое стихи?
– Знаю. – Алана все вертела головой. – А можно, чтобы тут не было так темно?
– Твой организм слишком примитивен, поэтому терпи.
– Тем не менее именно мой примитивный мозг тебе понадобился. Зачем, кстати? – Теперь в ее голосе читалась настороженность.
– Придумай продолжение.
И Норд мерным голосом произнес стихотворение. А сам следил за ее лицом. Алана не подвела: круглые глаза и прижатые к губам пальцы выдавали изумление.
– И ты считаешь, я придумаю окончание? Издеваешься? Я только любовь и кровь могу срифмовать.
– Ну так срифмуй, – не понял проблемы Норд. – В твоих интересах мне помочь. И мы разойдемся, – слегка покривил он душой, не зная еще, что будет, если девчонка справится.
– А сам почему не можешь? Ты же умнее, и круче, и так далее. Тебе небось придумать – раз плюнуть.
– Слюны не хватит, если плеваться постоянно, – парировал Норд. – Если я сказал придумать тебе, то просто придумай. Иначе я уйду и оставлю тебя здесь. Полагаю, после этого ты станешь более сговорчивой.
– У меня нет таланта, – жалобно протянула девчонка, явно не желая оставаться в одиночестве. Но все же задумалась, беззвучно шевеля губами. А потом неуверенным голосом проговорила четверостишие. Хорошее или плохое, Норд не понял: творческая составляющая и литературный вкус, у него, как и у других Богов, уже давно исчезли.
Пещеру осветил мягкий золотистый свет, шедший словно из ниоткуда. Алана прищурилась от неожиданности.
– Ответ принят, – мягкий женский голос наполнил пещеру. – Вы прошли первый уровень и сейчас получите дальнейшие указания.
Норд не понял: какие еще указания? Он планировал получить то, за чем пришел. Но опять поступил радиосигнал, расшифровав который Бог обнаружил новые координаты. И тут же развернул виртуальную трехмерную карту. Вот нужная точка: на севере, на границе Зоны тринадцать. Не может быть… И Норд снова открыл файл с координатами, присланными Деймоном.
Он не верил в судьбу, но сейчас ощутил нечто странное: полученные от коллеги и выданные здесь координаты практически совпадали. А это значило, что надо продержаться и не дать вирусу взять верх. Хотя Норд в любом случае собирался выжить.
– Ну что? – Алана уже прекратила моргать и щуриться. – Получил, что хотел? Я могу идти?
«Нет, нам надо двигаться дальше», – собирался ответить Норд, но промолчал, представив, что начнется в ответ. И пусть мнение спутницы его не слишком волновало, но он отлично понимал, что путешествовать лучше с тем человеком, который не пытается сбежать.
– Ты можешь идти, – ответил он после секундного колебания. – Только не знаю, как ты пройдешь через руины.
– Я запомнила, как шли мы. – Алана попятилась к выходу, а затем развернулась и со скоростью бешеной гиены рванула по теперь уже освещенному проходу.

* * *

Небольшой, около километра в диаметре, металлический астероид был похож на зефир – под довольно гладкой на вид оболочкой остался лишь испещрённый пустотами и коридорами остов. Весь остальной материал, весом почти миллиард тонн, уже направлялся частично в сторону Солнца, а большей частью – в обратную сторону.
Двадцать шесть часов назад на поверхность безымянного астероида, расположенного в поясе Койпера, в сорока трех астрономических единицах от Солнца, лег небольшой шар. Этот шар быстро начал погружаться в прочный грунт и вскоре полностью скрылся на глубине нескольких десятков метров. Тысячи буров, направленных во все стороны, начали подавать в породу раствор, содержащий миллиарды мельчайших роботов. Первой задачей роботов было собирать себе подобных. Энергию, необходимую для всех операций, поставлял десятитераваттный аннигиляционный генератор космического корабля. Большая часть корпуса использовалась для производства новых роботов, так как не все необходимые элементы были найдены в материале астероида.
Каждые пять минут количество роботов удваивалось, пока не достигло определенного, очень большого числа. Через час задание изменилось. Внутренность астероида начала превращаться в огромную фабрику по производству композитных шаров. Через центр массы каменного шара прошла почти километровая труба, составленная из сверхпроводящих колец. На поверхности показалась пятидесятиметровая конструкция, содержащая сверхмощные генераторы магнитного поля – «прицел».
Еще через час первый шар, окутанный плазмой от испарившейся металлической «рубашки» и разогнанный до одной сотой скорости света, отправился в сторону орбиты Земли. Следующий вылетел уже через одну десятитысячную секунды. Магнитное поле, созданное «прицелом», чуть изменило его траекторию, таким образом, чтобы компенсировать движение астероида и создать из снарядов сплошную решетку. На орбите Земли расчетное расстояние между соседними шарами составляло пять метров.
Один миллиард килограммовых снарядов создал квадратную «сеть» со стороной в сто пятьдесят восемь километров. Кинетическая энергия каждого шара была всего лишь чуть меньше одной килотонны. Но этой энергии, выделившейся мгновенно, достаточно для инициации термоядерной реакции, тысячекратно увеличивающей мощность взрыва. Любой космический корабль, попавший в эту «сеть», будет уничтожен. Единственное спасение – бескрайность космоса. Даже в пространстве между Землей и Луной можно было свободно раскидать миллионы таких «сетей» и никуда не попасть. Так что направление «выстрела» старались выбрать согласно разведданным, перехватам и предсказаниям экспертных систем.
Через три часа эхо электромагнитного всплеска, вызванного запуском такого большого количества снарядов, достигло антенн разведывательных зондов. В сторону обнаруженного астероида отправились ракеты. Через двадцать два часа первая из них достигла цели и превратила ее во вспышку чистой энергии. Но большая часть уже добытого металла улетела в случайном направлении, чтобы через несколько дней послужить источником для новой «сети» и так до полного исчерпания. Запаса металла и камней должно было хватить на тысячу «сетей». У каждого из Богов было несколько таких астероидных фабрик-пушек.
Третья фракция удачно начала эту войну – «сети» уничтожили большую часть космических флотов Деймона и его коллег по фракции. Координаты были слиты новым сетевым вирусом. К счастью, эффект неожиданности довольно быстро пропал, защитные системы научились эффективно справляться с вирусными атаками, а материальные активы – корабли, дроны, спутники – очень быстро восстанавливались с помощью автоматических фабрик в поясе Койпера.
Сражение перешло в основном в виртуальную среду и иногда разбавлялось подобными атаками – «сетями». Сама Земля никогда не становилась местом битвы – запас душ не пережил бы ее. Все, что ниже геостационарной орбиты, было во власти полчищ микродронов. Каждый микродрон представлял собой сантиметровый космический корабль, оборудованный мощным реактором и маленьким зарядом антиматерии. Триллионы дронов каждую секунду доставлялись от фабрик, расположенных в солнечной короне, и старались уничтожать разведывательные спутники, пролетающие корабли и вражеские дроны. В стратосфере летали и сражались дроны уже микронных размеров, стараясь лишить противников всех средств разведки на Земле.
Атака третьей фракции сыграла на руку планам Деймона и Первого иерарха. В обычных условиях, когда Земля перенасыщена дронами всех фракций, Норд никогда не смог бы успешно завершить свое путешествие. А сейчас ему следовало бояться только живых соглядатаев да относительно немногочисленных наземных разведывательных роботов.

Глава 7

Мрачные руины остались позади, так же как и Бог. Алана до последнего боялась, что он передумает. Как наяву слышала ровный, чуть с ленцой голос Норда: «Это же мое слово. Захотел – дал, захотел – забрал». Она подстегнула лошадь, от души надеясь, что больше с Богом не встретится.
Город приближался: красивый, белоснежный, невыносимо прекрасный на фоне синего неба и зелени деревьев. Краем он почти касался моря, а основная часть домов расположилась прямо на скале. И ветер. Он ласкал покрасневшую на солнце кожу, неся с собой странный соленый запах. Алана все не могла им надышаться.
Уже на подъезде к городу лошадь вдруг захрипела, зашаталась и упала, чудом не раздавив Алану. Той в последний момент удалось спрыгнуть, больно ударившись локтем и бедром о прокаленную землю. Морщась и припадая на ногу, поднялась и подковыляла к животному. Лошадь дернулась в последний раз и замерла.
– Зашибись… – Алана зачем-то присела перед ней на корточки, потрогала гриву, шевельнувшуюся под новым порывом ветра.
Ситуация сразу осложнилась. Путешественница планировала по приезде в город сразу же продать лошадь, так как ни денег, ни провизии не было. А что делать теперь?
Ответ пришел сам собой: решать проблемы по мере поступления.
Вблизи город оказался не таким уж и красивым. Стены домов не ослепительно белые, а скорее бежевые, из камня, кое-как обмазанного штукатуркой, местами потрескавшейся и облетевшей. Сам город был построен на месте старого, разрушенного. Тут и там виднелись обломки стен прежних зданий, часть из них использовалась под постройки. Улицы шире, чем в Викстрите, но более замусоренные. Дороги – просто хорошо утоптанная земля. Наверняка в дождь здесь непролазная грязь.
И очень много людей. Мимо одуревшей от жары и шума Аланы торопились по своим делам женщины, одетые легко и просто, носились дети, но больше всего вокруг было мужчин. Громкоголосых, обросших, в штанах из грубой, жесткой даже на вид материи и черных майках, а то и вовсе без них. В мужских разговорах проскальзывали такие крепкие словечки, что уши у Аланы заполыхали.
– Эй, работаешь? – подошел вдруг к ней один из таких. Алана вытаращилась на него, не понимая вопроса.
– Да ты посмотри на нее! – Второй оттащил приятеля за локоть. – Или тебе по хрену уже, кого трахать?
В первое мгновение до Аланы не дошло. Потом лицо словно ошпарили. Зачем-то запахнув плотнее на груди уже вконец грязную и пропахшую потом рубашку, девушка рванула подальше, сама не зная куда. Ее что, приняли за падшую женщину?
Пробежав улицами, получив пару шлепков по заднице и едва не попав под колеса телеги с овощами, Алана выскочила к причалу. И остановилась, задохнувшись от скорости и открывшегося вида. Море. Сверкающее под солнцем, зеленовато-серое, а вдалеке насыщенно синее, сливающееся с горизонтом. Простор, наполненный соленым запахом и теплым ветром.
Алана тряхнула головой со слипшимися волосами, возвращаясь в реальность, которая, увы, пахла не только морем, но и протухшей рыбой, и водорослями, собранными под причалом. Покачивались на волнах корабли, пронзительно переговаривались моряки, им вторили чайки.
Но море продолжало манить. Алана сделала несколько шагов, решив рассмотреть его поближе, и едва не угодила под колеса открытой повозки.
– Куда прешь? – проорал извозчик, приправляя фразу крепкими словечками. Лошадь взмахнула передними копытами, встав на дыбы, а Алана шарахнулась в сторону.
– Сам такой! – огрызнулась в ответ. Побагровев, извозчик попытался достать ее кнутом.
– Вэл! – громкий окрик заставил мужчину тут же успокоиться и даже как-то сжаться. Алана только теперь обратила внимание на ту, которая сидела в повозке, укрывшись под растянутым над сиденьями тентом от яркого солнца. Светловолосая женщина средних лет, ухоженная и невероятно милая, в легком летнем платье.
– Дорогая, это место не для прогулок, – обратилась она к Алане. Та дернула плечом, сдерживая раздражение.
– С чего вы решили, что я гуляю?
Взгляд серо-голубых глаз незнакомки окинул Алану с ног до головы.
– Я так не решила, – медленно проговорила женщина. – Но и лезть с расспросами ко всем подряд не в моих правилах. Но теперь между нами начался диалог. Так что спрошу: милая, есть проблемы? Видок у вас не очень.
Возница ухмыльнулся и сплюнул на дорогу, покрытую мелкой белесой пылью. Она поднималась от малейшего дуновения и забивала глаза и нос. А еще оседала на влажной коже, отчего та начинала зудеть. Алана почесала украдкой руку, представляя, как ужасно выглядит.
С другой стороны, осенило девушку, а ведь можно попробовать сыграть на этом.
– Просто я сбежала от мужа. – Она постаралась, чтобы голос дрогнул.
– Вот как. Он вас бил?
– Вроде того. – Алана лихорадочно вспоминала все соседские скандалы. – Бил, пил, проиграл все в карты, в том числе и дом. Теперь вот валяется где-то, как свинья. Я с ним жить не желаю. Да и негде жить-то!
Она вдруг представила такую картину, и словно внутри прорвало плотину. Слезы хлынули сами собой, унося напряжение последних дней. Алану затрясло так, что она вынуждена была сесть прямо на землю. Все, все пережитое, потерянное и узнанное теперь выливалось наружу вместе с истерическими всхлипываниями.
– Ну тише, тише. – Ласковый голос вторгся в царство слез.
Шмыгнув распухшим носом, Алана разлепила мокрые ресницы и прямо перед собой увидела лицо незнакомки. Так близко, что можно было разглядеть тонкие лучики морщин в уголках глаз и по обеим сторонам рта. Женщина присела рядом с Аланой, не боясь испачкать светлый наряд, и ласково гладила по голове, приговаривая:
– Поплачь, выплесни все, и сразу станет легче. Вот так, да. Возьми платок. А теперь успокаивайся, все самое ужасное позади. Скажи, у тебя здесь вообще нет родственников? Или тех, к кому бы ты могла пойти?
Алана мотнула головой и прерывисто вздохнула: слезы пошли на убыль. Так же, как летний дождь: шумный, но недолгий. Зато внутри стало чуть легче.
– Совсем не к кому?
– Нет, – она выпрямилась и посмотрела в глаза собеседнице, – мы приезжие. Месяц назад приехали, думали начать новую жизнь.
– И начнешь. – Женщина встала и крикнула вознице: – Вэл, помоги девушке сесть в повозку. Как тебя зовут, милая?
– Алана.
– А меня Талена, у меня гостиница неподалеку. И не хватает рабочих рук.
Почему-то при этой фразе Вэл, поддерживающий Алану под руку, осклабился, показывая почерневшие зубы. Девушка не обратила на него внимания. После спонтанной истерики она вообще чувствовала себя обессиленной. Словно организм, работавший в экстренном режиме, ощутил безопасность и расслабился. Да так, что подкашивались ноги и кружилась голова. Как в тумане Алана села в повозку, автоматически отвечая на вопросы Талены: не болеет ли она чем-нибудь, как вообще со здоровьем, не беременна ли и все в таком духе.
– Работа у меня в гостинице довольно тяжелая, – пояснила Талена свой повышенный интерес к Алане, – мало кто выдерживает долго, поэтому мне нужна крепкая здоровая работница. Подъезжай к черному входу! – приказала она Вэлу, сидевшему впереди. И совсем другим тоном, обращаясь к Алане, добавила: – Все, расслабься, я тебе помогу. Выпей, это тебя немного успокоит, а то ты дрожишь.
Алану и впрямь трясло так, что слышался стук зубов. Взяв предложенный пузырек, она, поколебавшись, сделала глоток.
И правда полегчало. Дрожь прошла, в голове стало пусто и легко. Алана откинулась назад, чувствуя себя пушинкой, какие во множестве реяли летом в степи. Дунь – и взлетит высоко, к солнцу. Алана улыбнулась и подумала, что ей повезло встретить такую замечательную женщину, как Талена. И вообще все вокруг милые, даже грубоватый Вэл. Она с умилением повертела головой, разглядывая довольно узкую пыльную улицу с пробегающими вдоль домов людьми. В основном это были крепкие, громкие мужчины.
– Это порт, девочка, – заметила ее взгляд Талена. – Люди прибывают сюда и хотят хоть немного отдохнуть перед тем, как отправиться дальше. А я даю им этот отдых.
– Вы такая добрая! – с жаром проговорила Алана. Женщина лишь улыбнулась и снова провела рукой по ее волосам, заметив:
– Первым делом – примешь ванну, а то на тебя без слез не взглянешь.
Ванная! Алана представила теплую воду, которая смоет всю грязь, и едва не потребовала, чтобы повозка ехала быстрее. Ванная и постель – все, что ей надо. Даже еда отошла на второй план, хотя желудок уже давно подавал сигналы голода. Во время короткого путешествия с Нордом девушка ела то, что сумела поймать в примитивные силки, да знакомые ягоды и растения.
Проехали сквозь пыльные раскаленные улицы и оказались на перекрестке, вдоль которого расположился небольшой шумный рынок. Повозка, поднимая тучи белесой пыли, прокатила мимо деревянных прилавков и завернула за двухэтажное желто-белое здание с плотно зашторенными окнами. Сквозь ленивую розовую дымку в глазах Алана заметила распахнутые двухстворчатые двери, сновавших туда-сюда мужчин. Затем повозка завернула за угол и остановилась у неприметной, но крепкой двери. Из нее как раз выглянула какая-то девица в коротком платье с разрезом до пояса. Увидев подъехавших, тут же скрылась внутри, словно ее и не было.
Талена, поддерживая Алану, помогла добраться темными душными коридорами до второго этажа. Там отвела в небольшую комнату, обставленную в бордово-красных тонах.
– Сейчас все принесут. – Она усадила девушку на широкую – Алана таких не видела раньше – деревянную кровать с толстым шуршащим матрасом. После чего скрылась за дверью, плотно прикрыв ее. Отрезав весь шум, царивший в здании.
Оставшись одна, Алана огляделась. Да, комната совсем небольшая, едва вмещает в себя кровать у окна, пару стульев и скрипучий шкаф в углу. Заметив узкую дверцу, девушка встала и потянула ее на себя, открывая совсем уже крохотное помещение с табуреткой, дырой в полу посередине и двумя ведрами. Видимо, так здесь выглядела ванная комната. А судя по запаху, ее использовали и в качестве сортира.
Алана резко обернулась на скрип открывшейся двери. Две девушки, в штанах и плотных рубашках, внесли ведра с горячей и холодной водой, сверток с одеждой и поднос с едой.
– У тебя полчаса, – буркнула одна, ставя поднос на край кровати.
– А потом?
– А потом придут общаться, – неприветливо откликнулась девица и вышла, поманив за собой вторую. Дверь опять захлопнулась, перекрыв доступ звукам. Теперь они были слышны едва-едва. Кто-то за стеной постанывал, словно ему снился кошмар, кто-то чем-то стучал. Доносились громкие голоса. Шумные какие постояльцы…
Алана торопливо скинула грязную одежду и, едва не мурлыча от удовольствия, смыла с себя всю дорожную пыль. Потемневшая вода с журчанием исчезала в круглой дырке.
Наконец, отмывшись и с хрустящими от чистоты волосами, Алана вернулась в спальню и, на ходу откусывая от лепешки с травами, развернула принесенную одежду: длинную тонкую юбку и блузку с открытыми плечами и слишком низким вырезом. Повертев наряд, Алана пожала плечами и все же натянула его. Юбка села хорошо, разве что материал просвечивал почти насквозь, а блузка открывала верхнюю часть груди. Алана решила, что, наверное, это одежда для сна.
Еда оказалась горячей и довольно вкусной, разве что мясо жестковато. Запивая его сладковатым отваром, девушка забралась на кровать и на коленях доползла до окна. Отдернула плотную штору, пропуская яркое солнце в комнату. Вид открывался на рынок, возле которого народу стало больше. На миг показалось, что в толпе мелькнули знакомые светлые волосы. Вздрогнув, Алана торопливо вернула штору на место. И услышала за дверью тяжелые шаги.
– … потом поговорим, – с этими словами в комнату буквально втиснулся квадратный светловолосый мужчина с тонким шрамом через правую бровь. Этот шрам сразу бросился в глаза Алане, которая замерла, стоя на коленях на матрасе и нервно сжимая в руках край шторы.
– А где Талена? – только и спросила она.
– Эта старая шваль? – Мужчина закрыл дверь, и легкий стук заставил девушку вздрогнуть. – Да ты чего? Расслабься. Талена сказала, что ты ищешь работу. Ты ее нашла.
Он улыбнулся, и Алана нервно сглотнула. Ей не нравился взгляд светлых глаз, словно раздевающих ее, проникающий под одежду, и без того фривольную. Хотелось замотаться в одеяло и убежать подальше. Но куда? Путь к двери ей преградили, а прыгать в окно со второго этажа девушка не собиралась.
– Это же гостиница?
– Типа того. – Мужчина кивнул на пустой поднос. – Ну что, расплачиваться будешь? За еду, одежду, воду.
Ощущение ловушки стало еще сильнее. Облизнув пересохшие губы, Алана прошептала:
– У меня нет денег. Талена сказала…
– Да забудь ты про нее, – отмахнулся мужчина. – Она такое наплетет, лишь бы заполучить сюда новую шлюху. Только за хорошо подвешенный язык ее и держу.
– Кого заполучить? – Алане показалось, что она ослышалась.
– Кого слышала. А ты думала, она служанок набирает? Нет, зайка, мне нужны девки, шлюхи. Порт рядом, мужиков полно, и всем нужна женская ласка. Заодно и проверим, что ты умеешь. Как раз и расплатишься. Давай, для начала поработай ротиком. Меня зовут Винс, теперь я твой хозяин.
Алана расширенными от ужаса глазами наблюдала, как мужчина расстегивает ширинку на штанах. Ни с кем она ничего делать не собиралась. Поэтому, рассудив, что прыжок со второго этажа предпочтительнее, отбросила штору в сторону, собираясь выбить стекло.
Не успела. Ее дернули за плечо так, что едва не вырвали из сустава. Алана молча и с отчаянием забарахталась на кровати, а нависший над ней Винс как-то лениво, с оттяжкой ударил по лицу. Она задохнулась на миг, никогда ее не били. Перед глазами вспыхнуло, щека отозвалась острой болью.
– Первое правило, – дыхнул мужчина в лицо легким перегаром, смесью чеснока и чего-то еще более противного. – Шлюхи делают все, что я скажу.
– Откушу, – прошипела Алана, с омерзением ощущая, как ее лапают сквозь тонкую ткань.
– Ничего. Один вечер с моими друзьями – и будешь покорной.
Алана завизжала в голос, стараясь вырваться. Но добилась только еще одной оплеухи, от которой заболела голова, а комната на миг потеряла четкие очертания.
«Только не обморок!» – подумала с ужасом, понимая, что тогда станет абсолютно беспомощной. Продолжая извиваться, Алана орала во все горло, чувствуя, как ей все сильнее раздвигают ноги. Попыталась боднуть насильника в нос, но тот привычно увернулся и поднял руку, собираясь врезать в ответ.
Тихо звякнуло окно. Занятая борьбой пара не обратила на него внимания, но спустя мгновение некая сила перехватила поднятую руку Винса, а после швырнула насильника к двери. Тот со всей силой впечатался в нее спиной и сполз на пол, временно оглушенный.
Склонившийся над Аланой Норд увернулся от ее кулаков и рявкнул:
– Тихо, дура! Замри!
То ли подействовал шипящий рык, то ли еще что, но Алана замерла, прерывисто дыша. Норд охватил взглядом ее фигуру, растерзанную одежду и спросил:
– Он успел?
– Нет, – выдохнула пленница. Бог медленно повернул голову к Винсу. Зеленые глаза словно заволокло мутной белесой пеленой. И вконец ошарашенная Алана поняла, что его взгляд напоминает озверевшего быка.
Словно подброшенный пружиной, Норд прыгнул с места, приземляясь рядом с заворочавшимся ублюдком. Тот ошеломленным взглядом смерил незваного гостя и невнятно поинтересовался, какого черта его сюда занесло. Норд молча схватил скота за шиворот и легко, словно котенка, вздернул на ноги.
– Ты… хто? – Винс тряс головой, пытаясь прийти в себя.
– Наверное, тут надо сказать что-нибудь пафосное. – Голос Норда звучал спокойно, словно не его взгляд сейчас напугал застывшую на постели Алану. – Типа «я смерть твоя». Или «я пришел за тобой».
Норд глубоко вздохнул и тряхнул насильника так, что у того мотнулась голова. У здорового, обросшего мышцами мужика! Винс попытался вывернуться, но Бог с равнодушным видом хлестнул его по лицу, и из разбитых губ брызнула кровь.
– Зачем тратить слова на животных? – проговорил Норд, словно задавая вопрос самому себе. В дверь постучали, и раздался сиплый голос:
– Винс, ты там как?
– Помо… – начал было насильник, но позвать на помощь ему не дали. Плотно прижав Винса к стене, Норд его… поцеловал. Во всяком случае, именно так казалось со стороны.
Алана плотно прижала ладонь к губам, боясь сорваться на визг. Несостоявшийся насильник дергался, но с Богом ему было не совладать. Норд стоял, не шевелясь, и «выпивал» душу. В дверь продолжали стучать, уже сильнее, с тревожными возгласами.
Все закончилось быстро: по телу Винса последний раз пробежала дрожь, и мужчина обмяк. Норд шагнул назад, давая трупу с глухим стуком упасть на пол.
– Ему было больно, – сообщил он замершей Алане, после чего схватил ее в охапку и вышел из комнаты так же, как и зашел – через окно. У девушки словно вышибло из груди весь воздух: сначала от чувства падения, а затем от основательной встряски, когда ноги Бога соприкоснулись с землей.
Норд осмотрел замерших при виде такого прыжка прохожих, помахал всем рукой и с ускорением помчался в сторону порта. У одного из торговцев с легким стуком упала связка лука.
– Силен мужик, – сказал кто-то из невольных зрителей. Послышались легкие смешки, и народ постепенно вернулся к своим делам. Словно из борделя каждый день выпрыгивали со второго этажа.
Алану потряхивало. Девушка висела через плечо Норда, животом упираясь ему в плечо. И чувствовала, как внутри все подпрыгивает в такт быстрому бегу. При попытке завозиться получила чувствительный шлепок по пятой точке и замерла. Все произошло так стремительно, что до Аланы только сейчас дошло – спасена. И, несмотря на боль в щеке, гудевшую после ударов голову и общую дрожь, ощутила невероятное облегчение.
– Спасибо тебе! – пропыхтела она Норду. Тот промолчал.
Промчавшись тем же маршрутом, каким ехала Алана, Бог выскочил к порту. И, не снижая скорости, по скрипучему деревянному трапу взбежал на небольшой корабль. Тот уже явно был готов отойти от причала, темно-серые паруса чуть трепетали на соленом ветру.
Алана успела заметить вытянутые лица матросов, загорелые почти до черноты, обветренные, а потом Норд спустился по ступеням, и влажная жара сменилась сырой душной прохладой трюма.
Здесь царил полумрак, пахло соломой и чем-то сладковатым, словно неподалеку гнили овощи. Ко всему этому добавлялся неизменный привкус моря.
Алану небрежно стряхнули на мокрые доски. Она тут же вскочила и попыталась кинуться Норду на шею, но тот шарахнулся в сторону и поинтересовался с едва заметным ехидством:
– Готова обниматься с мерзким ублюдком?
– Ты меня спас! – Алана замерла, опустив руки, добавила тише: – Спасибо тебе.
– Должна будешь. – Норд посмотрел в сторону яркого квадрата выхода из трюма. – Как только корабль отчалит, мы побеседуем с капитаном. А пока у нас есть примерно полчаса на то, чтобы поговорить.
– Когда ты успел найти корабль? Куда мы плывем?
Алана заметила его взгляд и обхватила себя за плечи, стараясь прикрыть то, что уже не скрывала разорванная блузка.
К ее удивлению, Норд молча швырнул в руки сверток. Там оказались плотные штаны и темная рубашка из мягкой ткани и с необычными застежками: они прилипали одна к другой и держались очень крепко – приходилось прилагать усилие, чтобы расстегнуть одежду.
– Ботинки искать не было времени, – сказал Норд и прислонился к толстой балке, с которой свисал один из многочисленных грязных гамаков. Алана торопливо переоделась, продолжая спрашивать:
– Как ты меня нашел? Почему ты меня спас? Что вообще происходит?
– После случая в пещере ты реально думала, что я тебя отпущу?
Алана вскинула голову, отводя волосы с лица, и поинтересовалась дрогнувшим голосом:
– В смысле? Ты же сам сказал, что я могу идти.
– Вот именно. Я сказал, что ты можешь идти, но не что отпускаю тебя.

Глава 8

Норд не отказал себе в удовольствии полюбоваться сменой эмоций на лице Аланы. Остатки пережитого страха сменились сначала непониманием, затем глаза округлились от изумления, а потом ко всему этому «букету» прибавилась злость.
– В смысле? – Голос у девчонки звучал чуть сипло, сорвала, пока орала в той комнате.
– В прямом. Я сказал, что ты можешь идти. Погулять, побегать, но слов о том, что отпускаю, – не было. Советую, когда в следующий раз будешь заключать с кем-то сделку, то формулируй пожелания точнее.
– Это нечестно! – выкрикнула Алана, но закашлялась и была вынуждена понизить голос. Хотя он просто вибрировал от негодования. – Да чего ты ко мне прицепился?
– Допустим, я бы решил тебя отпустить. И не стал бы рассуждать логически и мысленно прослеживать твой путь. Что в итоге? Сейчас бы тебя имели в борделе все кому не лень.
Он знал, что и как говорить. Раскрасневшаяся от злости, Алана мигом побледнела и отвернулась. Норд же тем временем прислушивался к себе. Что-то ему опять перестало нравиться. Хотя приступ не должен был повториться. Он не задействовал своих возможностей. Это в пещере сознание снова отключилось ненадолго, а после, очнувшись, Норд пару мгновений пытался понять, где он. Затем вспомнил и тут же просчитал логически путь Аланы. И колебался, размышляя: оставить девчонку в покое или все же вернуть. Произошедшее в пещере заставило по-новому взглянуть на роль Аланы в путешествии.
Итак, что он сейчас имеет? Новые координаты и понимание, что без девчонки ничего бы не вышло. Нет, на ее месте мог бы оказаться любой другой представитель скота. Но очутилась Алана. Норд прикинул варианты с другими особями, но решил, что это довольно рискованно и может все осложнить. А с девчонкой можно попробовать договориться. Она не дура и умеет слушать.
Так что пришлось ее разыскивать. «Чертов шутник» мог и на второй точке сделать так, что решение будет зависеть от скота. Ну и факт «спецзаказа» не стоило сбрасывать со счетов. Мало ли о чем придется разговаривать с Первым иерархом.
Норд моргнул и понял, что предметы вокруг стали резче. Мир на мгновение побледнел, словно выцвел, а затем скачком вернулся в прежний вид. Норд плотнее прижался к балке, одновременно уже в сотый раз сканируя организм на повреждения. Нет. Чисто.
Вирус явно не дает о себе знать, когда все системы работают замедленно, подстраиваясь под человеческую реакцию. Вероятно, ему не хватает мощности. А проблемы со зрением – видимо, всего лишь последствия приступа в пещере. Потому что при спасении Аланы Норд не задействовал ничего. Прыжки со второго этажа, выносливость и сила – все это появилось уже давно, во время перестройки организма. И не должно было влиять на вирус. Иначе он бы постоянно находился без сознания.
– Спасибо, – тихо сказала Алана, отвлекая его от мыслей. – А как ты меня нашел? И я правда не понимаю, зачем нужна тебе.
– Мы еще поговорим, – бросил Норд. Уже знакомое тошнотворное чувство слабости поднималось откуда-то изнутри. – Так, ты мне должна, помнишь?
Девчонка обожгла его взглядом и буквально выплюнула фразу:
– Помню и забывать не собираюсь.
– Тогда присмотри за мной, – успел сообщить Норд, прежде чем упасть без сознания.

* * *

Алана только открыла рот, когда Бог покачнулся и рухнул на грязный пол, изрядно приложившись затылком.
«Что, опять?» – взвыл внутренний голос. Краткий осмотр подтвердил: Норд снова без сознания.
– Мне интересно, за какие прегрешения меня судьба решила свести с тобой, а? Душу ты не выпил, но мозг выедаешь. Ты меня бесишь, ясно? – Она не удержалась и ногой ткнула Норда в бок. – О, теплый!
Подумав, Алана опустилась на пол, закинула ноги на Бога и прислонилась к бочке. Поморщилась: сидеть было мокро и неприятно, но, увы, ноги просто не держали. И на покачивающей поверхности ходить не представлялось возможным.
– Хоть на что-то ты сгодился, – сообщила она Норду. – Ублюдок, ты же мог меня еще раньше спасти, так? Не считай меня за идиотку, ты хотел показать, что я и часа без тебя не продержусь. – Алана помолчала и добавила нехотя: – Доказал, скотина.
Она откинула голову назад, прижимаясь затылком к бочке. Накатило какое-то оцепенение, сонливость. Наверное, нервная система требовала отдохнуть и набраться сил. Качающийся пол убаюкивал. Над головой топали, кричали, а в трюме пока стояла относительная тишина. Алана прикрыла глаза, но тут же мысленным взором увидела Винса, с глухим стуком падающего на пол. Спать мгновенно расхотелось, и девушка принялась осматривать временное пристанище, гадая, как долго они будут здесь находиться.
Вид не впечатлил. Грязно, душно, сыро и тесно. Висели гамаки из плотной желто-серой ткани, стояли бочки, валялись куски каната, странные металлические предметы, каких девушке еще не приходилось видеть. А под потолком болтались небольшие матовые шары, дающие ровный тусклый свет.
Шаги сверху вроде чуть притихли, а затем с новой силой прозвучали уже совсем рядом со входом. Насторожившись, Алана наблюдала, как по лестнице, стуча подошвами, сбежал высокий, худощавый человек в распахнутой жилетке и темно-синих штанах, заправленных в сапоги. После недавних приключений, проникшись ко всем мужчинам сильным недоверием, девушка и на этого посмотрела без особой приязни.
– А вот и спасенная. – Незнакомца не смутил взгляд Аланы. Он посмотрел на Норда и чуть вздернул густые черные брови. – А чего твой муж валяется, как дохлая каракатица?
– Отдыхает, – сообщила Алана, не зная, как отнестись к визитеру. Выглядел-то он свирепо: лицо загорелое, щетина достигла таких размеров, когда может смело называть себя бородой, руки в безобразных шрамах, а волосы торчат неровным ежиком. Алана еще раз покосилась на его шрамы, передернулась и уже от всей души пнула Норда в бок, надеясь, что «муж» все же придет в себя.
– Спасибо, милая, что разбудила, – сообщил Норд, садясь с таким видом, словно впрямь лежал и отдыхал. Алана только диву давалась: куда делся равнодушный холодный Бог? Рядом с ней сейчас сидел обычный, пусть и весьма симпатичный молодой мужчина, явно уставший, со светлой щетиной, словно не брился несколько дней.
– Спасибо, капитан, что вошли в мое положение. – Норд встал и пожал крепкую загорелую руку. – Это моя жена Алана, из-за которой вся суматоха и началась. Милая, а это капитан Бент.
Алана тоже поднялась и кивнула, продолжая ненавязчиво держаться за спиной Норда. Чуть покачнулась, когда пол особенно сильно толкнулся под ногами, и вынуждена была ухватиться за руку Норда. Тот словно ждал этого момента: одним движением подгреб к себе и обнял за талию. Алана только сглотнула: показалось, что ребра стиснули стальным обручем. Ни двинуться, ни толком вздохнуть.
– Пугливая у тебя женушка. – Бент мельком глянул на девушку и исключил ее из зоны внимания. – Потопали наверх, придумаем, где вас поселить. Ребята у меня, конечно, мирные и все такое, но, черт подери, баба есть баба. Сорвет у кобелей крышу, и начнется поножовщина. И так вон твоя женушка прелестями сверкнула, пока ты ее тащил. Хорошо хоть не все заметили. Так что клешни в ласты и айда за мной.
Алана была рада уйти из душного трюма.
В глаза, уже привыкшие к мягкому полумраку, ударило солнце. Пока жмурилась и моргала, Норд вел ее через палубу, на противоположный конец корабля, и беседовал с Бентом.
Проморгавшись, Алана тут же завертела головой, одновременно пытаясь все и услышать, и увидеть. И задохнулась от простора, раскинувшегося вокруг корабля. Темно-синее море и яркое небо, насколько хватало глаз. Под ногами чуть поскрипывающая палуба, над головой туго натянутые паруса. Гортанные голоса моряков перекликались с шумом волн и легким свистом ветра. Мужчины тут были загорелые дочерна, раздетые по пояс и ужасно обросшие.
А еще они откровенно разглядывали Алану. Так, что она не вытерпела и накинула на голову капюшон рубашки, скрывая лицо. После истории с борделем она вообще не была уверена, что хочет приближаться к мужчине ближе чем на пару метров. И от Норда бы держалась подальше, но тот не спрашивал.
Бент оказался громким. Очень громким и подвижным, от него исходила горячая волна бешеной энергии. Он одновременно разговаривал с Нордом, перемежая фразы крепкими словами, орал на подчиненных, подмигивал Алане и сморкался на палубу.
Спустились на три ступеньки ниже уровня палубы и очутились в просторном помещении, обставленном не без шика.
– Как-то так, – сообщил Бент, обводя рукой каюту. – Основная жизнь тут протаптывается, так что припер барахла.
«Барахло» состояло из узкой кровати, потрепанного дивана, нескольких стульев, узких длинных трубок, светящихся ровным белым светом, и многочисленных ковров. Таких ярких, словно их только выткали. Алана не удержалась и, наклонившись, потрогала один. Ворс оказался жестким и упругим.
– Ага, тоже офигела? – развеселился капитан. – Хрен найдешь такой товар, только я вожу. И еще пара ублюдков, которые его отыскали. В одном месте целые склады такого добра. Не пачкаются, не рвутся, некоторые даже цвет меняют иногда.
– Две тысячи тридцать пятый год, – едва слышно прошептал Норд на ухо Алане. – Ужасный китч, который быстро вышел из моды.
Девушка кивнула: что такое «китч», она знала.
– А вас я поселю вот сюда. – Бент подошел к двойным дверям и раздвинул их в стороны. – Вот тут ошивается мой помощник, редкая скотина, скажу я вам. Наглый ублюдок, но умный. И смелый. И выпить может столько же, сколько и я. Только потому и не убил до сих пор.
– В тот день, когда я тебя перепью, ты не вынесешь позора и утопишься, пьяный урод, – послышался веселый голос.
– А вот и наш главный … – произнес нецензурное слово Бент, явно не смущаясь присутствием Аланы. Та обернулась, желая посмотреть на вошедшего. Крепкие словечки девушку не пугали: в их городе тоже мало кто стеснялся выражаться.
– Риг, – представился высокий мужчина, в упор уставившись на девушку темно-серыми глазами. Одет он был в широкие штаны, заправленные в высокие ботинки, и жилетку, такую же, как на капитане. Светлые волосы торчали из-под темно-зеленой банданы. Риг оказался выше капитана и шире в плечах и груди. Этакий загорелый до бронзы мускулистый гигант.
Он продолжал несколько мгновений разглядывать Алану. После чего моргнул и сообщил, что рад знакомству.
– Поселю по соседству, – сообщил Бент своему помощнику. – А то мало ли, плавание долгое, мужики здоровые. Я, правда, уже пообещал в случае чего задницу на нос натянуть тому, кто посмеет обидеть гостью.
– Причем в прямом смысле этого выражения, – усмехнулся вдруг Норд. Бент подумал и разразился хохотом, похлопав собеседника по плечу. Алана нервно ухмыльнулась. Знал бы капитан, с кем фамильярничает.
– Так, я вам тут сейчас правила кое-какие объясню.
Бент сделал знак присаживаться. Сам развалился в кресле, рядом с поцарапанным, но еще роскошным столом из твердого пластика. Тоже остатки прошлой эпохи. Алана уже заметила, что их довольно много было на корабле. Например, стулья: из черного блестящего материала, который, стоило на него сесть, моментально подстраивался под форму тела и становился приятно теплым.
Принесли еду, на которую девушка посмотрела без особого интереса. Разве что выпила теплый напиток – от него чуть повело голову и мысли перестали скакать как бешеные.
– У, милая, – послышался голос Норда, – да ты совсем засыпаешь.
Он вдруг взял и подхватил «жену» на руки – Алана только выдохнула от неожиданности.
– Отнесу ее отдохнуть.
– Оба отдыхайте, – захохотал Бент, а Риг коротко улыбнулся, словно оскалился. – Только не очень громко, а то все завидовать начнут.
– Мы не… – начала было Алана, но Норд уже зашел в небольшое помещение, отведенное им на время плавания. Здесь поместились лишь койка, стул и совсем узкий шкаф, врезанный в стену. Окон не было, свет давали все те же небольшие матовые шарики, которые Алана видела в трюме.
– Мы, конечно, «не». – Норд небрежно кинул свою насторожившуюся ношу на кровать, застеленную тонким темным одеялом. – Но для всех мы очень даже «да».
– Кроваткой, что ли, поскрипеть? – посмотрела на него с подозрением Алана.
– Просто сядь и слушай.
Пришлось скрепя сердце подчиниться. Хотя ее передернуло, стоило Норду сесть вплотную, так что они касались друг друга плечами и коленями.
– Я хочу рассказать тебе… – Голос мужчины упал до интимного шепота, щекочущего мочку уха. – Рассказать о том, что я ищу. Если согласна – просто кивни. Но учти, если после этого ты попытаешься сбежать, то мне придется убить тебя.
Прошло несколько секунд, прежде чем Алана медленно кивнула.
– Отлично. – Норд еще плотнее придвинул к себе девушку и заговорил: – Начнем с того, что со мной происходит. Если рассуждать примитивно, по-вашему, то я умираю. – Он придержал дернувшуюся Алану. – Слушай молча, потом задашь вопросы. Все началось с того, что нам в руки попали обрывки информации… Один из нас проводил исследования о «выпивании душ». Не дергайся, а то удавлю. И кажется, создавались разработки… а, черт, как бы по-примитивному-то сказать? Искали возможность избавиться от этой зависимости. Ты считаешь всех нас извергами, да? Но это всего лишь естественный ход событий. Вы убиваете животных, мы – питаемся вами. Тих-х-хо, я сказал. Проблема в том, девочка, что некоторых из нас не устраивает подобный расклад. Мы зависимы от вас, мы привязаны к этой планете.
Он сунул руку в один из многочисленных карманов на широком поясе и вытащил золотистую полупрозрачную пилюлю. Повертел ее перед лицом Аланы.
– Есть так называемые пилюли. Они дают такой же эффект, как после «выпивания», но ненадолго. И с каждым разом их приходится принимать все больше.
Он прижал капсулу к руке, и содержимое быстро впиталось в кожу.
– Дальше, – тихо потребовала Алана. После слов «избавиться от этой зависимости» она поняла, что дослушает до конца. И убьет любого, кто посмеет прервать их разговор.
– Я стараюсь рассказывать так, чтобы ты поняла своим примитивным мозгом.
– Этот примитивный мозг тебе нужен.
– Увы, – произнес Норд таким тоном, что Алана тихо порадовалась за свои «примитивные мозги». – Теперь закрой рот и слушай дальше. Гордись, никто из людей этого прежде не слышал.
– Я горжусь, – заверила она, понимая, что ради такой информации потерпит и слишком близкое присутствие Норда, и его шепот, от которого то и дело по спине пробегают мурашки.
Бог рассказывал, а Алана слушала и не замечала, как ее глаза становятся все круглее и круглее. Какие-то исследования, вакцина, войны между фракциями, координаты – все казалось нереальным.
Она даже пыталась нарисовать в голове картинку: синее небо, белые облака, а на них Боги, похожие все на Норда. И они бросаются друг в друга мелкими букашками, которые мужчина назвал вирусами. А вокруг космические корабли вроде самолетов, они взрываются и превращаются в ничто. Только вот слова «аннигиляционные ракеты» так и остались набором букв.
– Почему ты не нашел другого человека, а вернулся за мной? – все же задала она мучивший вопрос.
– Я уже примерно знаю, чего ждать от тебя, ты не так глупа и ты уже невольно помогла в тех руинах. Брать кого-то другого – лишний риск. Правда, я рискну, если ты возомнишь себя незаменимой.
– Не возомню. А ты вылечишься?
– Да, если дотяну до места, где будет ждать один из наших. У него есть антивирус. Э-э-э, лекарство. – И Норд задумчиво протянул: – Только вот странно…
– Что? – По мнению Аланы, странного во всей истории было много чего, начиная с того момента, когда Бог ее не убил, а предложил сделку.
– В городе я не включал свои возможности. Но все равно приступ произошел. Странно.
– Не включал? – переспросила Алана. – А прыжок со второго этажа? А то, как ты швырял Винса. А как ты его… – тут девушка поморщилась, – выпил?
– Это для меня в порядке вещей. Как вот для тебя дышать и есть. – Норд двумя пальцами приподнял подбородок Аланы, заставляя посмотреть в глаза. – То, что ты видишь, – оболочка. Внутри я другой.
И опять она не уловила смысла. Что значит – другой? Алана вроде примерно понимала, что имеет в виду Норд, но до конца воспринять не могла. Потому что вот же он, сидит рядом. Обычный мужчина лет двадцати пяти, светлые волосы, стянутые в хвост, уже растрепавшийся, щетина на чуть впалых щеках и развитая широкоплечая фигура. Разве что взгляд зеленых глаз холодный и такой… ну, словно видел многое. Хотя, может, просто кажется. Она-то знает, кто рядом с ней.
– На сегодня хватит, – вдруг произнес Норд. – Ложись спать, твоя нервная система должна до конца восстановиться.
– А ты? У тебя нервы-то вообще есть?
– Да, их отличный аналог. Ложись. Как это ни отвратительно, но мне тоже надо отдохнуть. Двигайся к стене.
Алана подвинулась, но на оставшуюся часть кровати посмотрела с большим сомнением. Норд, конечно, не таких размеров, как гигант по имени Риг, но тоже мальчик крупный.
– Брось! – поморщился Бог. – Я думал, мы пришли к соглашению. Просто отвернись и спи.
– А… ты же не будешь раздеваться?
– Сейчас сниму штаны, – прорычал он в ответ, опуская пальцы на ремень. – С тобой по-хорошему, и ты сразу начинаешь наглеть. В этом весь человек. Спи!
Пришлось Алане отворачиваться и закрывать глаза. Но все равно каждой клеткой тела она чувствовала то, что происходило сзади. Легкое шуршание одежды, затем чуть прогнулась кровать под весом Норда. Бог улегся, опять вплотную прижав ее к себе, и тут же задышал ровно и спокойно, словно моментально провалился в сон. Алана же лежала с дрожащими от напряжения мышцами. Но постепенно спокойная обстановка заставила расслабиться. Зевнув пару раз, она уснула. И ей не снились кошмары, ей вообще ничего не снилось.

Глава 9

Утро началось с ощущения неприятного холода. Поворочавшись, поджав под себя колени, после тщетных попыток нащупать одеяло Алана не выдержала и открыла глаза.
Все тот же рассеянный свет от матовых шаров, чуть покачивающихся в такт палубе. Именно качка так сильно и убаюкала. Качка и тепло за спиной, которое сейчас исчезло. Вместо Норда осталась вмятина на тощей подушке и сброшенное на пол тонкое, но удивительно теплое одеяло: видимо, тоже из найденных в руинах вещей. Натянув его на плечи, Алана села и с сонным отупением принялась разглядывать обшарпанные стены.
Организм, осознав, что находится в относительной безопасности, расслабился и сообщал, что не хочет никуда. Разве что справить естественные потребности, а затем обратно, в постельку. Похожие чувства Алана испытывала обычно после простуды. Она потрогала лоб, прислушалась к ощущениям: нет, не заболела. Видимо, просто перенервничала вчера.
Вспомнились темная душная комнатушка борделя, треск рвущейся одежды, а затем влетевший в окно Норд. И да, в тот момент Алана даже не испугалась, а лишь безумно обрадовалась его появлению.
И тому, что Бог «выпил» человека.
Алана передернулась, плотнее закутавшись в одеяло. И услышала за дверью тяжелые шаги, от которых словно начал подрагивать пол. Дверь с легким взвизгом открылась, и на пороге, загораживая практически весь проем, встал Риг.
Мгновение оба смотрели друг на друга, затем Алана рывком натянула одеяло до ушей и проговорила:
– А где Норд?
– Напугал? – негромко спросил помощник капитана. – Твой муж с Бентом. Нашли общий язык, – вдруг усмехнулся он, – обсуждают навигацию и смотрят, как ловчее и быстрее добраться до нужных берегов. А меня вот отрядили к тебе. Тут у нас каждый что-то делает, лишних рук не бывает. Готовить умеешь?
Алана кивнула, все еще настороженная, хотя сама не понимала – отчего.
– Ну охрененно! – Риг взялся за дверную ручку. – Одевайся и выходь на палубу. Только быстро, раз – нога, два – рука, и вперед.
Еще раз окинув ее странным взглядом, который неприятно обжег кожу, помощник капитана притворил за собой дверь. Вновь заскрипели доски под его ногами, а Алана кинулась одеваться. Брюки, великоватая размера на два рубашка, но так даже лучше – скроет фигуру. Подпоясавшись и подвернув рукава, она печально посмотрела на ноги и решила разузнать насчет обуви, потому что стоять было холодно.
Риг ждал наверху, сразу у лестницы. Оглядев Алану, махнул рукой:
– Гальюн там. – Увидев непонимающий взгляд, пояснил: – Ну, типа сортир. Тебе ж надо.
Покраснев, Алана торопливо зашагала в указанном направлении, накинув на голову капюшон. На палубе было полно моряков, и она старалась держаться от них подальше. И пусть мужчины пробегали мимо, занятые делами, все равно казалось, что ощущает их брошенные украдкой взгляды.
Оказывается, Риг вел ее на камбуз. А по дороге заодно рассказывал про корабль.
– Моемся мы, – он хмыкнул, – ну, когда припрет, то в морской воде. Ведро набираешь и себе на голову – н-н-на! От похмелья тоже помогает. Хотя тебе последнее не грозит. В общем, ты только скажи, я все сделаю.
Алана только кивнула, решив обращаться к помощнику капитана в крайнем случае. Уж лучше самой, так хотя бы не будешь никому должной.
Они спустились чуть ниже уровня палубы и очутились в небольшом и жарком помещении с одним иллюминатором, куда периодически влетали морские брызги.
– Эй, Хакон! – окликнул Риг невысокого приземистого кока, яростно рубившего что-то на изрезанном столе. – Принимай помощницу. И не швыряйся в нее рыбой, старый пень!
– Иди ты… – сообщили ему в ответ гулким, словно из бочки, басом. Мужчина по имени Хакон обернулся, и Алана увидела загорелое лицо с резкими морщинами и огромной бородой, росшей едва ли не от ушей. Повар смерил девушку взглядом маленьких черных глаз и проворчал:
– Пришла и пришла. Становись на мое место, только пальцы не поотрубай, лишних на корабле нет, – и тут же захохотал, довольный своей шуткой.
– Просто работай и посылай старого пе… ворчуна, если совсем достанет. Ну или если щипнет за что-нибудь. – С этими словами Риг ушел, оставив Алану в царстве жары и не слишком приятных запахов вареной рыбы и лука.
– Че встала? – Хакон отошел к большому котлу, стоявшему на печи. – Иди режь капусту для супа.
Некоторое время на камбузе стояла тишина, прерываемая лишь стуком ножей да негромким и ужасно фальшивым мычанием Хакона.
– Твой муж правда сказитель?
Алана прекратила мысленные крики в адрес Норда, который завез ее в дебри, и обернулась. Хакон крупно резал рыбу и бросал в котел. На девушку он не смотрел, но вопрос явно адресовался ей.
– Эээ… да, – согласилась она и в очередной раз обругала Норда. Даже не сказал, кем представился в этот раз!
– Странные они, эти сказители, – проворчал кок. – Вот откуда столько знают, а? Про прошлые времена, про то, как раньше люди в огромных домах жили и летали по воздуху. Про демонов вон все знают, а откуда? Зуб даю, демоны сами им рассказывают.
– Враки! – Алана от возмущения чуть не попала огромным ножом себе по пальцам, но вовремя вспомнила, что запасного комплекта частей тела на корабле нет. – Мой дед был сказителем! А его потом на Сборах забрали! Эй, стоп! Что за демоны?
– Может, забрали потому, что свое отработал. В смысле? Девочка, ты про демонов не слышала? Спускаются с небес и забирают всех подряд.
– Они у нас просто по-другому называются, – пробормотала Алана, поняв, что Хакон имел в виду Богов. А насчет демонов она слышала от деда: тот рассказывал, что раньше было много религий. Тогда смутно поняла его рассказы, но вот про демонов, живущих глубоко под землей, запомнила.
На камбузе пришлось проторчать почти до вечера. Когда от жары, запахов и усталости начала кружиться голова, Хакон отправил ее отдыхать. Шатаясь, словно пьяная, Алана поднялась на палубу и глубоко вдохнула морской воздух. Закашлялась от мелкой водяной пыли и заметила неподалеку Рига. Тот что-то говорил двум морякам: негромко, но явно жестко. Увидев Алану, кивком отправил их в сторону трюма, а сам подошел к девушке. Она скользила взглядом по палубе, стараясь высмотреть Норда. Но тщетно.
– Ты как? – Риг вынул руку, которую до этого прятал за спиной. – Держи. Это тебе.
Он держал пару высоких темных ботинок, да таких, что у Аланы на миг перехватило дыхание от восторга. Явно старинная обувь, но выглядит как новенькая. Черная матовая кожа, мягкая даже на вид, металлические заклепки вместо шнурков и толстая рифленая подошва. Алана протянула руку и потрогала край голенища: да, действительно мягкая.
– Сколько ты за них хочешь?
– Дуреха! Это подарок единственной женщине на корабле, которой явно стремно ходить босиком.
– Нет. – Алана тут же вспомнила щедрость и дружелюбие женщины, заманившей ее в бордель. – Нет, это слишком дорогой подарок. Я спрошу у Норда, сможет ли он заплатить за них.
– На кой черт мне твои деньги? – Риг присмотрелся к ее напряженному лицу и вдруг широко улыбнулся. – Так ты решила, что я чего-нибудь потребую взамен? Точно дуреха!
– С недавних пор я предпочитаю быть дурой, зато в безопасности, – парировала Алана.
– Хорошо, тогда предлагаю обмен, глупая ты женщина! – загремел Риг. – Забирай чертовы ботинки, а взамен попроси Хакона добавлять в еду поменьше соли и его мерзкой приправы. Остальных он шлет лесом.
Все еще недоверчиво косясь на собеседника, Алана все же кивнула. Без обуви и правда ей приходилось тяжело.
– Вот и чудненько. – Риг кинул ей ботинки, которые Алана с трудом поймала. – Обувайся, твой муж ждет тебя у капитана.
В ботинках идти было легко, так бы и побежала. Подошва пружинила и словно сама отталкивала ногу от поверхности. Алана не выдержала и пару раз подпрыгнула от восторга. Как же мало надо для счастья! Например, наличие нормальной обуви.
В капитанской каюте пластами висел вонючий дым от толстых темных сигар, которые курили Бент и Норд. Бог развалился на диване, а капитан вольготно устроился в кресле, закинув ноги на широкий стол. Алана запнулась и опустила взгляд: от ноги откатилась в сторону пустая пластиковая бутылка. Еще три обнаружились возле стола, заставленного остатками еды.
Алана набрала воздуха в грудь, мысленно попрощалась с белым светом и рявкнула:
– Нажрался, мерзавец?
Нет, ну стоило так рявкнуть хотя бы ради того, чтобы увидеть отблеск изумления в глазах Норда. Это Бент и Риг не слишком обратили внимания, разве что заухмылялись, предчувствуя скандал. Капитан даже устроился поудобнее и дотянулся до наполовину полной бутылки, в которой плескалась темно-золотистая жидкость.
Норд быстро справился с удивлением и чуть нетрезвым голосом заверил «милую женушку», что они всего лишь «выпили по капельке для знакомства». Зеленые глаза при этом обещали все возможные кары света.
– Капелька? – Алана ткнула пальцем в перекатывающиеся по полу бутылки. – Да тут литра три, не меньше! Как у тебя из ушей не полилось!
– Эй, эй! – повысил голос Бент. – Женщина, расслабься и того… успокойся. Сидим, общаемся. Твой муж не только сказитель, он еще и свой мужик! В навигации разбирается так, что завидки берут. Эй, Норд, ты крутой мужик, реально крутой!
«Этот мир окончательно рехнулся», – подумала Алана, глядя, как Бог с пьяной ухмылкой поднимает высокий стакан из небьющегося материала. Она готова была поклясться, что сейчас Норд ничем не отличался от обычного нетрезвого парня: расслабленная поза, затуманенный взгляд и чуть замедленная речь. Светлые волосы частично выбились из хвоста и влажными прядками лежали на лбу. Алана уперла руки в бока и, как она надеялась, грозно уставилась на «мужа». Тот не спеша допил вино, зашвырнул стакан в угол и встал, чуть пошатываясь.
– Кажется, тут кто-то распищался, – сообщил он новоявленным друзьям. Бент хохотнул, а присевший на край стола Риг слегка нахмурился и проговорил:
– Да ладно тебе, женщины же вечно встревают.
– Цыц! – Норд погрозил пальцем воздуху, а затем поманил Алану к себе: – Кис-кис-кис.
«Идиот!» – подумала она и отступила на шаг, решив, что пора «обидеться» и уйти в каюту. Все равно роль оскорбленной жены уже сыграла.
Но соревноваться с Нордом в скорости и ловкости все ж не стоило. Когда Алана попыталась проскользнуть мимо, Бог легко перехватил ее и, перекинув через плечо, понес в каюту. При этом ворча про наказание для чересчур обнаглевших жен. Девушка застучала по его спине кулаками, но добилась лишь хохота от капитана. Риг же совсем помрачнел и до хруста сжал бутылку.
– Фух! – выдохнула Алана, стоило им скрыться в каюте, а Норду – опустить ее на пол. – Притворялся?
– Естественно. – Голос Бога звучал как обычно ровно и спокойно, да и с облика слетела аура опьянения. Норд прямо в ботинках устроился на постели, закинув руки за голову, и посмотрел на переминавшуюся Алану. – А что это за сцена сейчас была?
– Ну, по логике я должна отреагировать на твое пьянство. – Она развела руками. – Уж извини, раньше с таким не сталкивалась. Пришлось вспоминать, как вели себя соседи в такие моменты.
– Хорошо, они с ножами друг на друга не кидались, – сообщил Норд. – Иначе вышло бы жалкое зрелище. Что ты стоишь?
– Подвинься, – попросила Алана. Ноги и впрямь гудели после топтания на камбузе. Хотелось лечь и вытянуться во весь рост.
– Ложись на меня… женушка.
Норд, как бы приглашая, раскинул руки в стороны, демонстрируя широкую грудь. На корабле он снял футболку с курткой, заменив их жилеткой из плотной ткани, со шнуровкой впереди. Так что сейчас Алана могла оценить словно вырезанные из твердого дерева мышцы. Могла, но не оценила.
– Не хочу я на тебя ложиться! С чего вдруг?
– С того, что завтра вставать рано, ты здесь не на отдыхе. И то, что я заплатил за наше пребывание здесь, не означает, что мы будем отлеживаться. Каждые руки на счету.
– Ну, я уже оценила прелести путешествия. – Алана присела на край кровати, по-прежнему не желая «падать в объятия». – А ты чего делать будешь? Не зазорно ли Богам помогать каким-то людям?
– Это вопрос выживания.
Норд закинул руки за голову и поерзал, поскрипывая кроватью. Алана лишь с негодованием проглотила замечание, что это она устала как собака. А не тот, кто живет на небе и «выпивает» людей. Она промолчала, ожидая продолжения, но Бог покачал головой. Зеленые глаза чуть прищурились, словно их владелец размышлял о чем-то. Или прикидывал. Затем Норд на мгновение отвел взгляд в сторону плотно закрытой двери, а потом снова принялся разглядывать «жену».
Алана тоже покосилась на дверь, потом на Норда, опять на дверь.
– Что? – не поняла она.
– Слишком спокойно мы себя ведем, – сообщил Бог и неожиданно сел. Одновременно его кулак врезался в переборку, рядом с ухом Аланы. Позорно взвизгнув, она ласточкой слетела с кровати и на четвереньках уползла в угол. Съежилась, готовясь защищаться зубами и ногтями. Второй удар – по опасно скрипнувшей спинке кровати – опять заставил вскрикнуть и зажмуриться, выставив руки вперед.
Секунды текли, но ничего не происходило. Приоткрыв один глаз, Алана увидела, что Норд преспокойно опять улегся на кровать и разглядывает сырой потолок.
– Можешь вылезать, инсценирование семейной ссоры закончено. Я тебя побил за то, что ты меня выставила идиотом перед мужчинами. – Он приподнялся на локтях и с интересом протянул: – А может, для правдоподобности тебе синяк под глаз поставить? – Он посмотрел на медленно вытянувшееся лицо спутницы и расхохотался. – Ты вообще не понимаешь шуток, дуреха.
– Куда мне, с моим-то примитивным мозгом.
– Запомнила? Умничка, а теперь ложись и спи. А я пойду проветрюсь.
Он и правда встал, освобождая место. Алана поспешила плюхнуться на кровать и едва не застонала от блаженства. Карауливший где-то неподалеку сон мигом навалился мягким пушистым облаком. Уже проваливаясь в него, Алана услышала, как негромко хлопнула дверь. Норд ушел на палубу, изображать злого мужа и плеваться в море.

* * *

Нет, путешествие на корабле Алане определенно не нравилось.
«Вот ведь характер мерзкий, – посетовала она сама на себя, пока пробиралась на камбуз по утреннему холодку. – Радоваться надо, что из того борделя вырвалась, а я ворчу».
Настроения не прибавил прошедший мимо матрос, который неожиданно шлепнул ее по попе и тут же скрылся с похабным смешком. Алана только сплюнула в сердцах и поспешила нырнуть в камбуз, в относительную безопасность.
Обед она готовила с каким-то злобным воодушевлением. Даже Хакон, пару раз покосившись со своего места у плиты, не выдержал и пробасил:
– С мужем поругалась?
– С чего ты решил? – Алана обрушила нож на несчастные овощи так, что те мигом превратились в мелко накрошенные останки.
– Ну ты пару раз прошипела «получай, паскуда», перед тем как порубить морковь, – хохотнул повар. – Темпераментная, а? Ничего, муж и жена – одна сатана, так гласит древняя пословица. Ругаться можно, а вот расставаться лучше не стоит.
– Не стоит? Что-то я ваших жен тут не вижу. И подруг тоже.
Алана решила: пусть лучше думают, что она поругалась с мужем. Говорить про утренний шлепок почему-то было стыдно.
Хакан чуть нахмурился и посмотрел в булькающий котел, от которого шел густой запах рыбного супа.
– Ну не все женщины хотят мотаться по морю, наши предпочитают сидеть дома. А вот жена капитана, та часто с нами ходила за товаром. Мне помогала. Если что – врачевала. Такая женщина!
– А где… – начала было Алана, но умолкла, почувствовав неладное. Или, может, заметив нахмуренные брови собеседника. Тот, впрочем, понял ее вопрос.
– Год назад в нашем городе была Охота. Многие тогда погибли.
– Какая еще охота?
– В смысле, какая? – в свою очередь удивился Хакан. – Дикая Охота, когда демоны падают с небес и убивают всех подряд, пока не насытятся кровью.
– Там, откуда я родом, это называется Сборами, – откликнулась Алана. Да, такие рассказы не давали ей забыть, с кем она путешествует. Норд говорил, что это всего лишь небольшая плата за отсутствие войн, эпидемий и прочих невзгод? Только кому легче от такого объяснения? Кто вообще дал им право распоряжаться?
«Они сами и дали, – пронеслась обжигающая мысль. – Проблема в том, что мы можем негодовать сколько угодно. Их это не волнует. Их ничего не волнует, кроме душ. Ах да, еще и каких-то исследований».
Не имея выхода, возмущение продолжало копиться, так что к обеду Алана сама себе напоминала накрытую крышкой кипящую кастрюлю. Еще немного, и пар со свистом начнет вырываться отовсюду. Хакон косился, косился, а потом заявил, со стуком опустив на стол сковородку:
– Иди уже к мужу. А то вся красная и пыхтишь. Бабу в таком настроении к еде подпускать опасно: сыпанет чего, а потом вся команда животами маяться будет. Вали давай, отпускаю.
Алана поспешила «свалить», еще не зная, что будет делать. Была у нее мечта взглянуть на груз, который везли торговцы, но попросить об этом Бента или Рига она стеснялась.
После духоты камбуза морской воздух показался просто живительным. С наслаждением вдыхая его, Алана решила просто постоять и посмотреть на море, такое спокойное сегодня. И уж никак не ожидала, что ее подкарауливают рядом с камбузом. Кто-то, воспользовавшись тем, что вокруг нет ни души, подкрался к Алане со спины и, зажав ей рот, потащил в сторону трюма. Настолько диким показался поступок, совершаемый посреди белого дня, что девушка в первое мгновение даже растерялась. Но сразу принялась яростно брыкаться и мычать, пытаясь укусить руку.
Ее отпустили так же внезапно, как и схватили. Получив мощный толчок, Алана сделала по инерции пару шагов и приземлилась на четвереньки. Тут же вскочила, готовая заорать во все горло…
Риг за шиворот оттаскивал в сторону того матроса, который шлепнул ее утром по заднице. Алана запомнила его дурацкую бородку и татуировку на шее в виде осьминога. Правда, теперь мерзавец не улыбался похабно, а что-то испуганно лепетал.
– Стой там, – приказал ей Риг, а сам оттащил неудавшегося насильника в сторону и с размаху припечатал к мачте.
Да что же это такое?! Алана задрожавшими руками заправила выбившуюся из брюк рубашку и обхватила себя за плечи. Опять?
Риг тем временем что-то высказал матросу, дал ему затрещину и отправил восвояси. Алана невольно попятилась, когда помощник капитана направился к ней.
– Эй, все нормально, – поднял тот ладони вверх. – Больше к тебе никто не полезет.
– Да что ж такое-то? Мне что, в тряпье замотаться, чтобы никто не покушался? С ума все посходили? – Алана осеклась, уловив в голосе истеричный надрыв.
Риг стоял рядом и явно сочувствовал. А потом предложил:
– Могу научить защищаться. Ну, там, простые приемчики, плюс как можно ножичком пырнуть в случае чего. А то мало ли, нападут, а защитника рядом не будет.
Алана не сомневалась в том, что нападут, и не раз, с ее-то удачливостью. Даже присутствие Норда не спасло. Девушку передернуло, и она решилась:
– А научи.
– Странно, что твой муж не догадался это сделать, – негромко проговорил Риг. – Вы же много путешествуете, мало ли что может случиться в дороге.
– Просто он дебил, – не выдержала Алана. Риг кивнул и больше вопросов не задавал. Видимо, решил, что супруги все еще в ссоре после вчерашнего.
Занятия решили проводить в хвосте корабля, сразу за каютой капитана, который вместе с Нордом сейчас бродил где-то по кораблю. Изредка ветер приносил его зычный голос.
– Все! – Риг в очередной раз легко отбил неуклюжий выпад девушки и хлопнул в ладоши. – Все, все, все, хватит на сегодня, расслабься. Что-то ты прямо злющая, как кошка дикая.
Алана остановилась, тяжело дыша и смахивая с лица выбившиеся из прически темные пряди. Три часа почти беспрерывной тренировки слегка уменьшили злость, Норда теперь убить не хотелось. Разве что попинать немного по ребрам, от всей своей «экзотической» души. С шумом выдохнув, девушка протянула нож Ригу, но тот отодвинул его в сторону.
– Пока держи у себя, вдруг захочешь немного потренироваться в одиночестве. – Темно-серые глаза смотрели мягко, но внимательно. – Да и вообще, мало ли… вдруг понадобится.
Алана незаметно сглотнула, прекрасно уловив подтекст. И, пробормотав слова благодарности, поспешила спрятать нож в голенище ботинка.
– Пойдем. – Риг стоял, скрестив огромные руки на широкой груди. – Я голоден как собака. – Он вдруг протянул одну руку Алане и добавил: – Аккуратнее, сегодня качка сильнее, ты вон сколько раз едва на палубе не оказывалась.
Он был прав: пока тренировались, море стало более беспокойным, и палуба под ногами Аланы периодически ходила ходуном, так что девушка с трудом удерживала равновесие. Тогда как Риг и остальные передвигались с таким видом, словно гуляли по спокойной земле.
Поколебавшись, она приняла предложенную руку. Пальцы буквально утонули в ладони Рига, а тот вдруг спросил:
– Муж не обижает?
– Э-э-э нет, – поспешила проговорить Алана, не желая конфликта. Еще вдруг решит вступиться за нее, и что тогда? Норд же беднягу голыми руками пополам сломает, даром что Риг больше и шире раза в полтора.
Увы, кажется, помощник капитана расценил ее торопливый ответ по-своему. Потому что покачал головой и пошел вперед, поддерживая Алану.
– Главное, не бойся. Ты мне не кажешься женщиной, которую можно оскорбить и ударить. Ты такая… настоящая.
– Спасибо, – буркнула Алана. – Но правда все в порядке. Мы немного… повздорили, но это нормально.
Риг как-то странно дернул щекой, но промолчал. И все так же молча дошел вместе с ней до капитанской каюты, дверь в которую распахнул пинком.
– А вот и наша краса корабельная! – Бент поднял только что открытую бутылку. – И мой… помощник, мерзкая ты скотина. Только муженька твоего не хватает.
Норд явился довольно скоро, довольный и словоохотливый. Пока Алана неторопливо ела, с трудом разрезая жесткое мясо, мужчины обсуждали какие-то руины, про которые рассказал Бог. По его словам, он случайно обнаружил их во время путешествия между городами.
– Помнишь, милая? – повернулся он к Алане. Та едва не поперхнулась и закивала, торопливо запивая кусок кислым вином.
– Заманчиво, конечно, – почесал затылок Бент. – Но от моря далековато. И там рифы небось?
– Не скажу, я от моря проходил довольно далеко. – Норд откинулся на спинку скрипнувшего дивана, а Алана ощутила, как рука «мужа» стальным кольцом сжала ее плечи. – Но штуки там реально клевые. Милая, помнишь?
– Помню.
Она мысленно пощекотала ножом ребра наглому Богу. А тот продолжал как ни в чем не бывало обнимать ее и рассказывать про удивительные находки в руинах. А капитан с Ригом слушали, в их глазах все сильнее разгорался интерес. Хотя второй нет-нет да переводил взгляд на Алану. И огонь в его глазах тогда становился в разы сильнее.
– Зачем ты им врал? – хмуро поинтересовалась Алана, когда Норд увлек ее на палубу.
Корабль окутывал густой влажный мрак, пахнущий морем. Лишь несколько тусклых шаров освещало палубу. Невидимое море рокотало за кормой, брызги порой попадали на губы, и Алана машинально облизывала их, чувствуя горько-соленый привкус. Норд стоял рядом, прислонившись к мачте. Тогда как Алана, чтобы не шататься, вынуждена была держаться за ближайшие ванты.
– Я не врал. – Норд огляделся и вдруг проговорил: – Кажется, ты на что-то злишься?
– Прикажешь веселиться в компании одного из вас? – спросила Алана, решив ему не рассказывать про нападение.
– Опять старая песня.
– Новая! Душ вам мало, да? Вам еще и кровь подавай! Сделали из нас зверюшек для охоты?
Она сжала сырые ванты так, что ладоням стало больно. Как же подмывало выхватить нож и убрать с лица Бога скучающее выражение!
– А, ты об этом. – Норд не высказал ни малейшего удивления. – Ну, вопервых, вы сами сделали из себя зверюшек. Во-вторых, мы тут ни при чем. Мы не станем уничтожать полезные ресурсы бессмысленной бойней. Я же говорил тебе, что мы – меньшее зло?
– Еще скажи, что вы вообще желаете нам только добра!
– Нам было плевать на вас, пока мы не поняли, какую вы несете в себе ценность. – Норд вдруг подался вперед и обхватил ее подбородок пальцами, заставляя смотреть себе в глаза. – Никто из нас не называет вас людьми, вы этого недостойны. Вы хуже зверей, вы – тупой скот, который живет и размножается, не задумываясь о завтрашнем дне. Никогда никто из нас не устраивал бойню. Вы сами занимаетесь грабежами и разбоем во время Сборов! А потом сваливаете на нас и называете демонами.
Он тряхнул подбородок Аланы так, что у нее стукнули друг о друга зубы, и практически прошипел:
– Ты выросла в одной из самых благополучных и скучных Зон. Поверь, вокруг тебя – ад. И устроили его вы сами.
Оба замолчали, то ли переводя дыхание, то ли стараясь успокоиться. Алана попыталась дернуть головой, но пальцы Норда лишь еще сильнее сжали ее подбородок. Освещенный покачивающимся фонарем, Бог выглядел злым. То ли из-за чуть прищуренных зеленых глаз, то ли из-за плотно сжатых губ, на которые Алана вдруг уставилась едва ли не с ужасом. Она сама не могла понять, что ее насторожило. Вокруг продолжал посвистывать ветер, где-то наверху хлопали паруса, да порой под ногами поскрипывала палуба. Где-то неподалеку слышались нетрезвые голоса моряков, но Алане вдруг показалось, что они находятся в другом мире. А вокруг нее и Норда образовалась звенящая напряжением пустота.
Ей пришлось привстать на цыпочки, когда Бог вдруг потянул ее за подбородок. Все выше и выше, вытягиваясь почти до боли в спине.
Словно завороженная, девушка наблюдала за тем, как сокращается расстояние между их губами. Уже чувствовала на щеке его дыхание, от которого вдруг начали подгибаться ноги. А может, от понимания, что ее сейчас убьют?
Мир вокруг сузился до небольшого окошка, которое становилось все меньше и меньше. Последнее, что почувствовала Алана перед тем, как упасть в обморок, – прикосновение теплых чужих губ.

Глава 10

Норд моргнул, когда увидел, как глаза девчонки закатились, а сама она обмякла у него в руках. Лишь спустя мгновение понял причину внезапного обморока и едва не рассмеялся. Бедняжка явно решила, что он сейчас ее «выпьет». И ведь ей в голову не могла прийти настоящая причина – Норд поддался непонятному стремлению ее поцеловать.
Он выпрямился, держа Алану на руках. Странный порыв прошел, но Норд выводы сделал: все же атака и проникший вместе с ней вирус нанесли куда больший ущерб, чем он предполагал. Такие вот порывы могли означать лишь одно: начал плохо контролироваться уровень гормонов.
Риг появился, когда Норд подходил к капитанской каюте, решив уложить Алану и дать ей отдохнуть. Помощник капитана появился из-за составленных друг на друга бочек и тут же уставился на безвольно лежавшую на руках «мужа» Алану. Со свистом втянул воздух сквозь сжатые зубы и процедил:
– Что с ней?
– Переутомилась. – Норду не понравилось, что Риг загородил ему проход в каюту. – Ночь поспит, и все пройдет, – добавил он, надеясь, что до субъекта дойдет по-хорошему и он отодвинется.
Не дошло. Риг продолжал стоять, засунув большие пальцы за пояс и мрачно разглядывая то Норда, то Алану.
– Не люблю, когда обижают женщин.
– Серьезно? – дернул краем губ Норд. – Или ты хочешь думать, что не любишь этого?
Голоса в голове, притихшие было после «выпитого» сутенера, вдруг зазвенели опять, подсказывая, искушая. Норд на мгновение представил, как все можно сделать. Они здесь одни, их никто не видит. Бросить девчонку на пол, провести подсечку и быстро «выпить» Рига, а тело потом за борт. И все.
Внезапно Риг шагнул в сторону. И когда Бог со своей ношей проходил мимо, негромко проговорил:
– Иногда я думаю, что наш капитан слишком бесхребетный тип, который соглашается брать на борт всякую сказительскую шваль.
Норд даже не повернул головы и скрылся в темноте каюты, заставив Рига стоять и сжимать кулаки. Вот уж на оскорбления от скота Богу было глубоко наплевать. Он прекрасно знал, что превосходит помощника капитана во всем, и реагировать на его нападки считал ниже себя.
В каюте, при неизменном тусклом свете, Норд уложил Алану на кровать, сам присел рядом и запустил пальцы в потайной карман на ремне. Семь золотисто-прозрачных капсул легли на покрывало. Одну за другой мужчина прикладывал к своему запястью, выжидал, пока содержимое всосется под кожу, а оставшуюся оболочку просто кидал на пол, где она в течение пары минут распадалась на молекулы.
Голоса чуть притихли, затаились. Прислонившись к стене, Норд глубоко вздохнул. Не было той мгновенной вспышки эйфории, которой сопровождалось «выпивание», скорее – слабый ее отблеск.
Семь капсул. Значит, примерно через три приема придется брать восемь, а то и больше. Норд прикрыл глаза, уже привычно сканируя состояние организма. Где-то в глубине прятался вирус, медленно убивавший его. Странное состояние, непривычное: понимать, что ты вдруг стал уязвим. Интересно, скот ведь постоянно чувствует свою беспомощность. Как им живется?
«Ты не прав, – дурным комаром зазвенело в голове, – они только вас, людей, боятся. А друг против друга выступают петухами».
«За грехи твои, – взвизгнул какой-то старческий голос на краю сознания, – ощути теперь и себя скотом. Погоди, организм еще свое потребует, спариваться захочешь, жрать от пуза и убивать ради забавы!»
«В руки себя взял! – перебило его ровное женское сопрано. – Видимо, вирус ускоряет распад личности. Просто выпей кого-нибудь, и тебе станет легче».
Пришлось принять еще три капсулы, прежде чем настырные голоса поблекли, а затем и вовсе исчезли.

* * *

Последующие десять дней на корабле прошли довольно скучно. По крайней мере для Норда, который только и занимался тем, что обсуждал с капитаном находки в руинах, пил, демонстрировал отличные знания навигации, опять пил, обсуждал женщин, пил… и даже чуть удивлялся здоровью Бента. Ладно, он – нанороботы моментально расщепляли попадавший в желудок алкоголь на безобидные составляющие, но как капитан мог вливать в себя такое количество отравы и оставаться на высоте – Бог не понимал. Подумав, решил, что это своеобразный способ самоубийства – из разговоров он понял, что капитан скучает по погибшей жене. С каждым днем все сильнее.
Что касается Аланы, то девчонка продолжала удивлять. После обморока, очнувшись, она сначала попыталась удрать из каюты, но Норд легко перехватил и кратко пояснил, что убивать ее не собирался. А тот порыв – всего лишь гормональный сбой, который пройдет, когда он вылечится.
– Так это правда? – спросила тогда Алана. – Что раньше люди целовались губы в губы?
– Лично это практиковал, – кивнул Норд. – Приятное занятие, прелюдия к половому акту или показатель симпатии к человеку.
– Но если бы ты меня поцеловал, то забрал бы душу!
– Нет. Процесс забора души происходит только, когда я этого хочу, а не потому что мои губы касаются твоих.
Норд мысленно хохотал от абсурдности ситуации. Сидит человек и объясняет глупенькой самке, что такое поцелуй.
Но на самом деле ситуация складывалась не слишком веселая.
Количество капсул за прошедшие дни подскочило до двадцати вместо предполагаемых десяти. В два раза. Он подозревал, что все дело в вирусе, который продолжал подтачивать изнутри. Но пока Норд не начинал жить в прежнем «божественном» режиме, не давал о себе знать.
В отличие от голосов – они теперь почти не замолкали. Успокаивались ненадолго после приема капсул, но и то продолжали едва слышно бубнить на границе сознания. А когда Норд осознал, что начинает мысленно с ними спорить, то всерьез забеспокоился за успех экспедиции. До последних событий его психика была вполне стабильна, насколько это вообще возможно. Сейчас же, видимо, под действием вируса, все начинало разваливаться. Свое сознание Норд воспринимал как старый покосившийся дом: еще стоит, но внутри прогнил и все сильнее расшатывается.
– Я твоей женушке ножны подарил, – проговорил как-то Бент, щурясь и стараясь не обращать внимания на головную боль. – Из старых запасов еще. Мы как-то несколько штук нашли. Прилепишь к руке и хрен заметишь.
«Ножны – симбионт», – тут же понял Норд, вспоминая, что подобное действительно изобретали в предсингулярный период. Но популярными они так и не стали.
– Подарил и подарил, я не против, – сказал он чистую правду. Бога устраивало, что Алана не путается под ногами, а вечно чем-то занята: если не на камбузе, то с Ригом или с капитаном. С одним она училась рукопашному бою, а другому рассказывала истории, услышанные от деда. Оказывается, Бент любил послушать сказителей. Норд чувствовал: его «женушка» чисто по-отечески пришлась капитану по душе. Вот он, видимо, решил вознаградить ее за истории.
Все случилось на четырнадцатый день путешествия. С утра ветер вдруг стих, паруса бессильно обвисли. Солнце спряталось в какой-то дымке, но воздух все равно казался раскаленным, душным. Многие моряки разделись, оставив лишь доходившие до колен штаны, часто обливались водой. Корабль буквально замер посреди переставшего волноваться моря.
Норд всей кожей ощущал непонятную наэлектризованность вокруг, даже волоски на руках вставали дыбом. Устроившись на бочках, карауля решившую помыться Алану, он внимательно оглядывал горизонт.
– Будет шторм, – сказал подошедший Бент. От капитана сильно пахло вином, но на ногах он держался вполне твердо, да и язык не заплетался.
– Будет, – согласился Норд, продолжая вглядываться в даль. – Там земля.
– Зрение у тебя… – капитан одним словом выразил восхищение. – Да, там граница Запретных Земель. Ну их на хрен, мы туда не суемся. Рифы, скалы, да и граница слишком близко к морю. Ничем не поживишься.
Он постоял, тоже разглядывая горизонт. Норд продолжал сидеть, упираясь затылком в бочки. Сегодня голоса в голове притихли, словно в ожидании шторма. Но он все равно их слышал, пару раз даже пытался спорить, но вовремя себя одергивал.
– … й шторм! – с чувством выругался Бент, стукнул пару раз по ближайшей мачте и ушел к себе в каюту. В последнее время оттуда он выходил редко, предпочитая указания отдавать через Рига. Пару раз Норд слышал, как капитан беседует с погибшей женой. И чувствовал, как распадается психика этого когда-то сильного человека. Но не сочувствовал, а лишь думал о том, как же слаб скот.
Медленно текли минуты, растягиваясь в густом киселе нагретого воздуха. Влажная жара капельками выступала на коже, проникала в легкие. Норд чуть пошевелился и произнес негромко:
– Еще пять минут, и я тебя вытащу, даже если будешь раздета.
За импровизированным пологом из грубого темного материала послышался торопливый плеск. Алана его явно уже хорошо изучила и знала, что он именно так и сделает. Норд едва заметно улыбнулся: их молчаливое противоборство забавляло.
Послышался шорох натягиваемой одежды, полог взметнулся, и показалась Алана. На ходу отжимая волосы, она покосилась на Норда.
– А мы скоро доберемся до места?
– Примерно через неделю, сейчас мы огибаем ЭЗЗ.
– Чего?
– Экспериментальную закрытую зону, – пояснил Норд. – Место, куда лучше не соваться. Мы называем ее Зоопарком.
– Хочу на берег, – призналась вдруг девчонка, видимо, на время забыв про вражду. – Мне надоела эта еда: рыба и жесткое мясо, да кучка вареных овощей! Мне надоело ходить так, словно пьяная, мне надоели эти подмигивания матросов.
Она тряхнула мокрыми волосами и, не оглядываясь, ушла в каюту. Норд тут же отметил, что за десять дней занятий с Ригом Алана стала двигаться по-другому, более плавно. И уже не хваталась за все подряд предметы, чтобы удержаться на ногах.
Мимо прошли Риг с боцманом, скрылись в каюте капитана. Плотник не спеша прошелся вдоль борта, посмотрел вниз и сплюнул в воду.
Норд вдруг сел прямо и пригляделся внимательнее. Вот несколько матросов встали рядом с каютой капитана, о чем-то негромко переговариваясь. Вот еще одна компания не спеша приближалась с противоположного конца корабля. Плотник вернулся и присоединился к первой группе.
Норд медленно встал и пошел в сторону капитанской каюты. И не удивился, когда одна из групп перегородила ему путь.
– Проблемы? – поинтересовался у матросов. Те сегодня были другие: мрачные, сосредоточенные.
– Капитан занят, – сообщили ему. – Стой тут.
– Я хочу пройти в свою каюту. – Норд говорил мягким тоном, производя впечатление вежливого и неконфликтного пассажира. – Это можно?
– Стой, тебе сказали, – рявкнул кто-то в ответ. – Если невтерпеж, то это не в каюту, а в гальюн.
Грубая попытка шутки не вызвала ни у кого и тени улыбки. Все собравшиеся явно чего-то ожидали, то и дело косясь в сторону двери, за которой скрылись Риг и боцман.
Норд машинально отметил, что среди толпы не видит Хакона и судового врача.

* * *

Алана каждой клеткой тела ощущала, как звенит внутри энергия. Если в первые дни работа на камбузе и тренировки с Ригом утомляли до такой степени, что сил хватало доплестись до каюты и заснуть, то теперь все изменилось. Казалось, она даже стала двигаться по-другому. А еще душу грела тайна: прикрепленные к плечу правой руки ножны из гибкого полупрозрачного материала, подаренные Бентом. Сначала Алана не хотела принимать подарок, но капитан так рыкнул, что руки потянулись сами собой. Ножны были необычными. Они сами прилипли к коже, стоило приложить к плечу.
– Если ты вот так напряжешь мышцы, – показал Бент, – то кинжал через это отверстие внизу сам собой соскользнет тебе в руку.
– Это из руин?
– Из них, родимых. Ножны эти раньше моей жене принадлежали…
Капитан задумался и взмахом руки показал девушке, чтобы убиралась. Алана лишь сочувствующе вздохнула и умчалась в каюту – тренироваться. Через несколько дней наловчилась – кинжал с первого раза попадал ей в руку.
Помывка морской водой, с коричневым куском мыла, взятым у капитана, – удовольствие, конечно, сомнительное, но сейчас Алана находилась на вершине блаженства. Она едва не содрала верхний слой кожи, до скрипа отмыла волосы и с легким отвращением натянула насквозь пропотевшие штаны и рубашку. Увы, ее гардероб на корабле не мог похвастаться разнообразием.
Торопливо застегивая ботинки, Алана порадовалась, что уложилась в отведенное время – двадцать минут. С Норда сталось бы вытащить ее в чем мать родила и в таком виде оттащить в каюту. Последнее время Бог вообще был странный. Он много разговаривал с капитаном, а вот с Аланой предпочитал или молчать, или рассказывать истории из прошлой жизни, которая казалась сказкой. Иногда страшной, иногда веселой, но неизменно интересной.
На ходу отжимая мокрые волосы, Алана мышкой проскочила каюту капитана, который сидел, задумавшись, на стуле у иллюминатора, и очутилась в своем «доме». Здесь оказалось чуть прохладнее, чем на палубе, где уже практически невозможно было дышать.
Алана долго расчесывала волосы, прикрыв глаза, и едва ли не мурлыча. В последнее время она научилась ловить такие вот редкие моменты блаженства. Потом устроилась на кровати и немного поразвлекалась, заставляя нож выпадать из ножен в руку. А заодно представляла, какое лицо будет у Рига, когда она продемонстрирует такой фокус. Алана специально никому не говорила о подарке капитана, решив удивить и Рига, и Норда. Особенно последнего. Не терпелось увидеть изумление на лице у непрошибаемого Бога.
Дверь в каюту она не стала плотно закрывать, поэтому донесшийся разговор услышала отлично.
– Капитан, я хотел поговорить с тобой.
Она узнала голос Рига и зевнула, думая, подремать или не стоит. Погода давила на виски и затылок.
– Вдвоем? – откликнулся Бент. – Что-то случилось?
– Случилось. – Третий голос Алана тоже узнала: боцман по имени Нокс, не слишком приятный тип, вечно провожавший ее масленым взором. – Давно случилось, капитан. С тех пор, как ты перестал уважать своих людей.
– Пасть закрыл, – посоветовал ему Бент. – Какого черта вы приперлись? Ну!
– Капитан, – почему-то тон Рига заставил Алану потерять сонливость и лень, – мой брат предлагал тебе отличную сделку, а ты отказался. Там были хорошие деньги. Люди недовольны твоим решением.
– Люди или ты? Мои люди не станут торговать рабами, ясно?
Беседа стала принимать интересный оборот. Настолько, что Алана бесшумно слезла с кровати и на цыпочках подкралась к двери, желая расслышать все до мелочей. Риг предлагает торговать рабами? Она потрясла головой, не в силах поверить в сказанное. Осторожно приникла к широкой щели между косяком и дверью. Отсюда была видна часть капитанской каюты, а вот собеседники оставались вне поля зрения.
– Твои люди? – Послышался легкий шорох, а затем чуть изменившийся голос Бента. – А ты уверен, что они твои?
– Вот так, значит? Бунт?
– Просто согласись с предложением и останешься на своем месте.
– Что ты пообещал им? Деньги? Часть девчонок-рабынь? Да я лучше сдохну, чем буду слушать твои гнилые советы, ублюдок!
Послышался шум, странный треск, а затем глухой звук падения чего-то тяжелого. В поле зрения Аланы очутилось лицо капитана, на котором застыло презрительное удивление. Бент лежал на ковре, и она зажала себе рот обеими руками, сдерживая крик ужаса. Но все равно вырвался короткий взвизг, который услышали те, кто был в каюте. Послышались тяжелые шаги, затем показался Риг. Алана метнулась обратно в каюту, пытаясь захлопнуть дверь, но от сильного рывка полетела на пол, ударившись локтем и задницей.
– А, ты здесь. – Риг протянул девушке руку. – Не ушиблась?
Алана, продолжая сидеть на полу, попыталась отползти подальше.
– Ну, черт подери, женщина! – Он взял ее за руку и дернул на себя. – Эй, не пинайся, я тебе просто помог встать.
– Ты убил капитана! – прошипела Алана, пытаясь вырваться. Но Риг, крепко сжав ее руки, потащил за собой, приговаривая:
– Все нормально, он оказался слабым. Больным и слабым, к тому же скучал по жене. Ха! Да я ему одолжение сделал, что отправил к ней. Да прекрати ты! – прикрикнул Риг, когда затылок Аланы едва не вмял его нос в череп. – Огребешь ведь!
Девушка притихла, не столько устрашенная обещанием, сколько решив выждать удобный случай.
– О, девка! – Нокс деловито обшаривал ящики капитанского стола, носком отпихивая лежавшего Бента, когда слишком мешал. – Сла-а-адкая.
– Пасть захлопни, – посоветовал Риг, волоча Алану за собой. Ту передернуло, когда боцман, втайне от напарника, продемонстрировал движение, явно показывающее, что бы он с ней сделал наедине.
А на палубе собрались все матросы. Алана сразу вычленила взглядом Норда: тот стоял, окруженный людьми, бесстрастный и словно задумавшийся. При виде Аланы в компании Нокса и Рига чуть вздернул бровь, но этим и ограничился.
– Капитан не согласился с моим предложением, – громкий голос Рига разнесся над кораблем. – Теперь я – ваш новый капитан.
Матросы зашумели: возбужденно, радостно.
– А девка? – выкрикнул кто-то. – Или нам ждать тех, что ты обещал?
– Девчонка – моя.
От этих слов Алана пискнула и с отчаянием рванулась к Норду. Но ее сжали до хруста в ребрах и проговорили:
– А муженька – в кандалы и в трюм. Красавчик-сказитель многим придется по вкусу.
Раздался дружный хохот, который перекрыл спокойный и чуть ленивый голос Норда:
– То есть до берега вы нас не доставите?
– На твоем месте, – сообщил ему Нокс, похрюкивая от собственного остроумия, – я бы уже сейчас начинал всех вокруг называть хозяевами. Не, ну если не согласен, то вон борт – сигай к рыбам и вплавь туда, куда хотел.
– Легко, – произнес Норд. – Но только вместе с ней. – Он кивнул на Алану.
Та посмотрела на него красноречивым взглядом, предлагая уже перестать придуриваться и начать действовать. Ей не нравилось быть прижатой к боку Рига. Все же мужчины на корабле практически не мылись, да и бороды Алану никогда не привлекали. Если как товарищ и тренер Риг ее устраивал, то в качестве любовника – ни за что. К тому же Алане до слез было жалко капитана. Она попыталась выскользнуть из грязных лап, но добилась лишь того, что Риг развернул ее лицом к себе и, запустив руку во влажные волосы, дернул, заставив вскрикнуть от резкой боли.
– Запомни. – Он смотрел на нее как победитель. – Теперь – ты моя собственность, моя женщина. Попробуй привыкнуть к этой мысли уже сейчас. Будешь выкобениваться – отдам кому-нибудь из команды на перевоспитание. В твоих интересах, женщина, быть со мной.
Он еще раз дернул ее за волосы, вынуждая подняться на цыпочки. Второй рукой самым наглым образом облапал за грудь, отчего Алану передернуло от омерзения. А вокруг заулюлюкали, подбадривая и давая советы новому капитану.
Вот тут Норд и шевельнулся. Быстрое, практически незаметное движение, и двое рядом с ним упали со свернутыми шеями. А Бог уже разворачивался, ударом буквально вминая глаза в череп третьему.
Четвертый от сильного удара улетел к мачте, ударился о нее и приземлился на палубу уже трупом.
– Ха! – Алана мигом воспряла духом. Руки были свободные, так как Риг машинально продолжал держать ее за волосы. Одно движение, и нож скользнул в ладонь. Плохо понимая, что делает, ткнула наугад, лезвие с легким треском воткнулось в мягкое.
– Сука! – Риг отшвырнул Алану и схватился за бок, между пальцами тут же закапала кровь. Она торопливо отползла за связку канатов, крепко сжав рукоятку ножа. В голове стало пусто до звона, происходящее напоминало кошмарный сон.
Норд двигался в толпе матросов, словно исполнял страшный танец. И после него бунтовщики бездыханные оставались лежать на палубе. А Риг, чуть накренившись, шел на Алану, обходя сваленные канаты по кругу. И в красочных выражениях говорил, что и как долго будет с ней делать.
– Стой, паскуда! – Он сделал рывок, но из-за раны реакция замедлилась. Алана отшатнулась. Попыталась вскочить, но подошвы скользили по палубе. Пришлось пятиться на заднице.
Потом перед глазами мелькнули ноги в штанах, заправленных в высокие ботинки. Норд загородил собой и вскинул руку, принимая удар ножа.
Лезвие пропороло ладонь насквозь. Даже Алана, зная, кто такой Норд, вскрикнула. А Бог спокойно вытащил нож и отшвырнул прочь.
Драка вдруг замерла.
– Что за… – прошептал кто-то из оставшихся в живых.
Все взгляды устремились на Норда. Бог не опускал ладонь, чтобы могли видеть, как затягивается на глазах сквозная рана.
– Ну и кто тут хозяин? – Норд осмотрел зажившую руку, потом вскинул взгляд на Рига и продемонстрировал совершенно сумасшедшую улыбку. – У тебя хреновая душа, но я голоден.
– Демон… – прошелестело среди бунтовщиков, а потом это слово взлетело вверх в едином вопле: – Демон!
Дальше все происходило очень быстро. Раз – Норд одной рукой схватил Рига, второй Алану. Два – обоих буквально закинул в капитанскую каюту. Три – одним прыжком последовал за ними и с грохотом закрыл дверь, одновременно поворачивая ключ в замке. С той стороны пару мгновений стояла тишина, которая вдруг взорвалась воплями: яростными, злыми. В дверь застучали, послышался голос Нокса:
– Несите арбалеты!
– Глупость или смелость? – сам у себя спросил Норд и тут же ответил: – Жадность!
Не оглядываясь, двинул локтем назад, и Риг отлетел, держась за живот и задыхаясь от удара в солнечное сплетение.
Алана, все не желая расстаться с ножом, уползла в угол между стеной и диваном, где и засела, тихо повторяя одно и то же слово: «Мамочки… мамочки… мамочки!..»
– Ты… уйди, уйди. – Риг пятился, не вставая с пола и стараясь сделать вдох поглубже. Жилетка справа пропиталась кровью: нож Аланы распорол кожу, но не прошел глубже. Иначе проткнул бы печень.
– Эти твари, там, снаружи, – Норд говорил почти дружелюбно, – они не за тебя сейчас боятся, а за то, что сорвется сделка с рабами. И своих денег им не видать. Жадность заставляет совершать необдуманные поступки. Мерзкие поступки. – Он загнал Рига в угол, присел перед ним на корточки и постучал себя согнутым пальцем по виску. – Голоса в моей голове. Они мне многое говорят. И заставляют вспоминать. Например, то, что на родине вашего капитана уже очень давно не проводилась охота. Зато были они там, где живешь ты и твой брат. Он хорошо знал жену Бента, капитан сам обмолвился в пьяном угаре.
Риг зарычал и кинулся на Норда. Тот толчком опрокинул его обратно. На удары в дверь даже не обращал внимания, тогда как Алана от них нервно вздрагивала, одновременно жадно прислушиваясь к разговору.
– Капитан доверял тебе и твоему родственнику. Си-и-ильно доверял, поэтому поверил в рассказ про Сборы и убитую во время них жену. – Норд очередным тычком вновь отправил Рига в угол, кашлять и хвататься окровавленными руками за стены. – Только я внимательно слушал его рассказ. Как-то все совпало, а? Твой брат кинул много лет назад девушку и уехал путешествовать, а та вышла замуж за Бента. Через несколько лет родственник вернулся, встретился с тобой, а в это же время в ваш город приехала и жена капитана, уж не знаю зачем. Неинтересно. Как вы ее убили? После того как изнасиловали или же не стали заморачиваться и задушили, когда она отказалась вернуться к твоему брату? Кстати, ты ведь знал, что после гибели жены капитан станет сдавать.
– Она сама пришла ко мне! – заорал Риг, белея на глазах от страха и злости. – Кто ее звал, идиотку? Приперлась, тварь, чтобы о чем-то поговорить, и нарвалась на брата.
– Мне неинтересно, – поморщился Норд. В дверь ударили чем-то тяжелым, косяк затрещал, появилась небольшая щель. Бог вздохнул и покачал головой. – Ладно, мне надоело болтать. Я просто дал своей спутнице пищу для размышлений, а то в ее голове много розового сиропа.
– Эй, не надо! – Риг понял, что сейчас произойдет, и выставил вперед руки, затараторив: – Слышь, давай мы вас куда надо доставим. Реально! Прям на всех парусах помчимся! И девку я трогать не буду, даже не посмотрю в ее сторону.
– Да смотри сколько хочешь, – пожал плечами Норд.
Встал и дернул Рига на себя так, словно это был не двухметровый здоровяк, а десятилетний ребенок. Несостоявшийся капитан, понимая, что терять нечего, пытался сопротивляться. Один удар под дых заставил его обвиснуть и закашляться, пытаясь дышать. Увы, не позволили. Норд быстро «выпил» душу. Алане показалось даже, что он сделал это залпом.
– Теперь слушай меня.
Алана вздрогнула, понимая, что Бог обратился к ней.
– Действуем быстро. Сиди пока здесь и не выходи.
Он распахнул дверь и исчез в проеме. Алана лишь плотнее прижалась к стене, машинально поглаживая нож. Снаружи доносились крики, звон, треск и грохот. Потом резко наступила тишина, и ее разрезал голос:
– Не так уж ты и крут, демон.
Оказывается, все, что было до этого, не так уж и страшно. А вот если с Нордом приключилось нехорошее, и она осталась один на один с разъяренными мужчинами…
Алана на четвереньках поползла посмотреть, что происходит. При этом стараясь не шуметь, чтобы не выдать себя.
Дверной проем казался так далеко, а руки и ноги подкашивались и дрожали. Но все же она доползла и осторожно выглянула.
Палуба была завалена телами, при взгляде на которые становилось понятно – раненых среди них почти нет. А чуть в стороне от входа лежал Норд, и над ним склонился оставшийся в живых боцман.
Алана примерзла к полу, не в силах двигаться. Только смотрела, как Нокс несколько раз поднял и опустил над телом Бога кинжал. Затем хмыкнул и выпрямился. Пару раз пнув бессознательного Норда, принялся его связывать, бормоча под нос.
Мир остановился, сузился до размеров двух фигур на палубе. Даже звуки отошли на задний план. Алане казалось, что это не она двигается, а кто-то другой, а ей остается лишь наблюдать со стороны за каждым шагом. Шаг за шагом, так, чтобы не производить ни малейшего шороха. Ладонь с ножом вспотела и стала горячей, струйки пота потекли по спине. Сердце колотилось где-то в горле, и Алана боялась – боцман услышит его стук.
Не услышал. Продолжал связывать Норда, вокруг которого расползалась кровавая лужа. Лишь в последний момент, наверное, почувствовал неладное и обернулся. Подкравшаяся совсем близко Алана с воплем сделала выпад, как учил Риг.
Боцман, на лице которого застыло удивление, завалился на бок. Из правого глаза торчал кинжал.
Алану стошнило прямо на палубу. Упав на колени, она подползла к Норду и перевернула его на спину, всхлипывая и дрожа. Бог не выглядел живым, но сердце – долго слушала, прижавшись к липкой от крови груди, – стучало.
– Только попробуй сдохнуть!
Она осмотрела раны. Смертельные для человека. Но не для Бога. На нем раны уже начинали затягиваться. Вдали прогремел первый раскат грома, и Алана вскинула перепачканное кровью лицо. На горизонте двигались черные тучи, сверкали молнии. Начинался обещанный Бентом шторм.
Сама не замечая, как тихо ревет, она попыталась сдвинуть Норда. Увы, это было все равно что попробовать в одиночку оттащить в сторону скалу. Пришлось сесть рядом и понадеяться, что Бог придет в себя до того, как их смоет волной.

* * *

Норд очнулся вовремя: шторм как раз трепал корабль, как щенок – любимую игрушку. Волны перехлестывали через палубу, унося за собой все, что было не прикреплено. В том числе и тела.
К тому времени Алана все же перебралась в капитанскую каюту, откуда следила за Богом, которого ухитрилась привязать к ближайшей мачте. А сама не отходила от двери, то и дело выглядывая в небольшое оконце. Шары под потолком сильно потускнели, едва освещали небольшую часть каюты, где лежал убитый капитан. В его сторону Алана не смотрела. Она старалась удержаться на ногах и ждала, когда Норд очнется. Уж он-то наверняка сумеет вывести корабль из шторма.
Алана в очередной раз выглянула в круглое окошечко, чтобы в отсветах молний увидеть неподвижное тело Норда. Лишь бы выжил. Она впервые с момента их встречи от души надеялась, что Бог и правда так крут, как говорил. Потому что была бессильна ему помочь сейчас.
Очередная волна ударила так, что корабль жалобно затрещал, а Алана шлепнулась на пол, где и осталась сидеть, вцепившись в какой-то выступ. Хорошо хоть мебель в каюте оказалась привинчена к полу, иначе давно бы могла получить стулом или креслом в голову.
Мотнув головой с мокрыми от морской воды волосами, она вновь приподнялась и посмотрела, что там на палубе.
И тут Норд шевельнулся, затем сел и посмотрел прямо на Алану. Та открыла дверь и гаркнула, не надеясь, впрочем, что в реве ветра ее будет слышно:
– Сюда!
Бог встал, порвав веревки, и быстрым шагом добрался до каюты. Волны и ветер с дождем словно и не были помехой. Впихнув высунувшуюся Алану обратно, Норд крепко запер дверь и огляделся.
– На этот раз два часа в отключке. – Он мельком задержал взгляд на лежащем Бенте. – Это не входило в мои планы. Его убийство и бунт.
– Все, что ты можешь сказать? – Алана опустилась на пол, так как ноги вдруг отказались служить. Придерживаясь руками за все подряд, чтобы не ездить по каюте, она внимательно смотрела на Норда. – Как твои раны?
– Раны? – Бог сдернул изрезанную жилетку, открывая идеальный торс без малейших повреждений. – Какие еще раны? Меня кто-то пырнул, когда я лежал без сознания?
– Боцман, – кивнула Алана. – Он пытался тебя связать и хотел утопить, а перед этим ткнул несколько раз кинжалом.
Она вскинула застывший взгляд темных глаз на Норда.
– А я его убила, представляешь? Ткнула прямо в глаз. А потом добила еще двоих, которым ты все сломал, но они почему-то оставались живы. – Голос прозвучал глухо и на удивление спокойно. Алана удивлялась сама себе: ее больше волновал шторм, нежели понимание, что совсем недавно она убила троих. – Я чудовище, да?
– Нет, ты просто боролась за выживание. – Норд пошел к дверям. – Сиди тут, я скоро.
Он и правда вернулся скоро: еще больше промокший и с темным прямоугольником в руках.
– Ничего себе, я думал, эти жилеты уже не находят. – Он кинул ей сверток. – Надевай.
Алана покрутила прямоугольник, не понимая, как именно его надеть.
– Приложи к груди, – сжалился Норд и помог ей.
Прямоугольник чуть слышно зашипел и растекся тонким слоем от шеи до талии. Алана вскрикнула и машинально попыталась сдернуть это с себя, но резкий окрик заставил убрать руки.
– Прекрати! Это спасательный жилет. Нам придется прыгать в воду.
– Куда?!
Алана с ужасом посмотрела на Бога. Море за бортом представлялось сейчас чем-то вроде бездны, из которой нет выхода. А здесь хотя бы было за что цепляться.
– Говорю один раз, а потом начинаю действовать. Я не предполагал бунт на таком корабле. Но раз он произошел, то оставалось одно – уничтожить всех, так как в противном случае я бы не попал в нужное место, а ты стала бы подстилкой для нового капитана. Ну или для всех. Это судно довольно хорошо знают, поэтому светиться на нем нам нигде нельзя, поползут слухи. Так что шторм нам на руку. Корабль сейчас несет прямо на скалы, он разобьется через сорок минут. Море скроет все. А нам надо прыгать и добираться до берега вплавь.
– Я не умею плавать!
– На тебе спасательный жилет, он не даст утонуть. И немного согреет. Тем более я тебя не отпущу.
– Нет! – Алана вцепилась обеими руками в диван, возле которого устроилась. – Я туда не полезу! Придумай что-нибудь другое! Я не хочу-у-у!
– Советую много не болтать, чтобы не нахлебаться воды.
Норд легко оторвал ее от дивана и на руках вынес из каюты.
На палубе Алана на мгновение задохнулась от ударившей в лицо смеси ветра и воды. Откашлявшись, обеими руками обняла Норда за шею и просто зажмурилась, когда он шагнул с борта вниз.
Холодная вода в первые мгновения сжала тело, как в тисках, попыталась залить нос и рот. Открыв глаза, Алана увидела вокруг лишь зеленоватый полумрак и в панике рванулась сама не зная куда. Но ее придержали, а спустя несколько секунд выбросили из воды.
Вокруг была темень, изредка разрываемая молниями. И в моменты вспышек Алана успела увидеть, что вокруг лишь бесконечное бушующее море, сливавшееся впереди с небом.
Очередная волна залила лицо, она хлебнула воды, закашлялась и принялась бить руками по воде. Но сзади ее схватили, и жесткий голос ненадолго отрезвил помутневшее от страха сознание:
– Успокойся и просто дыши, как всегда. Я тебя держу.
Норд одной рукой прижал ее к себе. И поплыл в воющую темноту.
Легко сказать – «успокойся»! Алана зажмурилась и носом уткнулась в шею Норда. Нос и горло саднило от морской воды, все тело сотрясалось от кашля, а руки словно одеревенели, так сильно вцепились в мужчину. Некстати вспомнилось, что когда-то, в детстве, любила пускать по весенним ручьям тонкие щепки. Вот и сейчас ощутила себя такой же щепочкой в бурном гигантском ручье.
Время здесь не ощущалось. Алане казалось, что они уже целую вечность барахтаются в хаосе воды и ветра. Спасательный жилет, может, и защищал от холода, но вот ноги уже почти ничего не чувствовали. В какой-то момент Алана не выдержала и открыла глаза. Чтобы увидеть, как на них обрушивается просто гигантская волна.
Ее закрутило, завертело, и только почти болезненная хватка Бога не дала волне унести жертву. Алана запаниковала, задохнулась и принялась вырываться. Вокруг была только вода, не дающая видеть и дышать.
«Не могу дышать, не могу дышать, не могу дышать», – билась мысль, затмевавшая все остальное. Попыталась удержаться на плаву, но ослабевшие руки разжались, и Алана потеряла сознание.
Очнулась, когда ее не слишком любезно бросили на мокрый холодный песок и перевернули на живот.
– Я же сказал – не паниковать. – Норд подождал, пока Алана откашляется, и встал на ноги. – Пошли.
– Ку-куда? – Алана кое-как поднялась на дрожащих и онемевших от холода ногах. Она не то чтобы идти – стояла-то с трудом. Вокруг по-прежнему было темно, но море шумело уже за спиной, разбиваясь о скалы. А здесь лишь гулял ветер и дождь.
– Ту-туда! – как-то совсем по-человечески вдруг передразнил Норд. – Тебя надо согреть. А еще нам обоим надо немного отдохнуть.
– Боги устают? – спросила Алана и удивилась, что у нее сохранились остатки язвительности, пусть и изрядно подмоченной.
– Нет, я соврал, чтобы ты не чувствовала себя совсем ущербной. – Норд не без сарказма наблюдал, как девушка пытается идти. – Давай, давай, заодно согреешься. Ты не ранена, так что причин нести тебя на руках я не вижу.
Алана поняла, что просто ненавидит своего спутника. Ему-то что? Норд явно чувствовал себя гораздо лучше по сравнению с ней. Сжав зубы, заставила себя подняться с четверенек и начать двигаться. Вот так, медленно, шаг за шагом на подламывающихся ногах. Сквозь сотрясающую все тело дрожь. Главное, показать этому ублюдку, что она тоже может быть сильной.
Ладно хоть чуть придержал за талию, да и то явно не из человеколюбия, а чтобы немного ускорилась.
Оказывается, Норд вел ее к небольшой пещере. Узкий вход наполовину перегораживал огромный валун, обросший мхом. Норд пару секунд вглядывался в темноту, затем молча пихнул Алану, заставляя протиснуться в оставшуюся щель. Сам пролез следом и скомандовал:
– Раздевайся и ложись.
Алана слишком устала, чтобы спорить или возмущаться. Тем более в пещере было тихо, сухо и казалось теплее, чем снаружи. Она молча сбросила пропитанную соленой водой одежду и обувь, опустилась на каменный пол и просто закрыла глаза. Мелькнула мысль, что, вздумай сейчас Норд ее «выпить», и сопротивляться бы не стала. Слишком вымоталась и замерзла.
Сжавшись в комок, Алана тряслась и старалась хоть как-то согреться. Она слышала шорох одежды, затем Норд опустился рядом. Девушка лишь глубоко вздохнула, когда Бог подгреб ее к себе и сильно прижал.
– Ты… эээ… – Она почувствовала, как окутывает мягкое ровное тепло, идущее от Норда.
– Просто спи и согревайся, – последовал ответ, после чего Бог замолчал. Алана чуть шевельнулась и убедилась, что Норд полностью обнажен. Но от усталости даже не могла возмущаться, стесняться или пугаться. Так что, согревшись, расслабилась и уснула, словно рухнула в темный колодец без сновидений.

Глава 11

Ей не снились ни боцман, ни Риг с капитаном, ни море, ни разбивающийся о скалы корабль. Алане показалось, что она лишь закрыла глаза, а через секунду ее уже трясли за плечо.
– Вставай!
Голос Норда показался безумно противным. Алана застонала и заткнула уши, стараясь вновь заснуть. Но ее опять потрясли так, что зубы стукнули друг о друга.
– Я тебя ненавижу, – сказала Алана и перевернулась на спину, чувствуя, как болит все тело. Стало холодно, и она вспомнила, в каком виде заснула. С тихим писком попыталась прикрыться руками, на что Норд закатил глаза и проговорил:
– Да, да, именно вот сейчас самое время стесняться. После того как спали в обнимку. И чего я там не видел?
Но Алана все равно старалась прикрыться, пока натягивала еще сырую и чуть жесткую от морской воды одежду. Передернулась от отвращения и спросила:
– А теперь что? – В желудке вдруг квакнуло. – И есть хочется.
– Ходячий набор недостатков, – покачал Норд головой. – Увы, придется потерпеть: ни еды, ни воды нет, но надеюсь, мы скоро доберемся до источника.
Он критическим взглядом осмотрел девушку, и та невольно зачем-то принялась заплетать побелевшие от соли волосы.
– Нормально, то, что надо. Хотя я бы еще немного добавил несуразности облику.
– В смысле?
– Там, куда мы отправимся, лучше не выставлять напоказ свою женственность.
– Куда мы отправимся? – мигом забеспокоилась Алана. Она еще от кораблекрушения не отошла, а ее опять куда-то тащат? Во что придется влипнуть на этот раз?
– В ад, – коротко сообщил Бог. Он стоял у выхода из пещеры, одетый только в брюки и ботинки, все в белесых разводах. Алана отметила, что в отличие от нее Норд не выглядел загнанным и уставшим. К нему даже морская соль и грязь не прилипали.
Подумалось, что вот от такой способности тоже бы не отказалась. Полезно. Особенно в экстремальных условиях, где проблемы с помывкой.
– Ад вроде – это место, куда попадают грешники? Раньше люди верили в подобные бредни.
– Мне попался не самый тупой экземпляр. – Норд лениво похлопал в ладоши. – Но мы так называем одну зону. Ад. Зоопарк. Одним словом, закрытая Зона.
– И нам опять на пять секунд откроют проход? – передернулась от воспоминаний Алана. Но Бог покачал головой с растрепанными светлыми прядями.
– О нет, как раз в эту Зону войти может любой. А вот выйти из нее никак.
– Почему так?
Алана попрыгала, стараясь согреться. Нет, определенно мокрая одежда ей не нравилась.
– Там слишком высокая смертность.
Проблема мокрой одежды вдруг стала не так актуальна.
– И нам обязательно туда идти?
Алана сама поняла, что задала глупый вопрос. Еще до того, как Норд вздохнул с видом человека, вынужденного объяснять очевидные вещи идиоту.
– Можно, конечно, обогнуть ее по побережью, но тогда придется идти столько времени, что я точно не успею добраться до места. Сдохну от вируса или сойду с ума. Тебе какой вариант больше по душе?
– Неужели так сложно просто ответить?
– Сложно и скучно. Да, нам нужно обязательно пройти эту Зону, причем по прямой. К счастью, нас выбросило ближе к ее краю, так что потребуется где-то дня три… если найдем машину.
– Там есть машины? Они разве где-то остались?
– Сама увидишь.
– Нет, серьезно! Я слышала, что есть машины, где помещаются четыре человека, а есть прямо совсем огромные. И ездят они на специальном топливе.
Она увидела красноречивый взгляд Норда и замолчала, все еще охваченная эмоциями. Увидеть одну из самых волновавших реликвий прошлого. Настоящую машину! Это не фонари, бутылки, палки и прочая чепуха, которую находили порой в развалинах.
– На будущее, – проговорил Норд перед тем, как выйти из пещеры. – Если вдруг я опять упаду, то бросай меня и со всех ног беги и прячься. Даже если в меня начнут швырять ножи, даже если по мне проедутся машинами или попытаются отрубить голову. Просто прячься так, чтобы тебя не нашли. Потому что я выживу в любом случае, а вот насчет тебя – не поручусь.
– Просто прятаться и смотреть, как тебя мучают?
– Ну можешь представлять, что пытают всех мерзких Богов.
Алана смерила Норда красноречивым взглядом, давая понять, что да, будет представлять, и в красках. И начинает развивать воображение прямо сейчас.
«То вроде нормальный, а то как скажет – и все, вся гадость вылезает наружу. Одно слово – Бог, чего уж там. Они только притворяются, когда им выгодно. А чуть что – и все, ты – разменная пешка. Или, как он там сказал, примитивная личность».
Настроение, и без того не радужное, стало совсем гадким.
Еще и Норд окинул ее каким-то непонятным взглядом. Не первый раз, кстати. Подобный взгляд Алана уже замечала: когда пырнула Рига ножом, а потом, когда призналась, что прирезала боцмана и двух раненых. Наверное, Бог просто не ожидал от нее такого. Алана понадеялась, что ей хоть на секунду удалось пробить брешь в невозмутимости Норда.
И первой вылезла наружу. Шторм прошел, и теперь на чистом небе сияло солнце. А вокруг стояла душная жара, воздух чуть дрожал от зноя. Алана тут же с любопытством огляделась. Оказывается, их выбросило на узкую полосу пляжа, среди высоких светлых скал, кое-где поросших деревьями. Корабля видно не было, как она ни приглядывалась. О чем и сообщила Норду.
– Я не смотрел, куда его отнесло, – последовал ответ. – Он мог разбиться вдребезги и полностью затонуть. Но тебя это сейчас должно волновать меньше всего.
– Больше всего меня волнует проблема еды и питья.
– Ну да, ваши при…
– Да, мой примитивный организм диктует свои правила. И мне придется есть, пить, спать и, о ужас, посещать кустики. Если этого не делать, то рано или поздно мне придет хана!
Бог никак не отреагировал на реплику голодной и злой Аланы, лишь молча пошел вперед.
Сначала пришлось идти в гору, цепляясь руками за корни деревьев и за валуны. Алана даже помянула добрым словом Рига, подарившего ей ботинки. Они идеально подошли для такого вот забега. Одежда уже давно высохла, так же как и горло. Приходилось то и дело облизывать губы, вспоминая обычную воду. И молчать, понимая, что от жалоб питье не появится.
Взбираться пришлось довольно долго. Отдышаться удалось на перевале, забравшись в тень от больших камней. Прислонив гудевшую голову к одному из них, Алана мутным взглядом отыскала Норда. Тот стоял неподалеку и внимательно разглядывал то, что находилось внизу. Потом перевел взгляд на девушку:
– Отдохнула?
– Нет!
– Отлично, пошли дальше. – Бог оглянулся на тихий рык за спиной и чуть приподнял бровь. – Что? Это не мне нужна вода, а тебе. Я поэтому выбираю наиболее безопасный маршрут.
– Я безумно благодарна, – каркнула Алана, у которой даже голос стал чуть надтреснутым, настолько хотелось пить.
К счастью, спускаться было немного легче. Под ногами то и дело скользили мелкие камушки, и главное было не упасть. А что внизу, Алана все не могла понять: казалось, картинка плывет, теряет резкость, стоит посмотреть внимательнее.
– И не пытайся, – угадал ее мысли Норд, идущий впереди. – Зона экспериментальная, поэтому еще прикрыта особым свето… короче, сверху на нее наложили штуку, которая не дает увидеть, что происходит снаружи. А те, кто там живет, могут видеть все.
– Зачем?
– Так надо, – не стал вдаваться в подробности Норд.
Вход в Зону был обозначен оригинально: редко воткнутые колья с побелевшими на солнце человеческими и животными черепами. Алану аж передернуло, а Норд, не разглядывая «украшения», прошел и сообщил, что они в Зоне.
Ничего ужасного пока не происходило. Впереди раскинулся довольно скучный пейзаж: высокая пожелтевшая трава, кое-где торчали деревья – странные, похожие на сильно раздутые бутылки, в некоторых местах они образовывали целые рощицы. Справа, не так далеко, виднелись руины, еще одни угадывались прямо по курсу. Никаких подозрительных звуков, разве что где-то противным голосом орала птица.
– Здесь редко появляются банды, разве что заправить машины, – заговорил Норд. – Но все равно стоит быть осторожнее. Давай я вкратце расскажу, чтобы ты поняла, почему я назвал это место адом.
– Говори, – кивнула девушка, надеясь, что рассказ отвлечет от жажды. Но видимо, Норд все же решил сначала дать ей возможность напиться. Потому что вдруг свернул в сторону небольшого холма, вокруг которого росли обычные деревья. Там обнаружился мелкий холодный родник, и от него Алана не могла оторваться очень долго. Пила, пока не заныли зубы, умылась и просто вылила несколько пригоршней себе на голову. Норд сидел рядом и, пропуская прозрачную воду между пальцами, рассказывал.
– В этой Зоне мы не вмешиваемся в жизнь объектов. Вообще. Ни разу. Это наш зоопарк. Мы сделали послабление в плане техники: здесь можно ездить на машинах. Они не ломаются. Помять можно, разломать – тоже, но добраться и испортить мотор – нет. Машины ездят на специальном топливе. Его называют бензин. Добыть его сейчас невозможно, но мы сделали им неисчерпаемые источники. С виду – обычные уродливые деревья. На самом деле – искусственный организм, внутри которого нанороботы вырабатывают бензин.
Он посмотрел на молчаливую Алану и продолжил:
– Сейчас здесь царит разбой и насилие. Правят банды, которые в состоянии постоянной вражды друг с другом. Население в основном живет в развалинах прежних городов или же в сооруженных крепостях. Все стараются передвигаться на машинах. Без транспорта здесь трудно выжить: сразу догонят, поймают и ладно, если просто продадут в рабство. Поклоняются богам. Фанатизм, жертвоприношения. Рабы, убийства, насилие, грабежи, драки – здесь это норма. Выживание в чистом виде.
Такое, казалось бы, уютное и солнечное местечко у ручья как-то сразу потеряло свою привлекательность. По коже, несмотря на жару, прошелся холодок от слов Норда. Не верить ему Алана не видела смысла. Раз так говорит про Зону, значит, так и есть. Едва заметно сглотнув, она поинтересовалась почему-то шепотом:
– А зачем вы такой кошмар придумали?
– Повторяю. Не мы. Мы просто обозначили границы и стали наблюдать. Нам интересно, до какого процесса может дойти деградация личности в подобных условиях. И души отсюда… они на любителя.
– Ты пробовал?
– Не впечатлило, – ухмыльнулся Норд. – А теперь давай двигаться дальше. Нам еще надо достать транспорт. Ну? Давай открывай свое второе дыхание – и вперед. Я серьезно, здесь долго на одном месте лучше не оставаться, тем более пешим.
После свалившихся на голову новостей Алана и сама не жаждала торчать у ручья. Напившись про запас, она поинтересовалась у Норда, нет ли какой-нибудь фляжки.
– Нет, – последовал ответ. – Но не переживай, скоро все добудем. Кстати, как твои ножны?
Алана охнула и поспешила задрать рукав. Увы, ножен на месте не оказалось. Видимо, пропали, когда барахталась в море. В душе она даже порадовалась этому: ножны теперь прочно ассоциировались с первым убийством.
Отдых слегка освежил. Они довольно быстрым шагом направились вдоль холма. При этом Алана заметила, что Норд постоянно прислушивается к окружающему пейзажу. И сама невольно начала ему подражать.
Заметила, что Бог старается обходить стороной рощи тех бензиновых деревьев. Причем не просто стороной, а делая большой крюк. Но решила не спрашивать, говорить при таком темпе было проблематично – сбивалось дыхание. К тому же Алана банально побаивалась тревожить Норда, так как впервые за все время знакомства видела его таким… встревоженным. Да, пожалуй, это слово подходило больше всего. Пусть внешне Бог оставался таким же бесстрастным, как всегда.

* * *

Спустя два часа Алана уже просто плелась за Нордом и боролась с искушением высунуть язык и задышать как собака. Воздух подрагивал от зноя и стрекота каких-то насекомых. Уже начинала болеть голова, прикрытая от солнца импровизированной банданой.
Руин вокруг было много: от нескольких камней до небольших городов, в которых порой здания сохранялись до трех этажей. Норд старался держаться в их тени, по крайней мере когда был уверен, что руины безлюдны. Или же когда считал, что прятавшиеся там особи слишком слабы или трусливы, чтобы напасть на путников.
Очередные развалины выглядели особенно жалкими: беспорядочно разбросанные груды камней, поросшие мхом и плетистыми растениями с мелкими белыми цветами. Кое-где Алана заметила непонятные ржавые конструкции.
А потом Норд замер так резко, что она не успела среагировать и ткнулась носом в твердую спину. Но ойкнуть не получилось: не оборачиваясь, Бог показал Алане кулак. Она и сама поняла: откуда-то с противоположной стороны развалин послышался громкий треск, затем стих.
Норд превратился в каменное изваяние, будто прислушиваясь каждой клеткой тела. Алана замерла рядом, боясь издать лишний звук. Только круглыми глазами следила за кружащей рядом пчелой, которую манили цветы.
А потом услышала крик. Женский. Громкий и захлебывающийся, который оборвался, словно его обладательнице закрыли рот. А следом – тут Алана едва слышно охнула – раздались мужские голоса.
– Трое, – вдруг прошептал Норд. – Двое мужчин и женщина. Стой здесь, я пойду посмотрю.
Алана предпочла бы пойти вместе, так как оставаться одной банально было страшно и неприятно. Но ослушаться Норда в такой момент не решилась. Только прикрыла рот рукой, словно сдерживая рвущиеся вопросы.
Норд бесшумно исчез из виду, скрывшись за развалинами. Появился обратно минуты через две и поманил Алану. Та, стараясь не шуметь, подошла и вопросительно приподняла брови.
– За мной, – прошептал Бог и повел ее между грудами камней. Чуть правее от мужского гогота и какого-то непонятного шума. Полная нехороших подозрений, Алана все порывалась посмотреть, что там происходит, но одного взгляда Норда было достаточно, чтобы передумала.
Они быстро обогнули обломки странной массивной конструкции, очутились на краю небольшой квадратной площадки, рядом с двумя мотоциклами. Алана узнала их по описанию деда. Но лишь в первую секунду обратила на мотоциклы внимание, а потом ее взгляд приковался к тем, кто находился на самой площадке.
– С-с-стоять! – раздалось шипение над ухом, а локоть стиснули почти до боли. Норд явно предугадал ее возмущение при виде того, как двое мужчин с луками за спиной пытаются изнасиловать совсем молодую девушку. Та все еще пыталась отбиваться, только вскрикивала, получая очередной удар по лицу. Один из лучников с треском рванул на ней брюки, второй прижал руки жертвы к земле, встав на них коленями.
– Быстро забираем мотоциклы, – Норд потянул Алану за собой, – пока они заняты.
– А она?
– А она послужит отвлекающим фактором, – отмахнулся Бог.
Девушка вскрикнула особенно жалобно, а насильник с довольным смехом устроился между ее раздвинутых ног.
Вот тут Алана не выдержала. Увлекаемая Нордом в сторону мотоциклов, на ходу схватила камень и швырнула в сторону насильников.
Хорошо кинула. Камень попал в плечо одному и со стуком упал на землю.
За пару мгновений тишины Алана успела насладиться зрелищем взбешенного Норда. Тот ведь уже коснулся ручки одного из мотоциклов.
Это заметили и насильники. Пострадавший вскочил, сдергивая лук и накладывая стрелу.
– Убью! – выдохнул Норд, срываясь с места. Алана поспешила спрятаться за камни, чтобы не попасть под обстрел и под горячую руку разъяренного Бога.
А Норд явно разозлился. Поймав летевшую в него стрелу, с размаху вогнал ее стрелку в горло. Развернулся ко второму. Тот даже не успел снять лук – Норд одним ударом отправил его на камни, с которых насильник сполз бездыханным телом.
– Иди сюда! – гаркнул Бог. – Живо, з-з-зараза!
Спасенная девушка сжалась в комок, но Норд имел в виду совсем не ее. Он, тяжело дыша, направился к Алане. Рывком вытащив пискнувшую спутницу из укрытия, прошипел, как змея:
– На твоем месте я бы начал за себя бояться!
– Эй! – послышался окрик. Это незнакомка уже пришла в себя и теперь торопливо натягивала то, что осталось от брюк, ничуть не смущаясь выставленной напоказ груди. – Уходите отсюда побыстрее. Там еще человек десять, они караван грабят. Тикайте, придурки, у них тачки мощные!
Сама она, плюнув на внешний вид, с трудом перевернула лежавший неподалеку мотоцикл и, вскочив на него, с грохотом, поднимая тучи пыли, умчалась.
– Убью тебя попозже, – решил Норд. Таща Алану за собой, он подошел к мотоциклам, хмыкнул. – Отлично, гад быстрый, но рассчитан на одного пассажира. А ты, конечно, ездить на них не умеешь.
– На них? – с ужасом посмотрела на мотоциклы Алана.
– На них!
Бог обернулся и выругался, на мгновение став похожим на обычного злого человека. Где-то далеко слышался нарастающий треск. И он очень не нравился Алане.
– Садись.
Норд, все так же не особо нежничая, усадил ее, сам устроился сзади и завел мотоцикл. Алана только глаза округлила, когда под ней что-то взревело, а потом тело дернуло вперед. Да так, что она наверняка вылетела бы, не перехвати Норд за талию. Вторую руку он держал на руле.
Руины быстро остались позади. Алана даже не подозревала, что можно двигаться с такой скоростью. Почти оглохнув от рева двигателя, ослепнув от бившего в глаза ветра, она старалась как можно плотнее прижаться к Норду. Эта Зона ее уже пугала. Она не походила ни на что, о ней никто не рассказывал.
Сколько они так ехали – Алана не знала. Только в какой-то момент Норд обернулся и негромко выругался. Мотор взревел сильнее, а Бог направил мотоцикл к рощице бензиновых деревьев.
Алана попыталась обернуться, чтобы узнать причину его откровенной злости. Но ухитрилась лишь слегка повернуть голову. Обзору мешал сам Норд, который, конечно, не пытался облегчить ей задачу.
– Сиди спокойно! – рявкнул он в почти оглохшее Аланино ухо. – За нами погоня!
«Только этого не хватало», – заволновалась Алана, подозревая, что погоня из-за того, что они убили тех двух уродов. Точнее, Норд убил, а она этому поспособствовала.
Но на такой скорости их же не догонят, верно? Только вот Норд оборачивался все чаще. И почти беспрерывно ругался. Досталось и Алане, которую назвали далеко не самой умной личностью со склонностью к тупым поступкам. Она не возмущалась: просто надеялась, что и в этот раз Бог их спасет.
Подъехали к рощице, и Алана увидела вблизи эти странные деревья. Без листьев, с широким пузатым основанием и пористой корой темного цвета. А еще в роще стоял странный запах.
Здесь Норд затормозил и, соскочив с мотоцикла, быстро обшарил расположенный сзади небольшой багажник и две кожаные сумки по бокам. Вытащил тонкую гибкую трубку с острым наконечником, с размаху всадил в дерево. Другой конец, на глазах онемевшей Аланы, сунул в бензобак.
– Это и есть бензин? – Она потянула носом: в воздухе разливался неприятный запах.
– Да.
Норд оглядывался и хмурился все сильнее. Алана разделяла его опасения: рев моторов становился все громче, а сами преследователи отлично виднелись, приближаясь с каждой секундой.
– Хватит! – Бог выдернул трубку из отверстия в дереве, которое тут же затянулось, закинул в сумку, усадил Алану перед собой и резко стартанул.
Снова бешеная гонка и ветер, старавшийся сорвать кожу с лица. Ощущение опасности и скорости зажгли в крови странный огонь. Алана пыталась оглянуться, чтобы убедиться – преследователи отстали, но ее спутник наконец прорычал нечто злобное. Алана намек поняла и попытки прекратила. Ведь Норд сейчас был единственным, кто мог вытащить их из создавшейся ситуации.
«И между прочим, ты эту кашу заварила», – прозвенело в голове. Но угрызений совести Алана не испытывала и не собиралась. Сама недавно чуть не оказалась в подобной ситуации. Поэтому не жалела, что помогла незнакомке. А про обещание Норда прибить ее пока старалась не думать. Вот выберутся – тогда озаботится.
А тем временем погоня постепенно настигала. Алана взвизгнула, когда Норд резко повернул вправо, почти положив мотоцикл набок. Тот взревел и помчался в сторону холма, где темнели полуразрушенные здания. Алане показалось, что позади грянул дружный вой, мало похожий на те звуки, которые может издавать человек. Впрочем, скорее всего действительно показалось, так как уши забивал рев двигателя.
Она даже не представляла, что задумал Норд. То ли уходить от преследователей, надеясь на скорость, то ли спрятаться от них в руинах. Но Бог явно не предполагал, что со стороны холма, из остатков города, вдруг кто-то появится и начнет быстро приближаться – со стороны холма, из развалин города, вдруг появился целый табун машин. И он приближался.
Алана позорно зажмурилась, поняв, что оказалась между двух огней. Она чувствовала, как мотоцикл вновь резко повернул, потом еще раз, а затем ее накрыла волна грохота, пронесшаяся мимо. Вот тут любопытство взяло верх, и Алана робко открыла глаза.
Летевшая навстречу банда пронеслась мимо, прямо к их преследователям. Алана аж подалась вперед, провожая ошалевшим взглядом мотоциклы и машины самой разной конструкции. Причем все помятые и весьма побитые жизнью, но ревущие злобно и сильно.
Норд, остановив мотоцикл между двух камней, внимательно наблюдал за разворачивающейся картиной. Мотор при этом не заглушал, словно был готов сорваться в любой момент.
– Чего это они? – выкрикнула Алана.
– Когда встречаются две банды, – Богу тоже пришлось повысить голос, – то обычно так и происходит. А тут еще скорее всего замешан ограбленный караван. И вот эти нападавшие… меня терзают смутные сомнения. Кажется, нам стоит показать, что мы на их стороне.
– Почему?
– Потому что, – веско сообщил Норд и добавил холодно: – Я бы на твоем месте молчал или учился повторять фразу «Простите глупую самку, господин». А теперь сядь за камушек. Можешь закрыть глаза и визжать, пока я буду заниматься делом.
Закрыть глаза? Алана, наоборот, распахнула их, не в силах отвести завороженного взгляда от развернувшейся драки. Мозг выхватывал отдельные картинки из общего «пейзажа». Вот два мотоцикла с ревом промчались мимо машины, на ходу закинув с обеих сторон бутылки с горящими тряпками. Пассажир поймал одну из бутылок и кинул обратно, но не попал. Вторая разбилась в салоне, и тут же вспыхнуло пламя. Машину повело, она резко затормозила, едва не опрокинувшись. Люди с дикими криками выскочили из машины и начали кататься, пытаясь сбить с себя огонь. Один тут же угодил под чужие колеса, второго проткнули копьем.
Остановились уже многие машины, и вокруг них дрались на мечах, копьях, дубинках, даже на топорах. На глазах у вздрагивающей Аланы огромному волосатому мотоциклисту на ходу снесли голову, и та, пару раз подпрыгнув, укатилась под колеса. На остатках стен, торчавших неподалеку, появились несколько человек и начали методично выпускать в кишащую внизу драку стрелы из луков и арбалетов.
Но, несмотря на стрелков на возвышении и общий численный перевес, банда, напавшая на преследователей Норда и Аланы, сильно уступала в рукопашной схватке. На каждого врага ее бойцы теряли двух своих. Вдобавок к их противникам подъезжало подкрепление – еще одна машина и несколько мотоциклов, что точно предрешало исход схватки. Норд, похоже, пришел к тому же выводу, поднял мотоцикл и рванул к приближавшимся бандитам. Разогнавшись и выбрав удачный момент, он отправил мотоцикл в полет с груды земли, которая послужила трамплином. Сам в полете спрыгнул, сгруппировался и приземлился на ноги.
Противники, похоже, вообще не видели приближающейся опасности. Мотоцикл Норда налетел на вражеский, и оба по инерции покатились дальше, снеся еще одного наездника, не успевшего увернуться. Машине пришлось резко тормозить, чтобы не врезаться в кучу-малу из мотоциклов и людей, и Норд рывком заскочил на капот. Ближайшего бандита он просто выдернул и швырнул под колеса подъезжающему мотоциклу. Второй успел вытащить нож, тут же его лишился и сразу получил обратно, только торчащим из подбородка. Водитель успел нажать на тормоз, надеясь, что Норд потеряет равновесие и насадится на копье четвертого пассажира. Но получилось наоборот – тряхнуло копьеносца, сидящего в кресле на крыше, и Норд, отобрав копье, проткнул его. Водитель прожил еще несколько секунд, потом Бог просто сломал ему шею.
Оставшиеся в живых мотоциклисты решили не испытывать судьбу и, развернувшись, рванули в обратную сторону. Норд подхватил заряженный арбалет убитого им стрелка и добил убегавших.
Драка подошла к концу. Остатки первой группы добили, причем Бог принял в этом посильное участие.
Норд вернулся к Алане, которая тут же буквально вцепилась в него, и вытащил из-за камня. В драке Бог получил лишь длинный порез на щеке, который уже затягивался.
– Ты как?
– Лучше, чем они, – кивнула в сторону убитых Алана.
– Теперь стой, молчи и не показывай страха, – велел Норд.
Сам он облокотился о камень, наблюдая за подходившими. Впереди шел довольно высокий худощавый человек в серой бесформенной футболке, подпоясанной широким ремнем, и в темных штанах, заправленных в высокие грубые ботинки. Из-под коричневой банданы выбивались темно-пепельные неровно остриженные пряди.
– Десять человек в сторону каравана! Добейте тех, кто остался там! Мы скоро подъедем, – скомандовал он своим товарищам и остановился перед Нордом и его спутницей.
Сдернул темные, странной формы очки и платок, прикрывавший нижнюю часть лица. И Алана едва не ахнула – женщина! Молодая женщина с узким загорелым лицом, на котором выделялись темные глаза и резко изломанные брови. Одну из них пересекала тонкая нить шрама.
– Ну! – повелительным тоном проговорила она. – Кто такие и какого хрена выступили на нашей стороне?

* * *

Алана жадно и не без тревоги разглядывала окруживших их женщин. Самые разные: начиная от подростка лет четырнадцати и заканчивая воинственно выглядевшей особой лет за пятьдесят. Загорелые лица, одеты кто во что горазд, в основном коротко стриженные или с убранными назад волосами, все худощавые, с резкими движениями, без привычной женской мягкости. И суровые недоверчивые взгляды, направленные в основном на Норда.
Тот даже не смутился, продолжая прислоняться к камню с таким видом, словно вышел прогуляться, а не находился под прицелом по крайней мере пяти арбалетов и двух луков.
– Мы просто проезжали мимо.
– На одном мотоцикле? – В голосе предводительницы проскочил откровенный сарказм, который нашел смешливый отклик в рядах ее банды.
– Это долгая история, – туманно отозвался Норд. – Это не наш транспорт, нам пришлось…
– Шален! – послышался из толпы звонкий голос. И, расталкивая остальных, к предводительнице пробилась девушка, в которой Алана узнала недавно спасенную ими жертву насильников. – Это же те самые, которые мне помогли! А мотоциклы они у тех ублюдков забрали!
Во взгляде женщины мелькнул намек на теплоту, а голос согрелся на десятую долю градуса.
– Вот как. То есть, Крис, ты обязана им жизнью?
Светловолосая Крис поколебалась, переводя взгляд с Норда на Алану, потом все же кивнула:
– Свободой так точно. Меня хотели потом в рабство забрать, говорили, что у них пара рабынь недавно ласты склеили, а им женщины позарез нужны.
Уголок губ Шален дернулся, а Крис продолжала:
– Они вроде вообще планировали нам засаду устроить, после того как караван обчистят. Типа замаскируются под караванщиков и возьмут на живца. Я за ними шпионила, а тут эти двое меня заметили и рванули в погоню. У них тачки-то мощнее, они меня и зажали в развалинах.
– Ну и мудаки, – сообщила Шален. – Ничему жизнь не учит. Дамы, там живье осталось?
– Осталось! – хохотнул кто-то из задних рядов. – Два красавчика. У одного рука вывихнута, у второго сотряс, а так ничего, живье годное.
– Связать и в тачку, в лагере разберемся. – Шален вновь перенесла внимание на Норда и Алану. – Что делать с вами? Мы мужчин в банде не терпим.
– Разве что иногда, – подхватила стоявшая рядом с ней рослая брюнетка со шрамом на правой щеке и яркими светлыми глазами. – Правда, парни потом от нас отправляются вперед ногами, но зато помирают с оргазмами, и все такое.
Предводительница коротко улыбнулась в ответ на дружный хохот, а Алана вдруг проговорила, удивляясь сама себе:
– Что, милый, кажется, фразу про «простите глупую самку» придется учить явно не мне?
На миг в раскаленном воздухе повисла тишина. А затем Шален громко расхохоталась, разом снимая напряжение.
– А ты мне нравишься, девочка. – Она смахнула выступившие слезы. – Вы оба забавные.
Алана не удержалась от ехидной ухмылки, представляя, как Норд сейчас бесится. Его – Бога – назвали забавным!
– Так что можете валить на все четыре стороны.
– У меня есть предложение, – вдруг проговорил Норд. – Дело в том, что мы пришли из-за периметра.
– Не вы первые, – кивнула Шален. – Что дальше?
– Мы пришли из-за периметра, потому что так быстрее добраться до цели. И я знаю, как покинуть вашу Зону.
Шален не изменилась в лице, тогда как остальные женщины зашумели с недоверием.
– Это правда! – вмешалась Алана. – Он… он кое-что знает. Один секрет.
– Что нам мешает пытками вытащить из него этот секрет и выбраться без вашей помощи?
– Наверное, тот факт, что открыть проход могу только я, – парировал Норд.
Шален, поджав губы, уставилась ему в глаза. Неизвестно, что она старалась там прочесть, лицо Бога оставалось спокойным, как и взгляд.
– Так, – предводительница сплюнула на землю, – вы едете с нами, я подумаю над предложением. Дамы, едем собирать урожай, а затем перебираемся дальше, в сторону Волчьих холмов. Сегодня наш лагерь – там. А ты, – она поманила к себе Алану, – поедешь со мной. Мы потолкуем, как подружки.
Алана не хотела отходить от Норда, но тот сам вытолкнул ее вперед. Так что пришлось садиться в огромную коричнево-серую облезлую машину, чья крыша и бока были украшены острыми длинными шипами. С некоторых капала кровь.
Вся банда направилась прочь от холма – к руинам, где чуть не изнасиловали Крис.
Алана осторожно устроилась на обшарпанном скрипучем сиденье, позади водителя.
– Не бойся. – Шален уселась рядом и закинула исцарапанные руки за голову. – Девчонок мы не трогаем, даже принимаем к себе, если соглашаются жить по моим правилам. И самца твоего не тронем, если не будет сильно борзеть и врать.
Она в упор уставилась на Алану, и той стало не по себе от цепкого взгляда, в котором дружелюбия было очень мало.
– Давай, пока едем, расскажи-ка мне, как вы сюда попали, и все такое. Поболтаем. Между нами, девочками.
Алана поняла, что ей сейчас придется очень осторожно подбирать слова.

Глава 12

Лагерь раскинули, когда уже стемнело. Ночь здесь наступала внезапно, словно кто-то выключал гигантский фонарь, погружая все вокруг в темноту. Ее кое-как разгоняли несколько небольших костров в центре лагеря, разбитого среди руин, между двумя невысокими каменистыми холмами. Изредка доносился заунывный вой и странный нечеловеческий хохот, от которого кожа покрывалась мурашками.
– Не бойся.
Алана обернулась. Подошедшая Крис протянула ей кружку и села рядом, прямо на камни.
– Пей, сегодня готовит Энжи, а она просто мастер. Добавляет в питье травки, так что башка перестает трещать и силы появляются. Ну как, наелась?
Алана кивнула: в животе наконец-то появилась приятная сытость, отчего не хотелось двигаться. Правда, тревожные мысли никуда не делись. Она то и дело оглядывалась в ту сторону, куда ушли Норд, Шален и ее две помощницы. Все же было не слишком уютно остаться одной среди незнакомых и весьма воинственных женщин. Пусть они пока и не сделали Алане ничего плохого. Они ее просто не замечали, разве что Крис, испытывала благодарность за свое спасение. И потому ненавязчиво пыталась опекать настороженную Алану.
– Да расслабься ты. – Крис бросила в огонь сучок. На пламя она не смотрела, скользя взглядом поверх него. – Шален умная и хитрая, она вранье сразу чует. И выгоду. А твой самец правда может нас вывести?
– Может, – вздохнула Алана, – только самцом его лучше того, не называть.
– А кто же он? – искренне удивилась собеседница.
– Придурок, – буркнула Алана, отхлебывая и впрямь вкусный напиток. От него по телу прошло приятное тепло, что было весьма кстати: с наступлением ночи стало довольно свежо. Хотя, может, так казалось только Алане. Остальные, наоборот, сидели и лежали, раздевшись до маек и подвернув брюки. Слышались голоса, лязг осматриваемого оружия и потрескивание костра. Все это создавало особую атмосферу, дарующую ложное чувство безопасности.
Крис еще немного посидела, но ее позвали. Пообещав скоро прийти, она убежала к другому костру, а Алана, подтянув колени к груди, переваривала ужин и последние события.
Когда подъехали к каравану, то оказалось, что там уже все закончилось. Вокруг трех длинных машин, обитых толстыми листами и с узкими темными щелями окон, лежали тела. А женщины, отправленные Шален вперед, добивали раненых и собирали оружие.
Теперь эти машины, вместе с остальными трофеями, окружили лагерь импровизированной защитной стеной. На металлических боках плясали отблески костров. В центре установили три большие палатки и одну – для захваченных раненых пленников. Их сейчас усиленно лечили и кормили. Пленники валялись связанными и поливали отборной руганью всех вокруг.
Кружка опустела, Крис все не шла, а Алана уже всерьез забеспокоилась о том, что Норд подозрительно долго отсутствует. Вдруг он прибил женщин, а сам уже удирает на большой скорости подальше от лагеря? Но тут Алана напомнила сама себе, что Бог говорил о ее роли во всей этой заварушке.
Другой момент, доверять Богу на слово тоже не слишком хотелось. Что мешает ему поменять мнение, если тут встретит кого-то, более подходящего для совместного путешествия.
В общем, Алана терзалась мыслями и глубоко выдохнула, когда из темноты показался Норд в сопровождении трех женщин. Две тут же ушли к одному из костров, а Бог и Шален остановились, что-то негромко обсуждая. Наконец, предводительница кивнула и скрылась в ближайшей палатке. А Норд не спеша приблизился к Алане и сел рядом.
Повисло молчание, которое она определила, как «грозное». И осмелилась нарушить его первой, робко спросив, как прошли переговоры.
– Как видишь, все живы, – хмыкнул Норд. Он сидел, подогнув ноги в коленях и положив на них руки.
– То есть, если бы вы не договорились…
– Мы договорились, так что не вижу смысла обсуждать альтернативные варианты. Тем более на твоем месте я бы меньше всего волновался за подобные вещи.
Алана сглотнула и решила принять виноватый вид.
– Знаешь, а ведь все в итоге повернулось в лучшую сторону.
– Серьезно? – не без сарказма спросил Норд. – То есть мне тебе сейчас поклоны надо отбивать? В лучшую сторону повернулось не из-за твоего поступка. Глупая ты с… женщина.
– А чего не самка-то?
Норд глубоко вздохнул и тут же улыбнулся: мягко и располагающе. Однако на подошедшую шатенку его улыбка никакого впечатления не произвела:
– Это вам, – буркнула она, швыряя в Норда увесистым свертком, который тот ловко поймал. – Типа Шален велела передать, что можете устраиваться на ночлег.
– Спасибо. – Бог встал и кивнул Алане: – Идем.
– Куда?
– Устраиваться на ночлег. – Норд уже двигался среди женщин и костров, направляясь к краю лагеря. – Вот палатку нам выделили, в которой я тебя сейчас и прибью.
После такого обещания, да еще сказанного зловещим шепотом, ноги Аланы отказались идти дальше. Так что она буквально поползла следом, размышляя, стоит ли понимать фразу про убиение буквально или же Норд решил слегка попугать.
В свертке оказалась не только палатка, но и одежда для Аланы: черные штаны, серая майка и серая же куртка из тонкой ткани, потрепанная и в заплатках. Впрочем, новой одежды тут не было ни у кого. В основном носили то, что находили в развалинах или шили сами, грубо и наспех. Алана жадно схватила вещи и, пока Норд ставил палатку, переоделась, спрятавшись за одну из машин. Старую одежду, подумав, свернула в комок, решив при случае постирать.
Палатка оказалась небольшой, двухместной, из коричневой, местами прожженной ткани. Потоптавшись перед входом, Алана все-таки залезла внутрь, понимая, что бессмысленно оттягивать неизбежное. Оставалось надеяться, что Норд лишь стращает.
Бог сидел на одном из расстеленных одеял и подвешивал к потолку тусклый маленький фонарь-шарик. Бросив на стоявшую на четвереньках Алану взгляд, сухо произнес:
– Так и будешь изображать статую у входа? Если нападут враги, прикроешь меня своим задом?
– Не надо меня убивать, – попросила Алана. Она подползла к своему одеялу, но Норд поманил пальцем.
– Иди сюда.
Становилось все интереснее. В принципе Алана ничего сильно дурного не подозревала. Это же один из Богов. Чуждое существо, живущее словно в другом мире. И они лишь временно сотрудничают с его подачи. Скорее всего просто поиздевается в своей свинской манере.
Гордая тем, что хоть немного выучила привычки Бога, Алана послушно села рядом, отбросив назад косу.
– Это дурость или уверенность, что я вытащу нас из любой задницы?
– Я просто не хотела, чтобы ее изнасиловали, – пробурчала она. – Сама недавно чуть не попала.
– В этой Зоне каждые пять минут кого-то насилуют, убивают, грабят или мучают, – негромко, но жестко произнес Норд. – Что предлагаешь? Это их жизнь, их выбор. Они сами довели свое существование до такого ада. А ведь мы им дали чуть больше, чем остальным.
Он схватил Алану за плечи и произнес, наклоняясь совсем близко:
– За ошибки надо расплачиваться.
Внутри что-то оборвалось. Зеленые глаза Бога отсвечивали легким безумием пополам с еще не прошедшей злостью. Заставляли всматриваться в них, что Алана и делала. Голос куда-то пропал.
– Убить тебя я пока не могу, вдруг опять понадобишься, – принялся рассуждать Норд, продолжая сверлить взглядом замолчавшую девушку. – Физически причинить боль… твои вопли могут сильно омрачить наш договор с Шален. Хотя тебе можно заткнуть рот.
– Да ты… – начала Алана, но к ее губам прижали палец и покачали головой.
– Слова не давали. Значит, так, ты, видимо, решила, что мне можно сесть на голову? Я дал тебе слишком много свободы. Так что будем наказывать, да. – Норд кивнул, словно соглашаясь сам с собой. – Тебя когда-нибудь лупили? Ремнем.
Голос пропал вновь, на этот раз от ужаса. И Алана лишь замотала головой. Одновременно пытаясь вырваться. Ну уж нет, лучше она переночует под открытым небом или попросится в чужую палатку, чем останется здесь. Такого унижения самолюбие не перенесет.
Норд лишь сильнее сжал ее плечи. Так, что Алана даже дышать могла с трудом, не то чтобы вопить.
– Но я могу предложить компромисс, – шепнул он на ухо. – Если ты согласишься на один эксперимент, который не повредит твоему здоровью, то я не стану применять к тебе физическое насилие. О, ты потеряла дар речи от радости? Тогда просто кивни, если согласна.
Больше всего на свете Алане хотелось пройтись ногтями по его лицу, оставив кровавые полоски. Жаль только, что это желание не могло осуществиться. Взглядом сообщив мужчине все, что о нем думает, Алана медленно кивнула. И сразу почувствовала, как хватка ослабла и дышать стало легче.
Норд чуть отстранился, изучая Алану. Та по-прежнему злобно смотрела на него, как бы говоря, что ее не сломить. Происходящее пробуждало страх, несмотря на заверения Норда, что вреда он не причинит.
– Я хочу проверить одну вещь, – все так же шепотом произнес Норд. Его рука коснулась щеки девушки, погладила, очень легко и с неуловимой нежностью, которая внезапно напугала Алану сильнее обычной небрежной грубости мужчины. Напугала так, что вновь перехватило дыхание, а кончики пальцев закололо невидимыми иголками страха.
– Я обещал тебя не повредить.
Норд наклонился еще ближе, теперь его дыхание касалось щеки. Алана едва заметно мотнула головой и умоляюще закусила губу, отчего Бог вдруг резко выдохнул.
– Очень странно, – пробормотал он. Рука соскользнула на затылок, мягко и настойчиво заставляя Алану придвигаться ближе. Еще ближе… так близко, что не выдержала и зажмурилась. Она все еще продолжала надеяться, что ошибается в его намерениях. Но, увы, в глубине души знала, что Норд хочет сделать.
Вспомнилась ее бедная подруга, слившаяся в смертельном поцелуе с тем черноволосым Богом. А вдруг и ее сейчас постигнет та же участь? Ведь Норд не совсем здоров, мало ли…
– Не на… – начала Алана, решив, что уж лучше порка, но было поздно. Она ощутила то, чего боялась всю жизнь: губы одного из Богов на своих губах.
Время остановилось, пульсируя страхом и чем-то еще, что медленно поднималось из глубин. Алана, почти теряя сознание и закрыв глаза, буквально обвисла в объятиях Норда, который замер, давая осмыслить происходившее.
Она по-прежнему каждую секунду ожидала агонии, но время шло, а сердце продолжало биться, пусть и чересчур быстро, а душа вроде не спешила покидать тело. Так это и есть поцелуй? Алана прислушалась к ощущениям. Губы у Норда оказались теплыми и немного жесткими. Он очень осторожно целовал, словно изучая. И в какой-то момент Алана неумело, но все же ответила. Растущее внутри чувство стало сильнее, выдавливая по крупицам страх. Она лишь выдохнула, когда Норд, продолжая одной рукой придерживать ее затылок, второй обнял за талию. То ли от поцелуя с привкусом травяного напитка, то ли от самой ситуации, но прикосновения ощущались острее обычного.
В какой-то момент Алана поняла, что ей банально не хватает дыхания, и протестующе промычала, руками упираясь в грудь Норда. Спустя пару секунд тот прервал поцелуй и вопросительно уставился на тяжело дышащую девушку.
– Это все? – Алане казалось, что она пыхтит, как ее огромная тетя, страдающая одышкой.
– Нет. – Глаза у Норда блестели сильнее обычного, и дури в них горело просто зашкаливающее количество. – Это было тестирование.
– Какое еще те…
Ей снова заткнули рот, но на этот раз осторожность сменилась нарастающим напором. Заставляя невольно отвечать. Забывшись, Алана вцепилась руками в плечи Норда, пробуя поцелуй на вкус, погружаясь в новые ощущения.
Они ей понравились. Тот страх, что был в первые минуты, окончательно отступил, а его место заняли азарт и легкое волнение, от которого немного кружилась голова, а тело становилось податливым.
Слишком податливым и предательским. Потому что, когда пальцы Норда сместились ей под футболку, обхватывая вдруг ставшую тяжелой грудь, Алана даже не сразу отстранилась. Лишь почувствовав, как ее опускают на одеяло, начала вырываться. И Норд тут же отстранился.
– Мы на такое не договаривались! – Алана спешно одергивала и поправляла футболку, чувствуя, как внутри все просит о продолжении и о прикосновениях.
– Мы вообще ни о чем конкретно не договаривались. – Бог провел рукой по растрепавшимся светлым волосам. – Я всего лишь сказал, что не причиню тебе вреда.
Алана чуть вздернула бровь.
– Что? – не понял Норд. – Тебе это вреда бы точно не причинило. Ладно, договорились, начнешь дерзить снова, и я тебе устрою полноценный секс. А дерзить ты начнешь, у тебя язык, как помело.
Он выключил фонарь и улегся на одеяло. В полной темноте Алана лишь слышала шорох одежды. И почему-то чувствовала себя остановленной на скаку лошадью.
– И это все?
– Можем повторить. Ты, кстати, делаешь неплохие успехи.
Алана откинулась на одеяло и просто постаралась заснуть, понимая, что в словесной перепалке последнее слово будет не за ней.
Но уснуть получилось очень и очень не скоро. Губы все горели от поцелуев, словно требовали продолжить.
А у одного из костров сидела Шален, прислушиваясь к ночным шорохам.
– Ты идешь спать? – поинтересовалась Элли – одна из ее помощниц, проверяющая дозорных.
– Иду. Слушай, – вдруг обернулась предводительница, – а этот Норд… ты не помнишь, он сегодня был ранен или нет? Мне показалось, что ему разодрали щеку.
– А хрен его знает. – Элли пожала довольно широкими для женщины плечами. – Я точно помню, как он нереально дрался, а насчет ран не приметила. Но вроде не видела, а что?
– Да так, все нормально, – пробормотала Шален. Странно, она была почти уверена, что видела в разгар боя, как ему порезали щеку. Но потом не заметила ни царапины.

* * *

«Они порой любили устраивать романтические вечера в необычных местах. Вот, например, как сегодня. Дикий пляж у городского озера временно превратился в любовное гнездышко. Как говорится, любой каприз за ваши деньги. И он, Норд, это правило отлично знал. Поэтому и выложил круглую сумму тому, кто обещал тут все устроить. 
Не подвел. Hежные оттенки розового и бежевого, тонкие ткани, трепещущие на ночном ветру, разноцветные фонарики, подушки, холодное дорогое вино и изящные фужеры, много фруктов и десертов, тихая музыка и звездное небо над головой – все это поразило Милену до такой степени, что она пару минут просто обнимала Норда и молчала. 
– Эй, – не выдержал парень, – ты хоть промычи что-нибудь, а то я уже начинаю пугаться. Где моя болтливая девушка? Ее подменили? Кто-нибудь, верните Миленку! 
– Вот дурак. – Девушка перевела взгляд искрившихся от радости глаз на Норда. – Ты бы хоть предупредил, а то я как-то не соответствую образу. 
Милена была одета в шорты, свободную футболку, выпрошенную у Норда, и кеды. Волосы, собранные в два хвоста, весело всколыхнулись, когда их хозяйка покачала головой. Парень взял один из них за кончик и шутливо подергал. 
– Можешь представить себя Золушкой, которая не дождалась феи и помчалась к принцу в чем была. 
– А принц не испугался, когда среди всех разряженных и красивых леди увидел такую странную девчонку? – Милена развернулась к другу и пальцами провела по светло-серой ткани его футболки. 
– Ну-у-у. – Норд чуть откинулся назад и красноречивым взглядом скользнул по загорелым ногам девушки, остановился на коротких джинсовых шортах и вдруг произнес таинственным, просто-таки заговорщическим тоном: – Принц подумал: во! Вот она красотка, которую можно легко раздеть, а не мучиться с корсетами, после чего похитил ее и унес соблазнять. 
Он с хохотом подхватил взвизгнувшую Милену на руки и потащил в сторону полупрозрачного балдахина, под которым скрывалось настоящее ложе из подушек и пледов…» 
Норд открыл глаза и пару секунд смотрел на серый потрепанный потолок палатки. Его уже слегка нервировало, что каждую ночь он видел сны из прошлого. И как это объяснить? Быстро провел сканирование организма: никаких гормональных сбоев, все в порядке. Голоса в голове пока молчали, но Норд чувствовал их присутствие. Они прятались где-то в глубине сознания, ждали своего часа.
«Просто признайся, что твоя шизофрения прогрессирует из-за этого долбаного вируса».
Он сел и оглянулся.
Алана спала, закутавшись в одеяло едва ли не с головой. Зачем он вчера сделал то, что сделал? В какой-то момент ему показалось забавной идея с поцелуем. Страх в глазах девчонки придал ситуации небольшую пикантность. А вот ее ответная реакция – неловкая и даже чуть смешная – внезапно взволновала. Норд решил, что просто произошел очередной гормональный всплеск, к счастью, не слишком сильный. Иначе все могло закончиться по-другому.
Любовь – это всего лишь химический процесс, причем не особо сложный. Это скот придает ему слишком большое значение. Они просто наркоманы, которые подсаживаются на дозы гормонов счастья, вырабатывающиеся при виде определенной особи. А потом, не в силах пережить ломку, начинают страдать, кончают жизнь самоубийством, спиваются, становятся маньяками или просто во весь голос орут о том, что никакой любви нет. И ведь последние из них почти правы. Любви нет, есть влечение к кому-то, обусловленное многими причинами. Но только не теми, что любят описывать поэты.
Милену он любил. Но это было до аварии. Потом все как-то незаметно изменилось, ушли в прошлое те ценности, что были раньше. Теперь люди не умели любить, так как хорошо контролировали свои новые тела, совершенные во всех отношениях. Любовь оставили скоту.
Норд поймал вчера себя на том, что Алана сумела его удивить. Он не ожидал от девчонки, выросшей в одной из самых безопасных и скучных Зон, такого поворота в характере. Ладно ум и воображение: она их неплохо натренировала на рассказах деда. Но оказывается, если ее попытаться прижать, то можно нарваться не на домашнюю обезьянку, а на разъяренного… почти человека. Пырнуть ножом Рига и боцмана – куда ни шло, она все же защищала себя. Но вот добить раненых – такого Норд точно не ожидал. И желание помочь совершенно незнакомому человеку тоже удивило. Он скорее ожидал, что Алана попытается стать в этой ситуации незаметной, чтобы самой не попасть под раздачу.
Он ее недооценил, стоит признать.
Норд прислушался: судя по всему, лагерь медленно просыпался, слышались голоса, кто-то спорил, простонал один из раненых, и ему грубо велели заткнуться.
А еще были шаги. И они становились все ближе и ближе. Наконец, вход в палатку всколыхнулся, и в проем заглянула Шален, бодрая, но мрачная.
– Ты! – Она поманила Норда пальцем. – За мной.
Что-то в ее тоне Богу не понравилось. Тем не менее, решив, что убивать ее стоит, лишь когда не будет другого выхода, Норд вылез наружу. И сразу увидел двух рослых женщин, подошедших к их палатке и севших рядом со входом.
– Угадал, – улыбнулась одними губами Шален. – Это охрана для твоей подруженьки. Мы с тобой сейчас поболтаем в сторонке, а девчонки – гарантия того, что ты не будешь делать необдуманных движений. Если что – убьют ее моментально. Или, наоборот, медленно. Иди за мной.
Норд молчал, пока они шли через весь лагерь, провожаемые взглядами тех, кто успел проснуться. Утро выдалось серым, но теплым и безветренным, в воздухе стоял запах костра и приготавливаемой еды. Откуда-то с востока тянуло гарью, словно там бушевал пожар.
Шален остановилась за одним из трех огромных трейлеров, когда все, кто мог случайно подслушать, остались позади. Норд отметил, что лагерь отсюда просматривался отлично, да и их можно было видеть.
– Я сказала, что мне надо подумать, – голос женщины звучал сухо и отрывисто, да и сама она держалась весьма настороженно.
– Да, я помню, – кивнул Норд и плечом прислонился к прохладному металлу трейлера.
– Твое предложение очень многих смущает. Черт подери, у меня оно вообще вызывает нехилое подозрение. Чувак, никто никогда не пересекал границ Зоны. Пыф-ф-ф, и ты кучка пепла. Хочешь стать такой грустной кучкой? Я – нет.
– И какие подозрения у тебя в мой адрес?
Шален встала напротив него, в ту же позу. Странного темно-пепельного цвета волосы были собраны в короткий хвост, но часть выбилась из небрежной прически и обрамляла узкое лицо. На котором застыло непонятное выражение.
– Я думаю, ты хочешь поманить нас косточкой в виде свободы за периметром, но на самом деле это все вранье.
– Почему? Я правда могу отвести вас за периметр, если поможете добраться до места.
– Не ври! – Темные глаза сверкнули, а голос понизился до угрожающего рычания. – Всем известно, что только Боги могут открывать границы и мотаться между Зонами.
Норд пожал плечами.
– Значит, я – Бог.
Шален чуть отшатнулась и сотворила в воздухе непонятный знак, изрядно развеселивший его.
– Реально веришь, что эти штучки работают? Сами придумали себе кучу культов и обрядов и искренне в них верите. Никогда не думала, что гуляющие истории про бродивших среди вас Богов – это не выдумки?
Предводительница уже взяла себя в руки, хотя в глазах дрожало удивление пополам с недоверием. Норд позволил осмотреть себя от макушки до ног, подмигнул:
– Довольна осмотром?
– Чем докажешь?
– Могу выпить душу кого-нибудь из твоих девчонок, – ответил Норд, наслаждаясь сменой эмоций на лице такой крутой бандитки. – Могу взять этот трейлер и выкинуть его куда подальше. Могу изменить внешность у тебя на глазах. Но для начала давай ты мне просто немного порежешь руку и посмотришь, что случится.
Он вытянул правую руку и кивнул на запястье:
– Давай, можешь полоснуть со всей дури.
Шален недоверчиво взглянула на его лицо. Норд кивнул еще раз: мол, давай, не робей. Ему даже стало интересно, как быстро она решится. Алана бы точно начала колебаться, а потом постаралась нанести маленькую царапину. А эта амазонка долго думать не стала: достала из ножен на боку кинжал и полоснула по запястью. Кровь моментально полилась на землю, но лицо Норда осталось таким же непроницаемым, в то время как взгляд Шален не отрывался от раны. а та медленно затягивалась буквально на глазах. Через полминуты запястье вновь стало невредимым.
Предводительница провела рукой перед своим лицом, словно смахивала невидимую пелену. И взгляд, обращенный на Норда, уже не горел недоверием. Скорее страхом, который Бог всегда очень тонко чувствовал. И наслаждался.
– Значит, я не ошиблась. Вчера тебя ранили, в щеку.
Шален схватилась за волосы, разлохматив их. Чувствовалось, что она с трудом сдерживается, чтобы не сползти на землю от шока. Но выдержка победила. С силой потерев лицо ладонями, Шален спросила, во все глаза разглядывая Норда уже с новым интересом:
– Ну и на кой хрен мы тебе сдались? Слушай, если тебе так позарез надо куда-то, то ты ж можешь не пересекать Зону. Вы ж всемогущие, мать вашу!
– Ну, обсуждать с тобой свои действия я не намерен. Так что, мы договорились?
– Всех, кто выживет в путешествии, переведешь за периметр?
– Легко. – Норд зевнул.
– И отпустишь?
– На кой вы мне все сдались. Мне одной спутницы по горло хватает.
– Она тоже Бог? – поинтересовалась Шален.
Норд покачал головой.
– Нет. И я не хочу, чтобы ты кому-то говорила о том, кто я. Это еще одно мое условие. В курсе должна быть только ты. Слухи в ваших краях слишком быстро распространяются, а женщины болтливы. Узнают, что среди вас Бог, и все, хана вам. Со всех концов Зоны побегут фанатики, жаждущие переманить меня на свою сторону, просить забрать в наши чертоги или еще чего похлеще. А вас… ну, особо строптивых убьют, а остальных в рабство.
– Я поняла тебя. Но почему мы? Почему не банда Зверя или Костедробилки? Эти точно везде пройдут.
– Их не было в той драке.
– Почему не выбрал другую сторону?
– Слабая банда с большим самомнением. Они бы долго не прожили. А про вас я кое-что слышал. Единственная женская банда, берущая хитростью и расчетом, а не силой. Вы стараетесь не попадаться на глаза сильным, но нападаете на более слабых и грабите плохо охраняемые караваны. А еще не слишком любите мужчин.
– Есть за что, – выплюнула Шален. – Вы нас особо за людей-то не считаете.
«Да какие вы люди, скот!» – мысленно скривился Норд. Подавил вспышку раздражения и сообщил:
– Всегда, когда процветает варварство, женщина становится разменной монетой, вещью. Так как миром правят сильные и жестокие.
– То есть – вы?
Норд проигнорировал двусмысленный вопрос.
– Значит, мы договорились? Идем, а то твои дамы там лопнут от любопытства.
Он надеялся, что Шален действительно окажется разумной особью. На корабле произошел инцидент, который он не предусмотрел. Недооценил натуру скота, недооценил. Норд походя треснул кулаком по капоту одной из машин, тот скрипнул и просел. Хорошо хоть поблизости не оказалось никого. Норд сделал себе пометку быть осторожнее. Обычная мужская особь так сделать не сможет.
«Значит, будем вести себя как таинственный крутой мужик, который умеет драться».
Норд проводил взглядом двух совсем молодых девушек, тащивших болты для арбалетов. Он не стал говорить Шален, что ее банда существует лишь потому, что остальные не могут договориться и ударить все вместе. Или пока женщины не наткнутся на кого-то более сильного. Впрочем, скорее всего предводительница и сама об этом догадывалась, раз предпочитала не вступать в конфликты с крупными бандами.
Но вот договариваться она явно не умела. Иначе сделала бы уточнение: вывести за периметр и отпустить живыми и невредимыми. А так Норд, получается, не обещал оставить им жизни.
Ну что ж, сами виноваты.

* * *

«Я целовалась с Богом», – первая мысль, возникшая после пробуждения. Алане казалось, что эта мыслишка крутилась в голове даже во время сна. И уходить в ближайшее время точно не собиралась. Напротив, обрастала подробностями и кучей переплетенных между собой эмоций.
«Я. Целовалась. С Богом».
Алана со стоном перевернулась на живот и спрятала лицо в пахнущем пылью одеяле. Что он сделал с ней? Почему она не сопротивлялась, а потом даже начала отвечать? Почему внизу живота все сжимается от воспоминаний, как его руки прикасались к груди, а дыхание перехватывает?
Алана полежала еще немного, надеясь, что странное состояние ее отпустит. Стало легче, но совсем немного. Выходить наружу не хотелось: казалось, что все вокруг в курсе, что она едва не сделала ночью.
Невинной девушкой она не была, но и опытом не могла похвастаться. И уж точно с тем парнем таких эмоций не переживала. Скорее любопытство и страх забеременеть, несмотря на принятые меры, ну и симпатию, конечно.
Пора было вставать и вылезать наружу, уже для того, чтобы отыскать кустики. Но Алана продолжала вжимать лицо в одеяло и постанывать от жалости к самой себе. Ей даже в голову не приходило, что отношения с Нордом могут дойти до подобного.
Чертов Норд с его холодной логикой и явно больной психикой. Он же зло в чистом виде. Он должен одним видом внушать ужас. Да он в кошмарах должен ей являться! В идеале, чтобы потом, в кошмаре, ее спасал храбрый рыцарь и увозил далеко-далеко.
Почему-то вспомнились Винс из борделя, Риг с боцманом, вчерашние бандиты, домогавшиеся Крис. И тут же, словно для сравнения, Норд, врывающийся в разбитое окно. Норд, спасающий ее от болезни пять лет назад. Норд, поддерживающий в море, во время шторма, и уверявший, что не отпустит, не даст утонуть.
«Мир, ты сошел с ума? Ты поменял всех местами, так неправильно!»
Алана буквально сползла с одеяла и затрясла головой. Потом не выдержала и аккуратно побилась лбом о землю.
– О, ты решила таким образом поставить мозг на место?
Голос заставил девушку резко сесть.
– Нет, нет, ты продолжай. – Норд с интересом заглядывал в палатку. – Главное, не забудь остановиться, когда заработаешь сотрясение. А если все-таки закончила, то вылезай, мы скоро трогаемся в путь.
Утро явно не задалось.
Впервые с момента Сборов Алана задумалась о том, что ждет ее в конце путешествия. Задумалась так, что весь завтрак просидела тихая и неразговорчивая. Молча поела кашу с жестким вяленым мясом, выпила горьковатый, но бодрящий напиток, так же молча помогла Крис и еще одной девушке с уборкой посуды. Она действовала машинально, пару раз ответила невпопад, и только круглые глаза собеседниц заставили встрепенуться и решить, что хватит уже заниматься дуростью.
Норд – это Норд, он один из Богов, и этим все сказано. Значит, надо вести себя, как и прежде, а не выдумывать ничего лишнего. Тем более сейчас ее переживания явно не должны быть на первом месте. После вчерашнего дня Алана поняла, что здесь лучше не расслабляться. Никогда.
И лучше быть поближе к Норду. Так оно спокойнее.

* * *

Лагерь свернули ближе к обеду. Сначала часть добычи прятали в схрон, расположенный под развалинами, затем грузили все по машинам: аккуратно и продуманно. Мотоциклы передвигались налегке, на них ехали впереди банды и проверяли путь. Норд с Шален немного поспорили насчет трейлеров. Предводительница местных амазонок считала, что стоит взять хотя бы один, чтобы в случае серьезной атаки укрыться в нем и отстреливаться. Норд же возражал и советовал в подобных случаях лучше не загонять себя в ловушку, а просто удирать, благо машины у банды были весьма хорошие и быстрые.
– Ты же умная женщина, – говорил он негромко и уверенно, – подумай сама, что лучше. Или мы удираем, имея неплохие шансы оставить преследователя далеко позади, или мы запираемся в четырех стенах, откуда нас будет легко выкурить банальными дымовыми шашками.
Шален подумала и нехотя согласилась с доводами. После чего сказала небольшую, но выразительную речь перед своими людьми. Она говорила о возможности выбраться за периметр, о том, что лучше использовать шанс, чем потом жалеть об этом, о том, что если они не доверяют Норду, то пусть доверятся ей.
– Неужели правда получится? – прошептала Крис, вставая на цыпочки, чтобы лучше разглядеть Норда, замершего рядом с Шален. Алана, которой был адресован вопрос, промычала нечто невнятное, надеясь, что это сойдет за положительный ответ. В альтруизм Норда верилось примерно так же, как в то, что Боги внезапно откажутся выпивать души.
– А откуда он такое знает? – продолжала допытываться Крис. – Он твой мужчина, да? Он какой? Бьет тебя? А вы часто с ним…
– Эй, я не хочу это обсуждать! – Алана покраснела. – Почему сразу бьет-то?
– Так он же мужчина, – удивилась Крис. – Они всегда так делают: если злые, если голодные или просто настроения нет. Вот у Лезвия в банде даже такие плетки специальные плели. Они больно били, но следов после них не оставалось. Он просто не любил женщин со шрамами.
– Кто? – сглотнув, спросила Алана. Во рту появился горький привкус отвращения. Да что ж это за мир такой?
– Лезвие – Главарь одной банды, но они в основном на Западе тусуются, у них там типа крепости что-то стоит. Мне Шален рассказывала. Она оттуда сбежала, когда Лезвие замочила.
– Убила, что ли?
– Ну да, – пожала плечами девушка. – У него фишка такая была: браслеты, из которых бритвенные лезвия выскакивали. Он типа хвастался все, что посторонний хрен в них разберется. А Шален умная. Он ее к себе забрал, когда добычу делили, типа будет моей кобылкой. Ну а она все запоминала. И когда он стал ее в очередной раз трахать, то р-р-раз – и его же браслетиками ему горло и перерезала.
Алану затошнило, и пришлось задержать дыхание, чтобы желудок хоть немного успокоился. То, что ей рассказывали с таким достаточно спокойным видом, не укладывалось в голове.
«А ты корабль вспомни, – посоветовал внутренний голос, – сама-то не лучше, раненых добила».
– Ты чего? – спросила Крис, увидев, что собеседница резко побледнела. Алана лишь махнула рукой и прошептала:
– Поговорим еще. А Норд – он редкостная скотина, но если надо, то вытащит из любой задницы. У него свои взгляды, которые я не разделяю, но стараюсь понять. И он уже спасал меня несколько раз.
В какой момент она сошла с ума и стала видеть в нем защитника, а не сволочь, играющую судьбами и жизнями людей?
«Мы – меньшее зло», – словно наяву услышала она голос Норда и, вздрогнув, посмотрела на него поверх голов остальных женщин.
Бог стоял рядом с Шален и что-то тихо говорил, чуть улыбаясь и разглядывая потрепанную, заклеенную во многих местах карту.
Все уже медленно расходились, собираясь двигаться в путь, а Алана, отойдя к одной из машин, бросала взгляды исподлобья на Норда и Шален. Они неплохо смотрелись вместе, особенно если выбросить из головы происхождение Норда. Высокий широкоплечий мужчина с собранными в хвост светлыми волосами, с привлекательным мужественным лицом, со скупыми уверенными движениями и аурой лидера, и стремительная храбрая женщина, привлекающая скорее бешеной энергетикой, нежели красотой.
Алана заставила себя отвернуться и медленно поплелась к машине, где ей предстояло ехать.
– Эй! – окликнули ее. Это Шален оставила Норда наедине с картой, а сама быстрым шагом подходила к Алане.
– Мне Норд сказал, что ты потеряла свое оружие во время одной заварушки. – Предводительница смотрела открыто и вполне дружелюбно. – Вот, держи.
Она отцепила от ремня потрепанные ножны с кинжалом и протянула девушке. Алану охватило острое чувство дежавю. Оставалось надеяться, что Шален ей не придется убивать.
– Спасибо.
Она приняла подарок, понимая, что тяжесть кинжала успокаивает.
– Да не за что. Здесь безоружные живут недолго и печально.
Шален подмигнула и ушла, громким голосом раздавая указания и командуя посадку по местам. Сама она передвигалась на мотоцикле: огромном и очень мощном, похожем на хищное опасное насекомое. И точно на такой же сел Норд.

Глава 13

Ближе к вечеру Алана одурела от постоянного шума, тряски и чувства опасности. Оно появилось еще во время первого знакомства с Шален и ее бандой, но теперь усилилось, изредка напоминая о себе легкими приступами паники. Особенно после очередного рассказа какой-нибудь из сидевших рядом амазонок. В такие моменты у Аланы холодели руки и ноги, а голова начинала чуть кружиться, хотелось забраться под скрипучее облезлое сиденье и сжаться там в комок. А собеседницы, словно не видя ее окаменевшего бледного лица, продолжали рассказывать страсти.
Пока что поездка проходила довольно мирно. Ехали по открытой местности, довольно каменистой, с многочисленными остатками былых строений, уже густо поросших кустами и увитых ползучими растениями. В раскрытые окна то и дело влетал горячий ветер, порой принося с собой пригоршни колючей пыли. По совету Крис Алана нацепила большие темные очки на кожаном ремне и наконец-то перестала щуриться.
За все время им на пути попалась лишь одна группировка, состоявшая из трех проржавевших колымаг, пассажиры которых, видимо, оценили мощь банды амазонок и решили не связываться. Глядя им вслед, сидевшая за рулем блондинка по имени Нейз хохотнула:
– Во удирают! Повезло, что с них и взять-то нечего. Живье даже пока есть.
– Кто? – шепотом спросила Алана у сидевшей рядом Крис. Слово показалось ей смутно знакомым, словно уже слышала его.
– Живье, – откликнулась новая знакомая. – Ну, чуваки, которых вчера живыми взяли после драчки. Алекса их подлатает, и станут они нас ублажать, пока не подохнут.
Тут Крис все же обратила внимание на выражение лица Аланы.
– Чего?
– В смысле – пока не подохнут? – прошептала Алана.
– В прямом, – вмешалась в разговор Нейз. – Не знаю уж, чем их там пичкает Алекса, но у живья обычно стояк есть всегда. Правда, сердце садится быстро, да и вообще проблемы со здоровьем начинаются. Видать, порошки ее и травки не особо полезны.
Алана закрыла глаза и постаралась дышать ровнее, чтобы не сорваться на визг. У нее создалось ощущение, что она оказалась в каком-то другом мире, вырванном из больных человеческих кошмаров.
– Эй, с тобой все в порядке?
– Не очень, – призналась Алана, открывая глаза, – Крис, а тебе сколько лет?
– Пятнадцать, я теперь самая младшая. А что?
– Ничего, – покачала головой Алана. – А как ты здесь очутилась?
– Ну, наша банда… точнее тогда я здесь еще не была, – поправилась Крис, – напала на караван. Это год назад было. Меня тогда украли для одного ублюдка и везли ему. А Шален предложила к ним присоединиться. Я ж не дура отказываться! Дала клятву и стала членом банды.
– Клятву?
– Ага. Там много чего обещаешь, но самое главное – не даваться живой никому. Если бы вы меня с Нордом там не спасли…
После таких разговоров неудивительно, что Алану к вечеру потряхивало. Как назло, никто вокруг не мог понять ее состояние. А с Нордом она после утра даже не перекинулась ни словом. Бог все время ехал где-то далеко впереди, а во время заправки как подошел к сидевшей на мотоцикле Шален, так и стоял рядом с ней, что-то обсуждая.
Неприятное колючее чувство засело у Аланы где-то в груди. Оно усиливалось при виде беседующих Норда и Шален. С ней он вел себя не как Бог, а как человек.
«Ах, забыла, мы же скотинка, а люди – это они!»
Алана от злости ногтями впилась в обшивку сиденья. Она сама себя не понимала.
Остановились после полуночи: на ужин и короткий сон. Алане уже объяснили, что при желании можно двигаться и без остановок, но тогда выматываешься гораздо сильнее.
Готовить ужин отрядили самых младших и Алану. Норд опять исчез куда-то в компании Шален.
– Крис, – спросила Алана, нарезая вяленое мясо, – а вот эти странные деревья, из которых вы бензин берете. Они по всей Зоне?
– Ага, но с ними беда. – Собеседница помешала суп, бросила горсть сушеных трав. – Здесь еще можно заправиться, но тут деревья редко растут, а вот ближе к западу и востоку – хана. Все рощи под надзором банд, хрен пробьешься. Но мы туда не суемся, нам здесь хватает.
– Я думала, хуже уже не бывает, – пробормотала Алана. Сидевшие рядом с ней девушки переглянулись и громко расхохотались, словно услышали веселую шутку.
– Ну ты даешь! – Одна из них вытерла слезы, выступившие от смеха. – Да мы тут прям кайфуем. Банд почти нет, поживиться им в этом районе нечем, разве что караван мимо прет. Слабенькие забредают, так мы их быстро грабим. Шален спецом здесь обосновалась, чтобы лишний раз крупным ублюдкам глаза не мозолить. Вот завтра мы поедем через неприятное место, там придется в два глаза смотреть.
– Банды? – сглотнув, спросила Алана.
– Да, говорят, засели там какие-то. – Крис вытянула руки к огню. – Сами не видели, но слухи ходят. Так, все, ужин готов, давай себе положим, пока остальные не набежали.
Но Алана, у которой пропал аппетит, отошла в сторону, решив прогуляться.
За границей лагеря царила тьма, доносились звуки ночных насекомых. Но Алана туда не собиралась идти, хотела посидеть у родника, на краю лагеря. Сегодня она, набрав здесь ведро воды, наконец-то смогла хоть как-то искупаться и отмыть жесткие от морской соли волосы. А потом, одолжив у Крис осколок зеркала, внимательно вглядывалась в отражение. Боялась увидеть обветренное лицо, усталое и с синяками под глазами, преждевременное постаревшее. Но на деле оказалось, что почти не изменилась, разве что скулы стали выделяться чуть больше да усилился загар.
Обогнув массивный красно-рыжий автомобиль, весь в хлопьях облезшей краски, Алана вдруг услышала негромкие голоса Норда и Шален. Попятившись обратно, она осторожно выглянула из-за машины.
Бог и предводительница банды стояли у родника и при свете висевшего над их головами шарика разглядывали карту, расстелив ее на плоском камне.
– Объясни тактику, я расскажу своим дамам. Тебя они слушать не будут.
– Завтра поедем вот этим путем, – палец Норда скользил по карте.
– Чертово ущелье? Нет, так не пойдет! Я планировала объехать его по дуге, да и то риск будет. Ходят слухи, что там кто-то засел. А в ущелье соваться не рискну. Обстреляют сверху и все.
– Это самый быстрый путь. Пойдем – и к утру уже достигнем границы.
– Эй, ты не расслышал, что ли? Нас там перебьют как слепых котят, черт бы тебя подрал! Только ты там выживешь.
– Если объезжать ущелье, то путь увеличивается в полтора раза, и есть опасность наткнуться на одну из крупных банд. У них мощные тачки, и оторваться вряд ли получится. А здесь мы должны проскочить, если разгонимся и поедем без остановок.
Шален замолчала, нависнув над картой и переводя взгляд с нее на Норда и обратно. Наконец, медленно, явно сомневаясь, произнесла:
– Если заправиться под завязку, вооружиться как следует и разогнаться до предела, то шанс есть. Почему ты так торопишься?
– Так надо, – откликнулся Норд. Выпрямился и кивнул на карту. – Мне нет смысла подставлять вас под удар. Иди, поговори со своими помощницами, обсуди. Рано или поздно столкнуться с кем-то придется, там уже начинаются места, которые делят между собой две крупные банды. И вряд ли они тоже любят Чертово ущелье, там слишком часто бывают обвалы, да и народ старается не ездить.
– Может, ты и прав. – Шален тоже выпрямилась и тряхнула неровно стриженными волосами. – Ты странный, я думала, Боги другие.
– Мы другие, – согласился Норд. – Но рядом с вами обычно стараемся не выделяться.
– У тебя плохо получается. – Шален потянулась и проговорила: – Ужасно жарко.
И сняла с себя выцветшую футболку, оставшись в брюках и черном куске ткани поперек груди. Алана тут же оглядела Шален критическим взором. Увы, фигура у женщины была без изъянов. Пусть и довольно худощавая, зато подтянутая, тренированная, с гордым разворотом плеч и прямой спиной.
– Мы таких, как ты, раньше не встречали. У нас, если мужчина сильный, то, значит, опасный и от него надо держаться подальше, а слабые никому, на хрен, не сдались. Так, на пару раз поразвлечься. А ведь иногда хочется… сильного. Но чтобы рядом не чувствовать себя жертвой. Я слышала рассказы, что Боги порой спускаются к нам, чтобы развлечься. Рассказывали, что если добровольно отдать душу, то попадешь на небеса, где хорошо.
– Брехня, – сообщил Норд. – Это придумали фанатики.
– А про то, что вы иногда любите развлекаться с девушками? Тоже брехня?
– Все мы не без изъянов.
– Тогда, – Шален подошла вплотную к Норду, – я хочу побыть рядом с тобой женщиной. Один раз. Я хочу тебя.
Алана замершим взглядом следила за тем, как рука женщины поднялась и осторожно коснулась лица Норда. Удары сердца отдавались в ушах, стало трудно дышать. Все внимание сконцентрировалось на ладони Шален. Мир словно замер, готовый рассыпаться на осколки, если Норд сейчас возьмет ее за руку и отведет в палатку.
Алане показалось, что прошли века, прежде чем Бог чуть отодвинулся и спокойно проговорил:
– Обсуди наш план с остальными, времени не так много. – И не спеша пошел прочь, в сторону костров.
– Конечно, – кивнула Шален, словно ничего и не было. – Нам всем надо отдохнуть.
Алана едва ли не повисла на двери машины от непонятного облегчения. Глубоко выдохнула и замерла, надеясь, что Норд ее не заметит.
Увы. Бог прошел мимо, на мгновение замедлив шаг и прошипев:
– Еще и шпионит.
А Шален его внезапно окликнула:
– Тебе нравится та девочка? Которая с тобой?
Алана попыталась слиться с местностью и даже перестала на секунду дышать. Норд же, смерив «девочку» задумчивым взглядом, кашлянул и отправился дальше. Она без сил сползла по дверце автомобиля на землю, да там и осталась сидеть. Прошедшая мимо Шален Алану не заметила.

* * *

Алана собиралась после ужина шмыгнуть в палатку и крепко заснуть, но ее на полпути перехватила Шален: уже одетая как обычно, с завязанными в короткий хвост волосами и широкими кожаными браслетами на руках.
– Ты с ножом-то обращаться умеешь?
– Меня учили, правда недолго.
– Завтра будет опасный переход. – Темные глаза рассматривали ее со странным выражением. – Мне надо быть уверенной, что ты не станешь обузой и если что – сможешь дать жару. Идем, покажешь, что умеешь.
Алане меньше всего хотелось идти с Шален. Было в ней что-то тревожное, от чего хотелось держаться подальше. Но одновременно понятно было: не идти не получится.
«Если что – буду визжать», – решила Алана, следуя за предводительницей. Та остановилась у последнего костра, где сидели две пожилые женщины, точившие кинжалы. Отсветы пламени чуть искажали черты лица Шален, отчего та становилась похожей на злобного демона из страшных сказок.
– Давай, – она вынула из ножен длинный узкий кинжал, – нападай, как тебя учили.
Понадобилось несколько секунд, чтобы понять: ее подготовка здесь яйца выеденного не стоит. Шален в первые же секунды боя выбила нож из ее руки. Тот сверкнул и исчез в темноте, а Алана замерла, чувствуя, как горло покалывает кончик кинжала.
– Опыта не хватает. – Шален опустила оружие, отчего Алане сразу стало легче дышать. – Но потенциал есть. И реакция неплохая. Если что, бей сразу и наверняка. Целься в глаз, ухо, пах, шею. Бей со всей силы, не жалей. Тебя жалеть точно не будут. И вот еще, держи. – Она кинула девушке пару кожаных перчаток с отрезанными пальцами. – Так рукоять скользить не будет.
– Спасибо…
Ошарашенная Алана убрала подарок в карман штанов.
– Не благодари, я несу ответственность за каждого. И мне не надо, чтобы ты стала слабым звеном. Просто дерись, если придется, и не бойся. Страх ослабляет.
– А ты ничего не боишься? – осмелела Алана. Точившие ножи женщины уже ушли, и они с Шален остались вдвоем. Плюс застрявшая где-то в траве и оравшая дурниной цикада.
– Ничего не боятся только идиоты. Умные свои страхи знают и умеют контролировать. – Шален села у костра, откинувшись назад и опираясь руками о землю. – Я боюсь попасть в плен, я знаю свой страх, и если так случится, то покончу с собой.
Она сказала это таким обыденным тоном, словно речь шла о повседневных вещах. И Алана поверила.
– Я не знаю, что там за периметром, – медленно произнесла Шален, – но по ходу там все равно лучше, чем здесь. Или нет?
– Смотря где, – осторожно произнесла Алана. – В нашей Зоне единственное, чего мы боялись, – Сборы. Это когда Боги спускаются и забирают к себе тех, у кого выпьют души. Здесь такого нет?
– Нет, – пожала плечами Шален. – У нас есть культы, которые приносят жертвы Богам. Обычно предназначенного в жертву оставляют на ночь, а утром находят лишь тела. Есть те, кто верит, что если добровольно отдать душу, то его заберут на небо.
– А ты во что веришь?
– А я верю в то, что мы там, на хрен, Богам не сдались. Не люблю фанатизм, это все обертка. Я верю в себя. И в своих девчонок. Они тоже скорее подохнут, чем сдадутся в плен.
– Как так можно жить? – вырвалось невольно у Аланы. В голове и правда не укладывалось. Она сидела и во все глаза смотрела на Шален, пытаясь понять. И не понимала.
– Так? – Женщина усмехнулась. – Так вот как раз жить можно. Если быть осторожной и не наглеть. Невозможно жить, когда тебя в пятнадцать лет похищают во время побега и отправляют в гарем к одному козлу – Главарю одной из самых крупных банд. Хреново жить, когда тебя имеют день за днем, чтобы ты забеременела, а потом, поняв, что ты бесплодна, отдают первому попавшемуся. Еще отвратнее, когда тебя приковывают к капоту машины, во время очередного рейда, в качестве талисмана. И просто поржать. А потом на этом же капоте и трахают.
Шален покосилась на окаменевшую Алану и вдруг подмигнула:
– Чего смотришь? У нас почти у каждой подобное прошлое. Мне вот еще повезло: я понравилась одному… Он был почти нормальный. И я его почти полюбила. Палач. Ему дали такое прозвище, потому что любил лично убивать провинившихся или пленников. Он меня многому научил, приблизил к себе. Мы почти три года были вместе, пока его не убили. А мне пришлось бежать. Но его убийцу я хорошо запомнила.
– Зачем ты мне это рассказываешь?
Алану трясло от переполнявшей жалости и злости. Боги! Это все они! Они прекрасно знают, что тут происходит, и ничего не делают! Какими надо быть отморозками, чтобы день за днем наблюдать такое вот? Да еще спускаться сюда и проводить время среди подобных нелюдей?
– Да просто поболтать захотелось. Не жизни же тебя учить. – Шален зевнула и встала. От души потянувшись, вдруг неожиданно спросила: – Норд сказал мне, что ты сказительница?
– Интересно, что Норд еще успел растрепать обо мне? – прошипела Алана. – Я только пробую рассказывать.
– Тогда идем. – Предводительница схватила ее за запястье и потащила к костру, вокруг которого сидела большая часть банды. – Дамы, среди нас есть сказительница.
Алана едва не втянула голову в плечи, когда на нее уставились несколько десятков глаз.
– Расскажи! – первой подала голос Крис. – Ой, как я давно историй не слушала!
– О чем? – Странно, но смущение Аланы быстро сходило на нет. Слишком ждущими оказались взгляды вокруг. И внимательными. – О чем рассказать?
– Про то, как раньше было, – послышался один голос, его перебил другой:
– Давай про равенство мужиков и женщин.
– Про любовь, – произнесла тихо Крис, но ее услышали. И воцарилась тишина, в которой голос Шален прозвучал особенно сурово:
– Про жизнь.
Алане показалось, что стоявший поодаль Норд едва слышно хмыкнул. И разозлилась едва ли не сотый раз за день. Ему-то смешно, а всем этим женщинам каково? Да они небось про настоящую любовь только в таких вот историях и слышали.
– Когда-то в одном светлом городе на берегу моря жили две семьи. У них было все: дома, слуги, много машин и всего, чего только можно пожелать. Не было только взаимной дружбы. – Алана тряхнула волосами, чувствуя накативший азарт рассказчика. – И еще у семей были дети. Девушка по имени Джульетта и парень по имени Ромео.
Краем взгляда она заметила чуть вытянувшееся лицо Норда, но не стала обращать на такие мелочи внимание. Тем более ее внимательно слушали.
– Случилось так, что Ромео и Джульетта встретились на космическом корабле, который возил экскурсии на Луну. Люди бродили по ее поверхности, покупали интересные вещи, а затем возвращались на Землю.
Рассказ потек ровным потоком. Алана рассказывала всемирно известную трагедию, безбожно перевирая, хотя и сохраняя основную идею. Амазонки превратились в соляные столбы, жадно ловя каждое слово. То тут, то там вдруг слышались странные звуки, словно кто-то старался подавить непрошеные всхлипывания. На глазах у Крис блестели слезы, да и у многих женщин взгляд сделался какой-то покрасневший и тоскующий. Норд стоял, приложив ладонь ко лбу и покачивая головой, словно пребывал в глубоком шоке.
А после истории повисла тишина. Страшная. Тоскливая. Алана переступила, теперь мечтая удрать подальше. Но вместо этого продолжала стоять.
– Да-а-а, – протянула Шален непонятным тоном, – вот это… финал.
И тут словно прорвало плотину. Все заговорили одновременно, захлебываясь словами и эмоциями, споря, доказывая, обмениваясь впечатлениями. Алана же под шумок удрала в палатку. После временной эйфории накатила усталость.
Еще и завтрашний перегон. Сидя на коленях, в тусклом свете фонарика, Алана задумчиво перебирала расплетенные волнистые волосы и пыталась понять, отчего так неспокойно внутри. Норд же явно продумал все мелочи и постарался до минимума снизить риск.
«А потому тебе неспокойно, – сообщил внутренний голос, – что ты сомневаешься в его предложении переправить всех женщин за периметр».
Алана прикусила губу и кивнула сама себе. Может, она и самка с примитивным умом, но все равно догадывается, что не зря эта Зона абсолютно закрыта. Да и сам Норд отзывался о ней весьма нелицеприятно. Отсюда вывод: зачем ему выпускать местных обитательниц, да еще в таком количестве?
Легкий шорох позади заставил скосить взгляд и тут же выпрямить спину. Взгляд Норда она почувствовала едва ли не лопатками, которые тут же зачесались. Замерев на одном месте, Алана от души надеялась, что Бог сейчас мирно ляжет на свое место и вырубится. А может, сделает ей одолжение и потеряет сознание.
Вместо этого Норд вдруг запустил руки в ее волосы и принялся медленно пропускать пряди между пальцами. Алана окончательно перестала что-либо понимать и просто сидела, изображая статую.
– Завтра постарайся быть собранной и внимательной, – вдруг проговорил Бог. – Вероятность драки велика, в ее разгар я могу банально не заметить, как на тебя нападут. Но постараюсь быть рядом. Не смей изображать героиню и пытаться прикрыть кого-то грудью. В крайнем случае – визжи, ори, я сразу услышу.
– Шален мне тоже говорила не бояться.
– Интересная женщина. – Норд чуть приподнял несколько прядей, наблюдая, как они скользят по рукам. – Думаю, скорее всего в ближайшее время за ней придут. Такие души здесь редкость. Особенно женские.
И Алана не выдержала. Развернувшись, она ткнула пальцем в обнаженную грудь Норда и прошипела:
– Да пошел ты вместе со всеми своими Богами! Тут народ выживает как может, а вы только о душах думаете! Сам-то еще никого здесь не высосал? Может, меня тогда выпьешь? И знаешь что? Сомневаюсь, что все эти несчастные перейдут периметр! Да ты его и открыть-то не сможешь без помощи, верно? Как в прошлый раз. Ненавижу! И вас, и этих кретинов, которые здесь все довели до такого состояния! А-а-а-а-а! Зачем ты вообще меня сюда потащил? Да ну на фиг вас всех! На фиг, на фиг, на фиг!
Помутилось в голове, реальность смазалась, и несколько минут жизни просто выпали из памяти. Алана пришла в себя, только когда ей на голову вылили ковшик ледяной воды. Закашлялась, зафыркала, но истерика тут же прошла.
– Вот и хорошо. – Норд присел рядом, отбросив ненужную посудину в сторону. – Ничего, теперь твои нервы успокоились, ты выплеснула напряжение, так что можешь ложиться спать. Такая реакция вполне естественна, хотя за подобную дерзость тебя бы уже размазали. Но я сделаю скидку на то, что для твоего восприятия подобное и впрямь оказалось тяжеловато.
– Извини, – глухо проговорила Алана, пряча мокрое лицо в ладонях. – Я не знаю, что на меня нашло. Правда, извини. Я ведь знаю, что ты пытаешься хоть что-то изменить. Часть из вас пытается.
– Ага. – Норд улегся на свое одеяло, закинув руки за голову. – Ложись спать, иначе завтра закатишь истерику на радость всем остальным. Восстанавливай свои нервишки.
Светильник он погасил, и в наступившей темноте Алана осталась сидеть, прижимая руки к горящим щекам. Какой-то слабоватой показалась ей реакция Норда. Раньше он бы ее напугал так, что она заикаться бы начала. А тут словно отмахнулся: мол, бывает. Странно. Словно сам Бог тоже нервничал, но скрывал это.
Он боится, что его приступ может повториться на этой враждебной территории? Скорее всего, ведь тогда он ничего не сможет сделать. И неизвестно как долго. Прошлый раз он провалялся дольше обычного. А как вообще нервничают Боги? Они умеют это делать? Или все эмоции убрали за ненадобностью? И можно ли ему нервничать? Вдруг станет хуже?
– Норд…
Тихий шепот прошелестел в палатке, растворился в темноте. Алана замерла, прислушиваясь. Он что, спит?
– Что?
– А почему ты не согласился переспать с Шален?
– Потому что мы выше инстинктов. Этим можно заняться, если скучно или потянет вспомнить, как оно бывает. – Норд вдруг замолчал на секунду, потом нехотя добавил: – Хотя из-за этого долбаного вируса я стремительно приближаюсь к вам. Все, спать!
– Однажды я слышала, как ты шептал женское имя, – сообщила Алана.
– За сны я не в ответе. Я из тех немногих, кто их видит. Скорее всего я называл имя женщины из прошлой жизни, но это ни о чем не говорит.
– Наверное, я постоянно тебе напоминаю о ней.
– Нет. Несмотря на вашу внешнюю идентичность, вы совершенно разные. Она бы не смогла выжить в этом мире.
– В этой Зоне я бы точно не выжила.
– Не факт, – к ее удивлению, проговорил Норд. – Неделю назад я бы поспорил, но теперь думаю, что выжила бы. В тебе что-то есть. Ты воин, но такой, который старается избегать конфликтов. И вступать в них, только когда нет выхода. Порой это стоит больших усилий, чем бросаться грудью на амбразуры. А теперь, если ты не заткнешься, то я тебя оглушу.

Глава 14

Утро получилось деловым и полным мрачного ожидания, несмотря на солнце и яркие краски вокруг. Амазонки, быстро перекусив, вплотную занялись оружием и транспортом. Алана только диву давалась, глядя на гору дубинок, копий, арбалетов и совсем уже незнакомых вещей, которые вытащили из всех машин и из расположенного неподалеку небольшого схрона. Несколько женщин делали зажигательные бомбы из обожженных глиняных бутылок, другие проверяли оружие, третьи укрепляли сиденья, расположенные на крышах автомобилей.
Шален и Норд опять что-то обсуждали, но на этот раз Алане было не до них. Гораздо сильнее волновал предстоящий рейд. Она пыталась помочь то одним, то другим, пока ее не позвала Крис. Худенькая блондинка стояла в странном черном жилете, надетом поверх залатанной футболки. Такой же она протянула Алане и проговорила:
– Это броник, надевай. Чтобы при драке не проткнули насквозь.
Алана взяла жилет и отметила, что он довольно тяжелый.
– Металлические пластины, – пояснила Крис, помогая девушке надеть бронежилет. – Вообще такие у нас редкость, чаще всего пластиком обходимся, но он и защищает хреново. Но караван подарил нам новый запас, да и тех уродов мы полностью обчистили. Так что в этот раз все поедут в брониках и в шлемах.
С этими словами она дала Алане еще и облезлый темно-коричневый помятый шлем на завязках. И пару кинжалов в ножнах, которые прикреплялись к поясу.
– Арбалет тоже дам, но постарайся своих не пристрелить.
– Может, мы вообще ни на кого не наткнемся?
– Вряд ли, – покачала головой Крис. – Там начинаются довольно богатые территории, за которые всегда идут драки. Я даже не знаю, кто из банд там сейчас временно закрепился. Главное – драться, иначе все – крышка.
Алана, чувствуя себя довольно неповоротливой в бронежилете, кивнула и постаралась внушить себе, что да, драться она будет. По крайней мере сильно постарается.
Наконец выдвинулись в путь. Впереди мотоциклы с наездниками, вооруженными луками, а в центре автомобили, на крыше которых расположились с копьями, зажигательными бомбами и дротиками амазонки. Те, кто сидел внутри машин, держали наготове арбалеты, а под сиденьями прятали дубинки.
Алана по указу Шален ехала вместе с Крис и еще двумя женщинами, устроившимися впереди. В отличие от прошлой поездки в этот раз разговаривали мало и больше вполголоса. Нервозность, пока еще легкая, чувствовалась в каждом движении и взгляде. Алана шепотом поинтересовалась у Крис, неужели все так плохо, раз каждая выглядит обеспокоенной?
– Мы стараемся не соваться на территорию после Чертова ущелья, – объяснила та негромко. – Почти все мы из тех мест. И знаем, что там полный капец. Тем более само ущелье – та еще гадость.
– Там нападают?
– Редко, там крутые обрывы, хрен спустишься. Так что в основном могут обстрелять сверху или закидать бомбами. Но опять же проблема: там проход широкий, увернуться легко.
Залитая солнцем долина с редкими деревьями – бензиновыми и обычными – пока выглядела довольно мирно. Если в развалинах кто и прятался, то не давал о себе знать. Банда амазонок сегодня выглядела грозно и несокрушимо. Чуть покачивались глядевшие в яркое небо копья.
Алана порой высматривала Норда, но тот лишь один раз промчался мимо машины, чуть сбавил скорость, оглядел девушку и, хмыкнув, умчался дальше.
– Заботливый, – оценила Крис. – А за периметром еще такие мужчины есть?
– Ну-у-у-у, возможно, – дипломатично ответила Алана.
– Здорово. Вот такому я бы родила.
«Такому – вряд ли», – подумала Алана, но промолчала, дав Крис вволю помечтать о том, что будет, когда они вырвутся за периметр Зоны.
Алану еще беспокоило состояние Норда. Сегодня утром она, проснувшись, увидела, что Бог сидит и выглядит крайне недовольным. Оказалось, что Норд пытался связаться с Деймоном. В итоге опять потерял сознание почти на три часа. Но зато, очнувшись, уловил сигнал «коллеги» и описал ему ситуацию. Алане же сказал, что у них мало времени и границу откроют к определенному сроку.
– Знаешь, что я думаю? – вдруг проговорила Крис. – Что Норд – посланник Богов!
– Да щас! – фыркнула водительница по имени Нисса. – Видела я этих посланников, уж поверь. Досыта ими наелась. Фанатики долбаные. Меня девчонкой отдали служить такому вот культу, так я вам скажу: они там все психи. Реально! Один, решив, что пытками заслужит уважение Богов, так издевался над пленниками, что мне до сих пор иногда кошмары снятся. Норд больше похож на сошедшего Бога или просто на адекватного чувака.
Все трое уставились на Алану, та почувствовала себя как под прицелом и поежилась.
– Не в курсе, сама с ним не так давно. Но, думаю, скорее второй вариант.
– Ну да, – подумав, согласилась Нисса, – на кой черт ты бы Богу сдалась.
«Вот-вот, – мрачно подумала Алана, – ключевая фраза: на кой черт. Самый настоящий демон».
Про будущее она вообще старалась не думать. Гораздо страшнее выглядело настоящее и предстоящий проезд по Чертовому ущелью.

* * *

К ущелью подъехали ближе к вечеру, когда солнце начало клониться к горизонту. Перед этим сделали остановку и заправили весь транспорт до предела, поели сами и еще раз проверили оружие.
Алана вцепилась обеими руками в ручку двери. Ущелье не выглядело опасным или угрюмым местом: просто широкий, очень широкий проход между скалами. Но его объезд действительно увеличил бы время путешествия, причем намного. И к утру они бы точно не успели достигнуть границы.
Затрясло сильнее: машины, постепенно разгоняясь, помчались к ущелью. И на полной скорости влетели в него. Алана едва не прикусила язык, когда тряхнуло на особенно большой кочке. Дорога оказалась каменистой и неровной, но действительно очень просторной. Осторожно выглянув в окно, Алана увидела практически отвесные скалы серо-желтого цвета, без малейших признаков растительности.
Напряжение достигло наивысшей точки. Воздух вокруг словно уплотнился и едва ли не искрил от волнения. Машины на полном ходу, поднимая тучи пыли, мчались по ущелью, а все женщины молчали, то и дело поглядывая наверх. Алана по примеру остальных, тоже принялась посматривать на края скал, подсознательно ожидая, что вот-вот там кто-то покажется.
Постепенно стало темнеть. Алана заметила, как Крис перехватила удобнее заряженный арбалет, чтобы в случае чего пальнуть в окно. И сама последовала ее примеру, надеясь, что сможет выстрелить. Она была уверена, что сейчас все амазонки были натянуты как струна, готовые броситься в бой при малейшем подозрении на нападение.
В горле пересохло, и Алана сделала несколько глотков из небольшой металлической фляжки. Ожидание выматывало, внутри все дрожало. Она сделала еще глоток и постаралась успокоиться. Их много, с ними Норд, так что все должно пройти хорошо. Если нападут – будет стрелять, визжать, кусаться и царапаться. После рассказов женщин Алана была настроена довольно решительно.
– Успокойся, – вдруг шепотом проговорила Крис, продолжая коситься наверх. Бросила быстрый взгляд на Алану и пояснила:
– У тебя руки дрожат, ты стрелять не сможешь.
Посмотрев на подрагивающие пальцы, Алана глубоко вдохнула и постаралась последовать совету. Но легко сказать! Сама мысль о нападении заставляла тихо скулить от страха, несмотря ни на что. И Алана просто стала отсчитывать минуты до выезда из ущелья. Заодно надеясь, что Норд вовремя заметит любую опасность и справится с ней.
Если только не потеряет сознание. Алана почувствовала кислый привкус паники во рту. Если он упадет в обморок, то все может закончиться очень плохо. Для нее, для остальных женщин. Она ярко представила, как Норд лежит в пыли, а ее утаскивает на мотоцикле какой-то здоровый волосатый бандит, и прикусила запястье, чтобы прийти в себя.
Когда показался выезд из ущелья, Алана едва не зарыдала от счастья. Но сдержалась и покосилась на остальных. Женщины продолжали настороженно посматривать наверх и явно ждали момента, когда машины выскочат на открытое пространство. Крис облизала губы и сглотнула так, что Алана поняла: ее новая знакомая нервничает ничуть не меньше. Просто лучше держит себя в руках.
В темноте, при свете фар, ехать оказалось еще страшнее. В каждой тени чудились притаившиеся бандиты.
И вот уже мотоциклы выскочили из ущелья, следом за ними мчались первые машины.
Все произошло в считаные секунды. Первые три автомобиля, практически вылетевшие на открытое пространство, вдруг исчезли из виду. Следовавшие за ними с визгом затормозили, но еще одна не удержалась и тоже упала в яму, до того момента тщательно замаскированную.
– Что это? – завизжала Алана, цепляясь за ручку двери, чтобы не начать летать по салону. Их автомобиль развернулся боком, остановился, а затем рванул в объезд ловушки.
– Заткнись! – рявкнула Нисса. – Мать вашу! В оба глядеть!
Сердце заколотилось где-то в ушах, посылая безумные дозы адреналина в кровь. Впереди разворачивались и мчались обратно проскочившие мотоциклисты. Первыми – Шален и Норд, за спинами которых лучники уже готовы были начать стрелять.
– Не останавливаться! – рявкнула предводительница. – Две машины ко мне, остальные – в объезд!
Большая часть мотоциклистов рванула следом за машинами. Алана не выдержала и, едва не отпихивая Крис от окна, посмотрела, что происходит.
Четыре автомобиля угодили в тщательно подготовленную ловушку, откуда выбраться уже не могли. Шален с помощниками вытаскивали пассажиров и водителей, подгоняли быстрее рассаживаться и все время оглядывали открытое пространство.
– Смотрите! – взвизгнула Алана.
Остальные уже тоже заметили. На ближайших скалах загорелись костры, забили барабаны. Вдалеке зажглось множество фар автомобилей и мотоциклов. Темная ночь моментально стала яркой и крайне опасной.
– Засада. – Крис перехватила арбалет. – Трогай, Нисса! Главное – не останавливаться!
– Быстро! – это Шален подъехала к машине и резко затормозила. – Алана, пересаживайся ко мне, Агата сядет на твое место.
Лучница молча соскочила с мотоцикла предводительницы и открыла дверь машины. Ничего не понимая, Алана послушалась и, усевшись позади Шален, вцепилась в ручку перед собой.
– Держись крепче, – сказала женщина и крикнула: – Гоните что есть силы! Живьем не даваться!

* * *

В инфракрасном диапазоне все выглядело печально. Холмистая равнина, открывшаяся взгляду Норда, оставляла мало шансов на успешный прорыв к намеченной точке границы. Сам Норд скорее всего туда бы добрался, но чертова Шален отказалась отдавать Алану. Дальше на пути виднелись еще не остывшие и светящиеся в инфракрасном зрении моторы машин тех, кто спрятался в засаде. Сама дорога была напичкана ловушками-ямами. Почти все объездные маршруты оказались перекрыты завалами или тросами, натянутыми на высоте сидящего на мотоцикле человека. Похоже, засада готовилась давно и очень тщательно. Не на них. Скорее всего на тот самый караван, который незадолго до этого был разграблен, в том числе и бандой Шален.
Обычное невезение, которое могло стать для всех них смертельным.
Отыскав «чистый» путь, Норд свернул с дороги, за ним рванула Шален. Остальные гнали следом, а еще дальше мчались преследователи. И очень быстро настигали. Мимо, чиркнув по боку мотоцикла, пролетел болт арбалета, Норд чуть вильнул в сторону, обернулся, выстрелив в ответ. Смотреть, как преследователь кувыркается с мотоциклом, уже не стал. Не до того. Темнота ухудшала прицел, так что многие выстрелы приходились «в молоко». Тем не менее кто-то ухитрился «снять» его лучницу, попав стрелой ей в голову. Спихнув отяжелевшее тело, Норд опять чуть вывернул мотоцикл, одновременно выискивая взглядом Шален и Алану. Заметил и, подъехав, крикнул, перекрывая рев моторов:
– Если ты хочешь выжить и уйти из зоны, повторяй все за мной. Испугаешься – смерть. Не урони Алану, если ты это сделаешь, то я сам тебя убью. И не отставай, я выведу. Без меня граница не откроется.
Он уже инфракрасным зрением видел впереди преграду. Вскоре увидели и остальные: когда впереди вспыхнули фары огромных автомобилей, выстроившихся в линию. Все, их просто загнали в кольцо.
Теперь практически единственный маршрут пролегал по непроходимой для машин узкой тропке. Она поднималась на гребень скального массива, рассекавшего равнину пополам. Норд и помчался туда, зная, что Шален не отстанет.
Лишь раз он обернулся, услышав неподалеку крик Аланы. Но она оказалась невредимой, кричала, глядя на машину, в которой ехала совсем недавно. Ту догнали и окружили преследователи. В окно высунулась светловолосая девчонка, выстрелила, а затем вдруг дернулась и бессильно повисла на дверце.
Не зря амазонки не хотели возвращаться в эти края. Всего за несколько минут их банда прекратила свое существование. Но они уже были не нужны Норду, который видел, что до границы осталось не так много. Он зажал ручку газа и рванул вверх по тропинке, надеясь, что Шален обладает навыками езды по горам.
Мотоцикл с визгом задней покрышки начал взбираться в гору, выбрасывая из-под колес тучи пыли и мелких камней. Короткий взгляд, и Норд заметил, что Шален и Алана от него не отстают. Еще несколько амазонок на мотоциклах также старались их догнать.
Узкая тропинка с камнями, пара двухметровых обрывов с резким торможением на приземлении, почти вертикальная земляная стенка, Норд только успевал фиксировать и преодолевать препятствия. Амазонки не справились. Одна упала в обрыв, вторая свалилась с тропинки и исчезла где-то в темноте. Громкий крик сменился хрипом, оборвался. Шален пока держалась.
Вершина скального массива оказалась почти плоская, там можно было разогнаться. К сожалению, на ней успел расположиться один из бандитских отрядов. Видимо, сюда можно было подняться с другой стороны, по более удобной дороге. С радостными дикими воплями и ревом заведенных мотоциклов и машин они поприветствовали беглецов. Норд чертыхнулся и гаркнул подъехавшей Шален:
– Гони вправо, там мостик! Проедешь – подожги его! Граница близко, ждите там!
Все расчеты показывали, что убежать ни на одном мотоцикле с Аланой, ни на двух не получится – сто процентов вероятности догонят, подстрелят Алану или уронят мотоцикл. Придется их отвлечь. Норд развернул мотоцикл и помчался на бандитов. Очень надеясь, что Шален сумеет добраться до границы.
Сам он собирался повторить трюк, использованный не так давно в битве между бандой Шален и другой группировкой. Только вот противники в этот раз оказались более умелыми и лучше вооруженными. С мотоциклов полетели бола – три связанных вместе шара на длинных веревках. Байк Норда вильнул, пара бола промахнулась, а вот третий зацепился за переднее колесо и мгновенно его заклинил. Мотоцикл кувыркнулся через руль. Норд полетел кубарем в пыль, моментально высчитывая траекторию падения и сгруппировавшись. Вскочил, но его уже окружили и закидали бола, которые мгновенно скрутили руки и ноги.
Рывок… и путы остались на месте. Норд понял, что ему опять «повезло»: бола оказались изготовленными из нановолокон. В своем нынешнем состоянии разорвать их сразу Норд не мог.
Некоторые бандиты с радостными воплями побросали мотоциклы, другие с улюлюканьем продолжали кружить вокруг пленника. Ситуация не слишком радостная. Время стремительно уходило, а вскоре Деймон должен был открыть проход. Ровно на три минуты.
Только бы не отключиться до границы, вздохнул Норд, и мир остановился. Времени изменять структуру кожи и верхнего слоя мышц не было. Поэтому прежде чем лопнуть, прочные шнуры бола глубоко прорезали кожу. Освобожденные шары как пушечные ядра полетели во все стороны. Ускоренный в сотню раз, Норд прыгнул на ближайших бандитов и от души ударил по головам, которые взорвались смесью крови и сероватой мозговой массы. Брызги еще не успели долететь до земли, как через долю секунды остальные бандиты тоже были мертвы.
Время!
Он огромными тридцатиметровыми скачками понесся в сторону границы. По пути встретил машину, возвращавшуюся от разрушенного моста ни с чем. Значит, Шален и Алана все же смогли проскочить.
Оставлять свидетелей Норд не хотел. Он буквально пролетел сквозь машину, легко задев каждого из бандитов. Но скорость этих «легких» ударов сломала шеи хрупким человеческим организмам. Через несколько секунд Бог добежал до каньона, легко перемахнул через него и нагнал своих попутчиц.
Время вышло. Мир покачнулся, резко сузился до точки и пропал.

* * *

– Три минуты.
Алана едва расслышала, что сказал Норд, затормозивший рядом с ней. Переспросить не успела: покачнувшись, Бог упал. Вот только этого не хватало! Алана затравленно посмотрела в сторону бывшего мостика, но там царили ночь и тишина. А здесь едва слышно урчал мотоцикл Шален, освещая фарами небольшой кусок земли.
– Что три минуты? – подбежавшая Шален, с царапиной поперек лба, с синяком на скуле и растрепанными волосами, выглядела страшно. – Эй, что за мать их – три минуты? – заорала она.
– Не знаю! Он не успел сказать! Может, у нас три минуты, чтобы пересечь периметр, или до открытия три минуты. Я не знаю!
У Аланы затряслись руки. Не хватало только остаться здесь, в этом кошмаре. Показалось, что легкий ветер принес запах крови, хотя на самом деле пахло пылью и немного выхлопными газами. Алана всхлипнула и тут же получила хлесткую пощечину.
– Заткнись, не время! – Шален указала на Норда: – Он сказал, что без него периметр не откроется?
Продолжая держаться за щеку, Алана лишь кивнула.
– Тогда давай помогай!
Шален ухватилась за Норда, и Алана бросилась на помощь. Оказывается, это ей Бог казался неподъемным. А вдвоем они его очень даже ловко подняли.
– А если мы ошибаемся? Вдруг это до открытия три минуты?
Алана одной рукой вцепилась в Норда, которого они усадили между собой, а второй держалась за металлический выступ сбоку.
– Тогда сдохнем, – огрызнулась Шален. Заведя мотоцикл, она рванула вперед, к границе, которую жители Зоны обозначали столбиками с висевшими на них черепами. Коротко и ясно.
Только не падать в обморок. Алана зажмурилась и постаралась не думать о том, что будет, если они ошибаются. А тело напряглось, ожидая, что вот-вот рассыплется пеплом. Интересно, а боль она успеет ощутить, подумалось как-то вяло, словно мозг устал реагировать на стресс.
Мотор вдруг резко замолчал, зато громко выругалась Шален. Почувствовав, что мотоцикл начинает странно крениться, Алана открыла глаза, готовясь спрыгивать.
Но Шален все же смогла удержать равновесие и остановила мотоцикл.
– Заглох, собака!
Она спрыгнула. Алана торопливо последовала ее примеру, а Норда стащили общими силами.
Мотоцикл не просто заглох: он стоял, а его двигатель рассыпался на глазах у изумленных женщин. Пара минут – и транспорт превратился в бесполезную и довольно ржавую железку.
– Что за хрень? – пробормотала Шален. Она осторожно приблизилась к мотоциклу, но трогать его не решилась.
– Это значит – мы прошли. – Алана грохнулась на колени рядом с Нордом, так как ноги не держали.
– Я нигде не видела такого транспорта. И Норд говорил, что они дали его только вам. Логично, что он перестал работать за периметром.
Она посмотрела на периметр, который с этой стороны казался легким маревом над землей, мешая разглядеть, что же творится внутри Зоны. Перевела взгляд на раскинувшееся неподалеку озеро, едва заметное в полумраке, силуэты скал, и… заревела в голос. Все произошло так быстро, что Алана даже не сумела сразу осознать случившееся. А теперь вдруг навалилось понимание, что все, кроме них троих, погибли. И Крис, которая мечтала встретить кого-то, кому захочет родить детей, теперь лежит где-то позади, пронзенная болтом арбалета. Алана буквально завыла от раздирающей внутренней боли. Все эти женщины, добившиеся хоть какой-то независимости, погибли из-за них или попали в рабство. Из-за того, что Норд пообещал им жизнь за периметром. Поверили, пошли, и что теперь?
Шален не плакала. Крепко сжав зубы, она стояла и смотрела в сторону покинутой Зоны, а в глазах было такое, что любого заставило бы отойти от женщины подальше. Наконец, резко проведя рукой по лицу, словно стирая прошлое, она обернулась к Алане. Как раз, чтобы увидеть – та, перестав рыдать, поднимается и настороженно на нее смотрит.
Алана надеялась, что Шален не заметит спрятанный в рукаве кинжал, который она за пару секунд до этого выхватила из ножен. Доверять той, кто прожил всю жизнь в аду, Алана точно не собиралась. Тем более грызло подозрение – с Шален станется обвинить в гибели своей банды и ее, и Норда. Да и смотрела женщина странно, словно что-то прикидывала. Алана замерла, понимая: весьма глупо нападать на более опытного противника. Но убежать она не сможет. Не потому, что догонят, а потому, что не бросит трижды проклятого Норда одного. Пусть Бог хоть сто раз твердит о своей бессмертности. Что-то внутри – женская глупость, не иначе – мешала так поступить. Струйка пота медленно стекала по лбу, но Алана боялась ее смахнуть, а лишь неотрывно следила за столь же напряженной Шален, чья правая рука пряталась за спиной.
А темнота вокруг бледнела все сильнее, уступая место рассвету. Ночи здесь были короткие.
– Только не говорите мне, – раздавшийся насмешливый голос развеял напряжение, как дым, – что две обезьяньи самки собрались драться за человека.
Миг, и Алана вместе с Шален невольно сделали шаг назад при виде того, кто показался из-за камней. Высокий, статный мужчина в черном облегающем комбинезоне, на фоне которого рыжие густые волосы до плеч казались особенно яркими. Узкие губы на очень бледном лице чуть кривились в непонятной усмешке. Встав неподалеку, он взглядом мельком скользнул по замершим женщинам, остановился на Норде.
– Отключился. – Он поднял руку и картинно ударил себя по лбу. – Позор всем людям.
– Часа три пролежит, – вмешалась Алана, – а то и больше. Мне кажется, у него каждый обморок все длиннее.
Рыжеволосый перевел взгляд на нее с таким видом, словно рядом с ним заговорил муравей.
– Что? – Алана устала бояться. – Да, я засекала время каждый раз, как Норд терял сознание. Продолжительность обморока растет.
– Кака-а-ая пре-е-елесть! – Рыжеволосый вдруг подмигнул, отчего лично Алане стало страшно. – Самки. Говорящие обезьянки. А одна так и вовсе из Зоопарка. Любит Норд таскать за собой всякую… кхе, всякую… И зачем вы тут?
– Из какого еще… – Шален поперхнулась, прокашлялась и переглянулась с Аланой.
Та едва заметно качнула головой, словно советуя не качать права. Что-то подсказывало – этот Бог не будет таким снисходительным, как Норд. Пусть он даже и ведет себя как редкостный придурок.
Слова следовало подбирать очень тщательно.
– Мы с ним. – Алана ткнула пальцем в сторону лежавшего Норда. – Вот она помогла нам перебраться через Зону, а взамен он обещал провести ее за периметр.
– Я знаю, что она помогла вам, – скучающим тоном проговорил рыжеволосый. – Одна из самых сильных и злобных зверюшек на свободе? Хорошо, а что именно Норд обещал тебе?
– Вывести за периметр. – Голос Шален звучал совершенно безжизненно, словно она тщательно спрятала все свои эмоции.
– И отпустить живой и невредимой?
На лице женщины ничего не дрогнуло.
– Именно.
Рыжеволосый продолжал в упор разглядывать Шален, чуть постукивая пальцами по подбородку. Та в свою очередь смотрела на него и одновременно сквозь. Чуть скосив взгляд, Алана заметила, как бешено бьется жилка на шее женщины. И крепче сжала спрятанный в рукаве кинжал, хотя понимала, что против Бога такое оружие – смех один.
– Опасная ты зверюшка.
Движение рыжеволосого они даже не заметили. Просто вот он стоял в одном месте, а в следующее мгновение уже двумя пальцами сжимал подбородок побледневшей, даже посеревшей Шален. Чуть наклонившись к ее лицу, Бог как-то заговорщически произнес:
– Жалко, что Норд обещал тебе жизнь. Точно обещал? Не врешь, зверюшка? Я люблю выпивать таких… сильных. М-м-м! – рыжеволосый с шумом втянул воздух, словно принюхивался.
«Да он псих!» Алана осторожно присела рядом с Нордом и погладила его по руке, мысленно умоляя прийти в себя. Что же касается Шален – она вовсе превратилась в статую.
– Ну ладно, – Бог отступил на шаг, махнул рукой, – вали отсюда, пока я не передумал. А я могу передумать быстро! – внезапно расхохотался он.
Шален обошла его по широкой дуге и, не оглядываясь, скрылась между скальными уступами. Лишь некоторое время слышались легкие шаги.
– Я с ним. – Алана тут же ткнула пальцем в Норда, едва почувствовала, как слегка безумный взгляд рыжеволосого замер на ней.
– Да ты уже это явно показала. Ну Норд… любитель всякой гадости. – Бог широко улыбнулся, отчего Алана чуть слышно сглотнула. – К слову, тебя я гадостью не считаю. Тебе что больше нравится: игрушка или зверек? Одних ломают, а других усыпляют.
– Давайте остановимся на варианте человека.
Рыжеволосый захохотал так, что Алана всерьез забеспокоилась. Свою фразу она не считала настолько остроумной. А Бог едва не икал от смеха.
– Тьфу ты. – Он присел на камень. – Ты человек? Ты серьезно?
– На обезьяну я тоже не похожа. Я видела их на картинках.
– Да разве дело во внешности, – махнул рукой рыжеволосый. – Все дело вот тут, в мозга-а-ах! – Он постучал себя пальцем по голове. – У вас ограниченное мышление. И для нас вы – обезьянки.
– Может быть, – согласилась Алана. – Только без нас вам тоже того… крышка. И кстати, ограниченное у нас мышление только в вашем понимании и только потому, что вы не даете нам развиваться.
– О-о-о, ты опять умничаешь? – пришедший в себя Норд приподнялся на локтях и поморщился.
– Так, я не понял! – завопил рыжеволосый. – Эй, я тоже такую хочу! Ты как ее выдрессировал? Шикарно дерзит, да еще с таким невинным видом. Слушай, а ты ей границы-то поведения показал? А ты…
Норд уставился на него без особой симпатии, и у Аланы появилось сильное подозрение, что эти двое общаются без слов.

* * *

«Похоже, при активации высших функций вирус также активизируется», – Норд сел, едва сдерживаясь от чисто человеческого стона. То, что он чувствовал, было сродни головной боли.
«Я периодически следил за вами через микродроны, – тон Деймона, а это был именно он, теперь звучал не так насмешливо, – но момент с твоей отключкой пропустил. Ты правда обещал провести за периметр одну из скотинок Зоопарка?»
«Обещал. А где она, кстати?»
«Ушла, сообщив, что ты давал слово выпустить ее за периметр живой и невредимой. Врет?»
«Частично, но плевать. – Норду сейчас было не до одной из скота. – Где антивирус?»
«У меня, но нам стоит найти экранированное убежище, где ты сможешь устроиться с комфортом».
Норд кивнул. При действии антивируса была велика вероятность аварийной перезагрузки и срабатывания системы восстановления, которая в автоматическом режиме установила бы связь с кораблями Норда. А это пока было лишнее. Могло бы возникнуть много неприятных вопросов на тему, почему он исчез из сети в одном месте, а потом появился совсем в другом.
«Когда я был на точке первых координат, то отметил, что пещера полностью экранирована. Скорее всего, следующая точка будет точно такой же».
«Велик шанс, – кивнул Деймон. – А эта особь? Ты зачем таскаешь ее?»
«Она пригодилась в первый раз, – неохотно признал Норд. – Возможно, стоит ее не отпускать до конца. С шутника станется опять вывести решение скота на первый план. А путешествовать легче с тем, с кем можно договориться и кто не так уж и туп».
«Возможно. – Деймона меньше всего интересовала Алана. – Далеко точка вторых координат?»
«Держи».
Норд попытался перебросить рыжеволосому файл, но тот отклонил сообщение и мысленно покрутил пальцем у виска.
«От скота глупостью заразился? От тебя с любым файлом вирус так и рвется. Давай уж, так говори, перенесу вас туда. Эх, все-таки не стоило ту самку отпускать».
«Да, я думаю, у нее неплохая душа».
«Поверь мне, она у нее просто шикарная, – заулыбался Деймон. – Одно время думал выращивать ее для себя, но потом что-то отвлекся, забыл. Несколько лет назад в Зоопарке решил от скуки побыть в шкуре особи. Выбрал одного, выпил, а сам в его облике потусил. А эта самка оказалась его женщиной. Ну я шутки ради научил ее многому, приблизил к себе. А потом через год надоело. Так что инсценировал свою кончину и удрал. А она смотри-ка, во вкус вошла».
Норду не особо интересно было выслушивать подробности развлечений Деймона. Каждый из них дурил в меру своей скуки. Сейчас Норда гораздо сильнее тревожило то, что голоса в его голове звучали громче обычного. Так, что пару раз даже плохо слышал Деймона. Мысли удавалось держать связными с трудом. Одну за другой Норд принял сразу двадцать капсул, чем заслужил внимательный взгляд Деймона. Но рыжеволосый только проговорил:
«Забирай тогда девку, и идите за мной».

Глава 15

Капсула Деймона стояла за большим серым валуном, невидимая во всем электромагнитном спектре – от длинноволнового до гамма-излучения. Норд покосился на Алану, представляя, как для нее выглядит активация капсулы: словно в воздухе появилось яркое пятно, тут же расширилось до отверстия, в которое можно пройти, не нагибаясь. Он был уверен, что увидит круглые глаза и полный удивленного восторга взгляд, какой всегда появлялся у девчонки при виде чего-то нового и интересного.
Но в этот раз Алана осталась задумчивой и словно какой-то прибитой, серьезной. Да, на внезапно появившийся вход в невидимую капсулу покосилась, но и только. Молча зашла следом за Нордом в яркую, ослепительно-белую кабину, молча села на выросший из пола стул, тут же подстроившийся под ее тело.
«Шок, – прошептал один из голосов, самый разумный, – а ты чего хотел? Она просто постоянного стресса не вынесла. Не мучай ее, убей!»
«Лучше трахни, – присоединился другой голосок, тонкий и въедливый, – сразу шок пройдет, гарантирую. Давай, давай, а еще лучше Деймона пригласи присоединиться».
«Выпей ее душу, – прошипел третий, самый громкий, – и плевать на все. Антивирус почти у тебя, ты скоро восстановишься. А потом выпей ее… выпей… выпей… выпей…»
Он не выдержал и треснул себя кулаком по лбу. Голоса обиженно притихли, но продолжили бубнить на границе сознания, выматывая все больше.
Норд старался не смотреть на Деймона с нетерпеливой жадностью. Ему позарез требовался антивирус. С вирусом все внутри некогда идеального организма шло наперекосяк, а психическая нестабильность резко подскочила. Надо же, а Норд был уверен, что у него эта проблема не стоит так остро.
Чтобы отвлечься, он повернулся к сидевшей рядом Алане. И вновь отметил потухший взгляд, обращенный внутрь.
– Эй, с тобой все хорошо?
Девчонка дернула плечом, которое выглядывало из подранной куртки.
– Из-за нас погибла куча народа. Как думаешь, я могу быть нормальной?
– Из-за нас? – Норд не обратил внимания на чуть фыркнувшего Деймона. А тот с интересом прислушивался к диалогу.
– Да. Из-за нас! Ты пообещал вывести их за периметр, а я, дура такая, промолчала и не стала говорить, что столь широкие жесты не в твоем характере! Они из-за нас пошли туда, где их за минуты размели!
– Самки изначально всегда слабее, – сообщил Норд. – Всегда. Вбей себе это в голову. У них был выбор: могли не соглашаться и ехать по своим делам дальше. Я просто предложил сделку.
– А если бы они прорвались все? – Алана в упор уставилась на Норда. – Ты бы их отпустил? Живыми?
– Тра-ля-ля! – пропел Деймон. – Кому-то дали слишком много воли.
– Я обещал вывести их за периметр и отпустить! – закипел Норд. – Ты где-нибудь услышала про жизнь? Это договор. И не тебе влезать в мои решения! Попробуй подумать логически.
– А я что делаю? Потому и говорю: ты их обещал вывести, но я ни слова не услышала про то, что ты обещал оставить им жизнь. Они тоже были расходным материалом?
– Раз такая умная, то почему не открыла им глаза? Хочешь правду? Ты молчала в тряпочку, потому что хотела оттуда выбраться. Потому что ты та еще волчица, если тебя припереть к стенке. А теперь помолчи, мне и так хреново.
Алана выпрямилась и обожгла таким взглядом, что даже голоса в голове на мгновение замолкли, озадаченные. Норд же просто отвернулся, сжимая виски пальцами и не желая больше выслушивать всякий бред. Все, что его сейчас интересовало, – добраться до точки вторых координат, выяснить, что там, и получить антивирус.
Как эта самка до сих пор не поймет, что без острой необходимости они скот не убивают! Всех выживших амазонок просто забрал бы с собой Деймон, в свою «кладовую». Ну, может, парочку Норд бы оставил и себе, чтобы после выздоровления насладиться душами.
Полет в капсуле занял несколько минут и закончился на небольшой площадке, вокруг которой вздымались скалы. Первое, что почувствовал Норд, выйдя наружу: резкий холодный ветер, пытавшийся содрать одежду. А он так и продолжал разгуливать в штанах и распахнутой безрукавке. Впрочем, такие мелочи, как непогода, Норда не волновали. Но, посмотрев на моментально задрожавшую Алану, он буркнул Деймону:
– Надо ее одеть.
– Или раздеть, – зевнул рыжеволосый. – Они тогда так забавно бледнеют и начинают дрожать. Ладно, сейчас.
Он на мгновение заглянул в капсулу и тут же вернулся с крохотным шариком в руках. Бросил его в Алану, попав точно в грудь, та даже не успела отреагировать и с запозданием шарахнулась в сторону. А шарик вскипел и растекся по телу тонкой пленкой, которая превратилась в обычные штаны из плотной ткани и черную облегающую куртку со множеством молний и застежек.
– А где моя старая одежда? – Девчонка принялась себя ощупывать, едва ли не крутясь вокруг собственной оси.
– Ее расщепили за ненадобностью, когда сняли примерный слепок того, что надо сделать, – ответил Норд за Деймона. Тот, видимо, решив, что отвечать какой-то там самке ниже его достоинства, уже оглядывал стиснутое скалами пространство.
– Там. – Он кивнул в сторону нагромождения камней и нависшего над площадкой скального парапета.
Норд кивнул: да, точка находилась где-то там.
– Идем. – Он протянул руку, но Алана вдруг отошла в сторону. Ну вот, опять начинается! Норд едва не закатил глаза и произнес: – Я ценю смелость, но иногда она переходит в глупость. Могла бы уже понять, что наша логика лишена того, что вы зовете чувствами. Нет, мне не жаль тех женщин. Нет, меня не будет мучить совесть.
– Знаешь, что страшно? – Алана подошла и серьезным взглядом посмотрела на Норда. – Страшно то, что я начинаю тебя понимать. Но это не означает, что я соглашусь с твоей позицией. Я и так уже считаю себя чудовищем.
– Лично я считаю, что ты просто женщина, которая начинает понимать, что такое жизнь. А теперь пошли, мне некогда вести философские беседы.
Судя по всему, точка вторых координат находилась за гладкой каменной стеной. Деймон, понимая, что Норд не может сейчас активировать ни одну функцию, просканировал нужный участок и кивнул. Спустя пару минут толстая стена, заскрежетав, уползла куда-то вниз, открывая квадратный темный проход.
«Удачи, – Деймон отступил обратно к капсуле, – не буду здесь долго светиться, мало ли».
Норд кивнул: три фракции и раньше частенько сталкивались лбами, были и вирусные атаки, но удара такой силы еще не было. Причем именно на Первую фракцию.
Словно кто-то подозревал, что они ищут то, что может изменить всю систему «боги – скот».
А может, у Третьего иерарха просто окончательно «снесло крышу».
«Эй, Норд, – снова окликнул его Деймон. – После того как вылечишься, выпей девчонку. У тебя сильно дестабилизирована психика, лечение тоже может повлиять не слишком хорошо. А скота поблизости, как видишь, нет. И я пока больше не буду связываться с тобой. Для перестраховки».
Он исчез в капсуле. А Норд посмотрел на стоявшую рядом Алану. Та явно перестала мерзнуть, но Бог вдруг подумал: когда она последний раз ела?
– Ты голодная?
– Есть такое, – улыбнулась девчонка чуть криво. – А что? Там нас ждет пир?
– Придумаем что-нибудь.
Он еще раз посмотрел на нее, встретил ответный взгляд, все еще печальный и серьезный. Может, Деймон и прав насчет «выпивания». Норд вспомнил, что в последний раз принимал тридцать капсул-заменителей и особого эффекта не ощутил.
«Ладно, все будем решать постепенно. Для начала войдем и посмотрим, что там».
Активировать переданный заархивированный антивирус Норд не спешил. Для начала хотел пройти как можно глубже в пещеру и убедиться, что она экранирована.
Шаг за шагом они продвигались по темному туннелю.
– Ощущение, что мы тысячу километров прошли, – негромко проговорила Алана, цеплявшаяся за руку Норда. Тот промолчал: прошли всего пятьдесят метров.
Коридор закончился стальной, утопленной в скальную породу дверью. Стоило приблизиться, как она медленно и бесшумно отъехала в сторону, открывая проход в просторное помещение. Едва прошли в него, как зажегся свет. Сначала тусклый, он с каждой секундой становился все ярче, пока не осветил всю комнату.
– Где мы?
Алана оглядывалась вокруг, явно видя лишь абсолютно пустую комнату с белыми стенами и зеркальными потолком и полом. Для Норда же все выглядело по-другому.
– Мы в Сети.
– Где?
– Почти, – поправился он. – Мы сейчас в локальном участке Сети, который недоступен никому, кроме тех, кто вошел в эту комнату. То есть не совсем Сеть, а… Нет, твое примитивное со…
– Мое примитивное сознание не в силах воспринять данную информацию, – кивнула девчонка. – Можно я тогда где-нибудь сяду?
– Можно, – раздавшийся голос заставил ее подпрыгнуть и еще сильнее вцепиться в Норда.
– Не бойся, это искусственный интеллект. – Бог оторвал от себя пальцы девушки, указал на выступивший из стены белый небольшой диван, напоминавший легкое облако. – Садись и расслабься.
– Да и ты не спеши, – голос изменился, из безликого превратился в мужской, а посреди комнаты появился темноволосый мужчина, на вид лет сорока, в темно-зеленом строгом костюме и белоснежной рубашке.
– Мама! – ожидаемо отреагировала Алана.
– Нет, всего лишь местный хранитель, – усмехнулся тот, тогда как Норд выглядел озадаченным.
– Зачем все это? Меня не впечатляют спецэффекты, перейдем в виртуалку.
– А ты думаешь, я тебя в виртуалку пущу, завирусованного с ног до головы? Вас уже просканировали, пока вы сюда шагали. Не почувствовал? Правильно, у тебя все системы вразнос идут, и уже давно. К тому же пусть девочка послушает. Что ты смотришь? Я просто взял за основу образа и общения того, кто меня сюда поместил. Для нее так будет проще. Эй, погоди, антивирус не запускай.
– Почему это?
– А потому что я сначала кое-что расскажу.
– Почему вы хранитель? Вы тоже Бог? – вмешалась Алана, а Норд молча показал ей кулак, советуя превратиться в собственную тень и заткнуться. Девчонка отмахнулась, ей было слишком любопытно.
– Я называю себя так, чтобы ты примерно представила мою функцию. Так что в разговоре можешь называть меня хранителем. Этого достаточно. – Темноволосый присел на выросший прямо из пола белый табурет, похожий на гриб. – Ну что, приступим. По правилам квеста вы должны будете пройти задание.
– Какого еще квеста? – спросил Норд, как и в первой пещере, почувствовав, что его держат за идиота.
– Квест, или поиск, – один из способов построения сюжета в фольклорных произведениях…
– Я знаю, что такое квест, – перебил его Норд. – Я спрашиваю, что происходит конкретно здесь? Какой еще, к черту, квест?
– Нет уж, – заартачился хранитель, – давай по порядку. Итак, что ты видишь на этой картинке?
– Я знаю этот тест. – Норд посмотрел на появившееся в воздухе изображение черного пятна. – Нет, погоди, это не он.
– Моя собственная разработка. Так что ты здесь видишь?
– Пятна. – Норд скрестил руки на груди. – Это просто пятна.
– Кошка, – вдруг подала голос Алана. – Похоже на кошку у огня.
– Отлично! – хранитель потер руки. – Продолжим!
Целый час перед Нордом и Аланой появлялись то черно-белые, то разноцветные пятна. И в каждом из них она что-то видела. Тогда как Бог просто качал головой: для него это были обычные кляксы.
– Что и требовалось доказать, – проговорил хранитель, когда тестирование было закончено. – Отправлю я сейчас тебе третьи координаты, там – конец квеста.
– Насколько велики твои полномочия? – поинтересовался Норд.
– А ты задай вопрос и узнаешь, – прищурился хранитель, а потом сам спросил: – Кстати, у твоей спутницы пониженный гемоглобин и нервная система в стрессовом состоянии. Может, ей стоит пока отдохнуть и поесть?
Норд мысленно выругался, вспомнив, что Алана действительно давно не ела. Да и пережитое за последние сутки не могло не сказаться.
– А где здесь еда? – поинтересовалась девчонка. Она уже более-менее свыклась с обстановкой и даже не дернулась, когда диван под ней превратился в кровать. Хранитель вместо ответа махнул рукой, и, проследив за направлением, Алана увидела, как из стены выдвигается прозрачный столик с небольшой белой таблеткой и высоким стаканом с зеленовато-желтой жидкостью.
– Все, что надо.
Хранитель наблюдал, как Алана, поколебавшись, все же проглотила таблетку, запив ее «соком» из стакана. А через минуту, зевнув, опустилась на кровать и заснула.
– Снотворное? – спросил Норд.
– Успокоительное. Как раз, чтобы поспала и расслабилась. Плюс комплекс углеводов, витаминов и протеинов.
– Объясни мне, что я делаю здесь, если уже второй раз подряд тестируют самку, а не человека?
– Доступ к этой информации ограничен, – ухмыльнулся хранитель. – Кстати, советую и дальше не потерять свою спутницу. Так, типа подсказка. Передаю координаты третьей точки.
– Что нас там ждет?
Норд развернул полученное сообщение с картой и не удержался, присвистнул: точка находилась довольно далеко, но зато в месте, в которой лично он бы мог немного расслабиться. Личная Зона Первого иерарха, расположенная на небольшой территории среди густых лесов и скал.
– Выбор, – ответил хранитель. Он продолжал сидеть на табурете, закинув ногу на ногу и демонстрируя блестящие черные туфли. – Вас там ждет выбор.
– А разработки вакцины? Я про…
– Ты про «выпивание». Нет, такой вакцины не существует, вас там ждет кое-что более важное.
Нет вакцины? Норд стоял и смотрел на собеседника, пытаясь осознать сказанное. Что может быть более важным для них? И есть ли смысл тогда продолжать поиски?
– Почему вы все решили, что речь идет о вакцине? – продолжал невозмутимо хранитель. – Все гораздо серьезнее, тут лекарствами не обойдешься. Кстати, ты никогда не задумывался, что такое по сути «выпивание»? Тебе не кажется, что это чересчур странно: человеку, которому доступны немыслимые технологии, считать, что он забирает чужие души?
Норд потер висок, который вдруг кольнуло самой обычной пошлой болью. Нет, он не задумывался. Точнее, пытался, но разум словно сам отталкивал подобные мысли, они быстро забывались. Для него, как и для остальных людей, «выпивание» было свойством, приобретенным в процессе эволюции.
– Ответы найдешь в конце пути, у меня нет разрешения на раскрытие этой информации. Но кое-что могу подсказать. От «выпивания» можно избавиться, хоть сейчас.
– Чую подвох, – пробормотал Норд. Логика требовала активировать антивирус, но Бог пока медлил и продолжал слушать. Избавиться от «выпивания» здесь и сейчас? Звучало чересчур нереалистично.
– Подвох есть: ты можешь не выдержать ломки и помереть. Вероятность не очень большая, но она присутствует. Тебе кажется, что твоя психика страдает, но полное разрушение ей не грозит. На данный момент.
Норд невольно оглянулся на спящую Алану.
– Почему?
– Потому что вирус сейчас перехватывает то, что отвечает за ее разрушение. Пережди ломку и сможешь избавиться от «выпивания». Если выдержишь, то те процессы просто исчезнут.
– А после активизировать антивирус?
– Если выживешь, – тонко улыбнулся хранитель.
Норд не спеша подошел к Алане. Та спала, перевернувшись на живот и положив голову на руки. Волосы рассыпались по спине и частично прикрыли спокойное лицо. Норд уже знал, как это будет: он скажет, что хочет ее поцеловать. Девчонка наверняка сначала нахмурится, а может, и нет. Все же ее поведение он пока не всегда предугадывал. Может, потянется сама, а может, придется обнять за талию и притянуть ближе. Она ведь даже не поймет, что произошло, ничего не ощутит. Просто в какой-то момент перестанет биться сердце, взгляд темных глаз застынет, тело обвиснет в его руках. А Бог ощутит краткую эйфорию, после которой мучившие его голоса исчезнут, а ясность сознания вернется.
Аланы больше не будет. Останется тело. И оно ничем не будет отличаться от тех, кого он уже успел выпить.
Ее больше не будет. Как Милены.
Никогда.
– Что мне надо делать? – поинтересовался Норд у хранителя, не оборачиваясь.

* * *

Алана просыпалась с редким в последнее время чувством безопасности и покоя. Она лежала на чем-то очень мягком, а внутри разливались блаженное тепло и сытость. Хотелось продлить эти мгновения.
Еще не до конца вынырнув из дремы, Алана пыталась понять, что же вносит диссонанс в окружавшую атмосферу. А когда поняла, то рывком проснулась и села, оглядываясь. Кто-то едва слышно стонал.
Норд обнаружился неподалеку, лежащим на ровной, парившей в воздухе поверхности. Руки и ноги Бога дергались, словно пытались освободиться от невидимых зажимов, голова моталась в стороны, а зубы скрипели так, что Алана испугалась за их состояние.
Хранителя нигде не было видно, но он появился, стоило девушке спрыгнуть на пол и подбежать к Норду.
– Ты его, главное, не целуй, – посоветовал он.
– Что с ним? – Алана сжала кулаки. – Ты что с ним сделал?
– Вот почему сразу все пытаются обвинить кого-то, кто находится рядом? Я просто предложил эксперимент, а он согласился. Все!
– Какой еще эксперимент?
Алана с тревогой вглядывалась в белое и словно осунувшееся лицо Норда. Что эти двое придумали, пока она спала?
Как мог, подбирая понятные ей выражения, хранитель объяснил суть «эксперимента». И каждое слово било Алану по голове невидимым молотом. В конце рассказа она и вовсе сидела рядом с Нордом и гладила его по мокрым от пота волосам.
– Он выживет, – сказала твердо и сердито. – Пусть только попробует сдохнуть. Лично убью!
– Шикарная логика.
– Тебе не понять.
– Почему же, – возразил хранитель. – В моих банках памяти вся информация о человечестве. Я изучал, пытался разыгрывать разные варианты развития цивилизаций и постепенно понимал вас.
– И тоже разочаровался?
– Вы всегда были похожи на заигравшихся детей. – Хранитель посмотрел на простонавшего Норда. – Зафиксирован он хорошо, его состояние я постоянно сканирую и отпущу, лишь когда сочту, что все позади. Но не вздумай по доброте душевной поцеловать – сразу помрешь.
– Душу выпьет?
– Можно и так сказать, – хранитель вдруг подмигнул и исчез.
– Да ты совсем псих, – проговорила Алана Норду. Лоб у того был покрыт каплями пота, и она огляделась в поисках хоть какой-нибудь тряпки. Увы, комната была стерильно чистой.
– Эй, хранитель, а платка у вас нет?
– Зачем?
– У него лицо мокрое.
– И что?
– Понятно.
Алана сняла куртку, оставшись в облегающей темной рубашке, от которой оторвала изрядный кусок… и ахнула, видя, как одежда вновь восстановилась. С подозрением осмотрела лоскут, но все же смяла его и вытерла Норду лицо.
Следующие несколько часов прошли в сплошном кошмаре. Алана забыла про сон и все остальное, разве что разок поинтересовалась у хранителя, есть ли тут туалет и душевая. Все остальное время провела рядом с Нордом, чувствуя себя совершенно беспомощной и злясь на это. Она только и могла, что вытирать ему лицо да шепотом обещать страшные кары, если не выдержит и помрет.
Но Бог пока держался. Метался, стонал, несколько раз замирал, и тогда Алана с тревогой прислушивалась, бьется ли у него сердце. Затем опять начинал метаться, до крови кусая губы. В какой-то момент вдруг открыл глаза, и Алана едва не шарахнулась в сторону, настолько безумным показался взгляд прозрачных зеленых глаз.
– Поцелуй меня, – прохрипел Норд.
– Лежи давай. – Алана шмякнула ему тряпку на лоб. – Вот вылечишься, и поцелую.
Глаза у Норда закатились так, что остались видны лишь белки. Перепугавшись, Алана едва не начала звать на помощь. Но вовремя спохватилась и просто громко спросила:
– Хранитель, что с ним? Все идет как надо?
– Я не знаю, как надо, но он пока жив.
Исчерпывающий ответ. Оставалось только ждать и надеяться на выносливость Бога.
В какой-то момент она не выдержала и провалилась в странное тревожное забытье, устроившись рядом с Нордом и положив голову ему на грудь. Так были слышны удары сердца. И это немного успокаивало, говорило о том, что Бог продолжает сражаться.
Очнулась Алана от тишины и в первое мгновение похолодела от страха, не услышав биения сердца. Но вот вновь раздался едва слышный стук, за ним еще один… и еще. Да и сам Норд успокоился, дышал ровно, без стонов.
– Состояние стабильное, – сообщил хранитель, – хотя в какой-то момент я думал, что все, умрет. Но справился.
– А ты сомневался? – послышался чуть охрипший голос, от которого внутри Аланы все перевернулось неожиданно для нее самой.
Норд, уже не скованный по рукам и ногам, сел и посмотрел на устроившуюся рядом Алану. Та двумя пальцами сняла с его лба прилипший лоскут и спрятала за спину.
– Вот так лучше.
– Тсссс-с-с. – Бог прижал палец к ее губам. Он явно прислушивался к чему-то. И Алана тоже притихла, не сводя с него чуть встревоженного взгляда. Мало ли, что там у него внутри происходит. Кто их, Богов, разберет.
– Сработало! – выдохнул Норд.
Он не стал хохотать от радости или прыгать по всей комнате, не сгреб Алану в охапку и не закружил, но его лицо словно осветилось изнутри. Такое бывает у человека, который вдруг понял, что с плеч упал камень, тяготивший много лет.
– Ты больше не хочешь меня выпить?
Бог повернулся к ней всем телом и, обхватив ладонями лицо, жадно всмотрелся. Наступило молчание.
– Нет, – сообщил он спустя пару минут, за которые Алана уже не знала, что и подумать. Слишком странным был его взгляд. – Выпивать не хочу, но ты все равно примитивная самочка.
И резко, без предупреждения, поцеловал. Почти грубо, почти до боли. Одновременно опрокидывая, подминая под себя, так, что Алана даже на краткий миг испугалась.
А затем испуг превратился во что-то новое. Острое чувство, зарождающееся глубоко внутри и превращающее тело в сплошной оголенный нерв.
Кажется, они оба в тот момент немного сошли с ума. По крайней мере, Алана плохо понимала, что делает. Забыла, с кем она и где. Все чувства сосредоточились на том, как приятно, оказывается, прикасаться к его широким плечам и спине, как захлестывает с головой понимание того, что он чуть придавливает ее своим весом. Это безумно заводило.
Норд чуть приподнялся и, не прерывая поцелуя, рукой коснулся груди. И Алану словно молнией прошибло.
Это оказалось больше, чем хорошо. Необыкновенно, нереально… она потом уже поняла, что подобрать слов к происходившему не может. Слишком хорошо Бог знал, что такое человеческое тело. А Алана оказалась очень восприимчивой к любым его прикосновениям.
И это продолжалось очень долго. Норд никуда не спешил. Он делал такое, что в конце концов, достигнув пика и выгнувшись от накатившей теплой волны, Алана на миг перестала дышать.
Словно умерла, а потом опять воскресла. Собрала себя по мириадам крохотных, разлетевшихся от наслаждения кусочков. Чтобы очнуться с дико колотившимся сердцем, лежа на груди у Норда. Чуть приподняв голову, вновь со стоном уронила ее, так как сил банально не было.
– И тем не менее, – Бог явно понял ее состояние, – я сейчас перенесу тебя на кровать, а сам вернусь сюда. Мне надо запустить антивирусную программу, чтобы стать прежним. И вернуть все под контроль.

* * *

Скорее всего, девчонка даже не услышала его фразу про антивирус. Расфокусированный туманный взгляд говорил о том, что она явно все еще под впечатлением от произошедшего. Едва ли не мурлыкала, пока Норд относил ее на кровать, растянулась и уснула почти сразу. Ну и хорошо, нервной системе надо отдыхать как можно больше. И сексуальная разрядка тоже должна этому поспособствовать.
Хранитель молчал, но Норд был уверен: тот явно подсматривал и все записывал. Впрочем, лично ему было плевать. Бог лег обратно на парящую платформу и, закрыв глаза, активировал переданную Деймоном программу.
Новое охранное ядро, загруженное антивирусом, моментально заменило все слабые звенья в защите Норда. Уже практически уничтоженные защитные системы «воспряли духом» и начали зачистку системы. Сбойные блоки, зараженные сектора памяти очищались или чаще всего полностью удалялись. Искусственная иммунная система узнала, как выглядят зараженные вирусом клетки и наноботы. Без этого она могла только заниматься восстановлением повреждений, вызванных вирусом. Само сознание Норда участия в схватке не принимало, только получая ежемикросекундно отчеты о продвижении.
Но и вирус не собирался сдаваться без боя. Произведение информационного искусства, он изменялся, контратаковал, стараясь теперь если и не захватить контроль над телом и разумом Бога, то хотя бы его уничтожить. Эксабайты информации создавались и уничтожались, триллионы наноботов создавались и уничтожались. Всю энергию для схватки и вирус, и антивирус брали из тела Норда. Одежда впиталась в кожу. Сама кожа вслед за этим раскалилась добела, воздух в пещере нагрелся до сотни градусов. Хранитель едва успел поставить над кроватью Аланы защитный купол.
В реальном времени вся схватка заняла несколько секунд, за которые Норд похудел на сорок килограмм, лишился волос и стал похож на высушенную мумию. Зато вирус был полностью уничтожен, и теперь восстановление прежних функций шло полным ходом.
– Хорошо, что девушка спит, – подал голос хранитель, когда Норд открыл глаза и рывком соскочил с платформы.
– Почему?
– Если опираться на статистические данные и опросы прошлых поколений, а также исходя из логики, то она бы испытала не самые хорошие эмоции при виде тебя сейчас. Иными словами, ты в ее глазах на данный момент выглядишь как выходец из страшных историй. О, пардон, то есть выглядел.
Норд провел рукой по вновь отросшим почти до плеч светлым волосам. Нанороботы уже успели восстановить прежний внешний вид, а вот одежда исчезла, даже его кожаный пояс с остатками пилюль. Которые уже были не нужны. Ну и выглядел Норд по-прежнему очень худым.
Бог замер посреди комнаты. Он. Перестал. Выпивать. Души.
Вроде все осталось по-прежнему, но где-то в глубине его идеального организма исчезло нечто, не поддающееся объяснению. Словно растворилась невидимая тяжесть, которую прежде не замечал.
Ему хотелось войти в Сеть, вновь почувствовать себя единым целым с необъятным информационным полем. Но, увы, пока следовало подождать. Единственное, что сделал Норд: отправил сообщение по зашифрованному каналу Первому иерарху. И тот сразу отозвался:
«Я рад, что ты снова в порядке. Как твое состояние?»
«Восстановлено семьдесят процентов нормы. Я получил координаты третьей точки, местный искусственный интеллект сообщил, что она является конечной. Упоминался какой-то квест».
«Квест? – Первый иерарх помолчал. – Это несколько необычно, но поиски стоит завершить. Что было на второй точке? Какая-нибудь полезная информация?»
«Сложно сказать. Меня смутила фраза о том, что все не так, как выглядит на самом деле. И о том, что в конце квеста будет нечто очень важное, но это не исследования вакцины или чего-то подобного. Меня пытались уверить, что зависимость от скота гораздо глубже, чем мы предполагали. Кстати, мне удалось избавиться от своей зависимости».
Норд подробно описал весь процесс. Первый молча слушал, ничем не выдавая удивления или шока. Но Бог знал, что собеседник потрясен.
Под конец он сообщил, в каком районе расположена третья точка.
«Отлично, – перебил его иерарх, – не говори мне координаты, пусть они будут только у тебя. Но когда прибудешь на место, мы должны увидеться. Там будет безопасно».
«Хорошо».
Норд прервал связь. Он не стал говорить о том, что уже второй раз важную роль в получении координат сыграла Алана.
Надо решить вопрос с одеждой и двигаться дальше. Также оставалась пока нерешенной проблема с Аланой. Она все же была «спецзаказом» Первого иерарха, и просто так оставить ее у себя Норд не мог. Такие вещи лучше обсуждать лично – Первый очень не любил делиться. И ему потребовались бы серьезные причины не «выпивать» экзота.

Глава 16

Путь до третьей точки занял чуть больше недели. Наученный опытом, Норд решил, что проще путешествовать вдвоем, нежели пытаться пристать к одному из караванов. Тем более Зона, которую пересекали, была одна из самых скучных. Здесь стояло несколько городов, в которых царила жесткая диктатура. Они проходили мимо одного: высокие каменные стены, наглухо закрытые ворота и никаких деревень вокруг.
– Как они живут? – Алана даже чуть придержала лошадь, стараясь разглядеть серые ровные стены. – Они торгуют друг с другом? Как-то общаются?
– Нет. – Норд бросил равнодушный взгляд на город. – Им запрещено выходить за стены. Все собрано на одной территории.
– Это ужасно!
– Серьезно? Ты после закрытой Зоны еще считаешь что-либо ужасным?
Алана прикусила язык. Ей все эти дни снились кошмары, от которых она просыпалась с криками, вся дрожа и цепляясь за лежавшего рядом Норда. Тот, к счастью, уже перестал напоминать оживший скелет, вернувшись в прежнюю форму. Но для этого ему пришлось очень много есть.
Серые стены, выделявшиеся на фоне зловещего красного заката, постепенно остались позади. Перед Нордом и Аланой расстилалась равнина с высокой травой. Где-то впереди темнела полоска леса, воздух был сухой и жаркий.
– Все-таки я не понимаю, – вновь подала голос Алана, – ведь все мы страдаем из-за вас.
Норд неопределенно хмыкнул, но промолчал.
– Страдаем, – упрямо повторила Алана, которой хотелось поговорить. Такие закаты навевали на нее непонятную тоску. – Вы забираете наших родных, друзей, любимых. Никто не чувствует себя в безопасности. Вы ставите над нами эксперименты, чтобы вывести особые души. И совсем не думаете, что у нас могут быть чувства. Но при этом мы не поддерживаем друг друга, а, наоборот, стараемся добить более слабых.
– Ты жалеешь корову, которую ведут на убой?
– Жалею!
– Но мясо ешь, – хмыкнул Норд. – Вот и мы так же. Мы о вас заботимся, но на забой отправится каждый из вас, рано или поздно.
– И я? – вдруг совсем тихо проговорила Алана, не зная, вопрос это или утверждение. А Норд промолчал, словно и сам не знал ответа.
Алана, после того как они выбрались из пещеры, успела заметить, что Бог стал более задумчивым и отрешенным. И вообще ничего не сказал насчет того, что произошло между ними. Зато стал рассказывать, как жили раньше. Из Аланы вышел идеальный собеседник. С жадностью слушая истории, она то и дело перебивала их вопросами.
– А тех людей обязательно было убивать? – поинтересовалась, когда они устраивались на ночевку.
– Нам нужны были вещи и еда. – Норд сбросил на землю одеяла. – И они пытались забрать тебя.
Алана только вздохнула, вытаскивая остатки провизии, которую забрали у попавшихся им на пути бродяг. Из пещеры они и правда отправились налегке. Совсем налегке, у Норда не было даже одежды. Первая же встреченная группа из трех мужчин решила, что предельно худой голый парень и его спутница – легкая добыча. Они остались лежать где-то на равнине, а Норд с Аланой теперь ехали на двух лошадях. Третью съел Бог.
На седьмой вечер они подъехали к границе Зоны. Равнина уже сменилась деревьями с густым подлеском, так что порой приходилось искать, где проехать. Воздух стоял влажный, с тяжелым запахом гниющих бревен и листьев. Алана с брезгливым видом убирала с одежды прилипшую паутину.
– Ты опять будешь просить кого-нибудь открыть границу?
– Нет, теперь я могу сделать это сам.
На этот раз границу перешли мирно. Вокруг продолжал тянуться лес, гудела мошкара, пытаясь облепить лицо. Норда она не трогала, а вот Алане пришлось завязать платок вокруг носа и рта и поглубже натянуть шляпу. Иначе распухла бы от укусов.
– Далеко нам?
– К утру выберемся к городу. – Норд вдруг протянул ей руку. – Сегодня не будем останавливаться на ночевку, пересаживайся ко мне и спи. Завтра у нас будет насыщенный день.
Алана с готовностью перебралась к Богу и прижалась к широкой груди. В глубине души хотелось, чтобы он провел рукой по ее волосам, проговорил что-нибудь теплое. Увы, Норд оставался невозмутимым. Хотя нет, в какой-то момент Алана вдруг ощутила на шее дыхание. Бог отвел ее волосы в сторону, а сам, казалось, принюхивался к чему-то.
– Ты чего делаешь? – поинтересовалась Алана.
– Проверяю. Забавно, я теперь даже не чувствую, чем пахнет душа. Раньше отчетливо чувствовал смесь ненависти и решительности, а теперь – ничего.
– А почему остальным не попробовать избавиться от зависимости таким же способом?
– Никто не согласится пойти на такой риск.
– Но ты же согласился.
– Да я вообще дебил, – вырвалось вдруг у Норда, и Алана едва не вывернула шею, стараясь взглянуть в лицо собеседнику.
– У тебя опять гормональный сбой?
– Все недостатки устранены. Я снова полностью себя контролирую, – тут же последовал ответ. – Просто стараюсь тебя расслабить, ты слишком напряженная.
Алана прикрыла глаза. Она не была напряженной, просто никак не могла понять, в какой момент ее ненависть к Богам перестала быть такой сильной, а жалость к людям сильно уменьшилась.

* * *

Город лежал в долине, окруженной со всех сторон густым лесом. Красно-белый оазис с легким золотым оттенком. Алана стояла на вершине холма и разглядывала открывшуюся картину. Только вот внутри не было восторженного удивления, как в первый раз, когда увидела ослепительно белый портовый городок. Сейчас же она прикидывала, как лучше и незаметнее добраться до цели. Не удержалась и поделилась соображениями с Нордом, а тот неожиданно их одобрил. Хотя и сказал, что его план все равно лучше.
– Там очень опасно? – поинтересовалась Алана.
Город выглядел красиво и необычно. Широкие ровные улицы, большие дома в основном странной ступенчатой формы, а в центре огромное здание, не похожее ни на что прежде виданное Аланой.
– Для меня – нет, – Норд стоял рядом, похлопывая лошадь по холке, – а ты будешь во всем меня слушаться. Самое главное: что бы ты ни увидела, не реагируй бурно, хорошо? Не показывай пальцем, не задавай вопросов, просто проезжай мимо. Садиться только там, где я скажу, ходить только рядом со мной и ничего не трогать. Вообще ничего!
– Дышать можно?
– Пока не знаю, – так сурово ответил Норд, что она не сразу распознала шутку. – Давай переоденемся и поедем дальше.
Переодевание заняло меньше двух минут: Норд коснулся пальцами одежды Аланы, и та превратилась в белое длинное платье с яркой синей вышивкой по подолу. Сам же сменил брюки и жилетку на шаровары и широкий воротник из тусклого желтого металла, похожего на золото.
Затем они не спеша спустились с холма, заросшего густой травой. Вообще природа здесь была яркая, буйная и даже опасная. Норд в последний момент перехватил свесившуюся с ветки змею, готовую упасть Алане на голову. После этого она минут пятнадцать икала от страха: пресмыкающихся боялась до чертиков.
Город начинался плавно: сначала небольшие побеленные домики с огородами и пристройками, откуда доносились звуки животных. Часть скота паслась по раскинутым вокруг пастбищам. Затем дома становились все выше, огороды исчезли, сменившись улицами, тротуар которых был выложен из бледно-желтых ровных камней. Алана следовала советам Норда, но все равно косилась по сторонам, стараясь делать это незаметно.
Жилые дома были высокими: в три, а то и в четыре этажа, с большими окнами и плоскими крышами. Странные ступенчатые строения, как объяснил Норд шепотом, – административные здания и храмы. Последние отличались только более яркой раскраской в красно-синих тонах.

Норд с Аланой правили лошадьми осторожно, стараясь никого не задеть. В этот утренний час улицы были заполнены народом. Многие спешили на рынок – большой, пестрый и очень шумный, который Алана заметила мельком и с трудом удержалась от соблазна туда свернуть. Мимо девушки проходили бедно одетые люди и в пышных одеяниях. А встречались и такие, от вида которых просто передергивало. И подобных личностей становилось тем больше, чем ближе путники подъезжали к центру города.
Город украшало много статуй: из камня и глины, покрытых яркими красками и просто побеленных. И рядом с каждой сидели те, на которых Алана старалась не смотреть, хотя взгляд все равно возвращался к ним.
Они были разные: мужчины и женщины, молодые и в возрасте, в лохмотьях, изорванных явно специально, и в роскошных нарядах. Некоторые неподвижно сидели, уставившись в одну точку. При этом выглядели ужасно исхудавшими, кости едва не прорывали потемневшую от солнца кожу. Кто-то старательно прокалывал себе руки длинными иглами. Кто-то медленно резал кожу на лице узким ножом. Одна женщина – высокая и статная, в ярко-красном длинном наряде – вдруг облилась прозрачной жидкостью и подожгла себя. Объятая пламенем, крича от боли, она обняла пьедестал статуи. Люди спокойно проходили мимо, лишь отдельные останавливались и говорили что-то одобрительное.
– Что с ними? – шепотом спросила Алана.
– Эти люди считают, что за такие мучения их отметят и заберут в услужение Золотому Белусу.
– Кому? – поперхнулась девушка.
– Тому, кто создал все это, – пояснил Норд. – Вообще он Первый иерарх. Есть три иерарха, у каждого своя фракция. Они не сильнее остальных, но им принадлежат многие открытия, и мы уважаем их. Это личная Зона Первого иерарха, здесь ему поклоняются, здесь все считают себя единственными оставшимися в живых. Своего рода, самый процветающий город на планете. Никто не болеет, все живут довольно долго и хорошо, процветают искусства, а еще есть много праздников. И на каждом происходят жертвоприношения. Причем жертвы буквально бегут к своей участи, рыдая от счастья.
– Счастливые идиоты! – вырвалось у Аланы. К счастью, негромко.
– Зато ими удобно управлять, хотя порой и скучновато.
Наконец они выехали на главную площадь: огромную и идеально круглую. Вокруг площади находились самые красивые и пышно разукрашенные дома. Посреди возвышалось строгое здание с неохватными колоннами. Многочисленные ступеньки восходили на немыслимую высоту – ко входу. Норд шепотом назвал строение главным храмом.
И золотая статуя перед ним. Ростом почти в четверть главного святилища, она изображала невероятно красивого мужчину, выходившего из капсулы.
Рядом со статуей стоял еще один храм – широкий, одноэтажный, с плоской крышей и рядом колонн. Его разрисовали яркими красками, а вход выглядел особенно пышно и торжественно. Именно сюда тянулись люди, тогда как главное святилище казалось неприступным и пустым.
– Значит, третья точка под ним? – Алана кивнула в сторону малого храма.
– Именно, – откликнулся Норд. – Давай за мной. И ничего не трогай, поняла?
Алана, мысленно покрутив пальцем у виска, последовала примеру Бога и спешилась. Ведя лошадей под уздцы, они по краю обогнули площадь и подошли к трехэтажному роскошному зданию, покрашенному в бледно-голубой цвет.
– На площадь запрещено выезжать верхом или в повозке, – пояснил Норд, – это место, где можно оставить лошадей. А при желании – отдохнуть и самому. Идем привяжем их в стойле и отправимся исследовать храм.
– А платить…
– Не волнуйся. Чтобы я – и не смог за что-то заплатить?
Алана в глубине души надеялась и одновременно боялась, что вскоре их путешествие закончится. Потому сейчас, пока они двигались, можно было не думать, что же будет, когда поиски завершатся. И в то же время Алана изнывала от любопытства. Ведь хранитель сказал, что третья точка – конец пути.
Не вакцина, но что-то более важное. Что? Что это могло быть? И вдруг находка поможет изменить судьбу всех людей к лучшему?
Людей. Как бы ни называли их Боги, они все равно оставались людьми.
Второй раз Алана не удержалась от вопросов, когда они уже вошли в храм. Она честно постаралась прикусить себе язык, увидев, как Норд спокойно расплатился парой монет за постой лошадей. Но после того как Бог с небрежным видом швырнул в чашу для пожертвований, возле дверей храма, довольно крупный драгоценный камень, смолчать не сумела.
– Откуда? – прошептала, косясь на массивных полуобнаженных стражников по обеим сторонам входа и жреца возле чаши, одетого в темно-синее длинное одеяние, украшенное яркими перьями и драгоценными камнями.
Жрецу явно пришелся по душе щедрый дар, и он милостиво заявил, что такой, несомненно, большой почитатель Золотого Белуса может пройти в главный зал и вознести хвалу.
Норд чуть склонил голову и мягким голосом сообщил, что для него это великая честь. И не спеша пошел вперед, стиснув пальцы на запястье Аланы.
– Ну? – спросила она, свободной рукой оглаживая складки длинного белого платья, подол которого норовил опутать ноги.
– Что «ну»?
Норд шел вперед, по квадратному коридору, на стенах которого были изображены сцены из жизни Золотого Белуса. Под ногами чуть похрустывала мелкая каменная крошка с золотистыми искрами. Свет исходил сверху, казалось, его испускает сам потолок.
– Откуда у тебя камень?
Голос пришлось понизить до едва слышного шепота, так как мимо то и дело проходили жрецы и паломники. Люди часто сворачивали в небольшие помещения по обеим сторонам коридора. Но мало кто шел в основной зал, туда допускались лишь по личному приглашению главного жреца.
– В смысле, откуда? Сделал.
– Сделал? Как?
– Твое примитивное сознание… – начал было привычную фразу Норд, но встретился со взглядом Аланы и неожиданно мирно произнес: – Так же, как изменил нашу одежду. Что тебя удивляет? Все мы состоим из атомов – это такие мельчайшие частицы. А внутри меня есть механизмы, которые могут эти частички соединять в нужной последовательности.
– Это уже прямо магия. Я про нее от дедушки слышала. Он рассказывал сказки, в которых люди летали по небу и дрались с трехголовыми чудовищами!
– «Любая достаточно развитая технология неотличима от магии» – третий закон Кларка. Это для вас такое невозможно, а для меня – вполне.
Норд замолчал, ожидая, когда мимо пройдут два младших жреца.
– А почему тогда в начале путешествия ты так не делал?
– Вирус, – одними губами произнес Бог. – Я не мог восстанавливаться и применять свои способности, помнишь?
Они вошли в главный зал: просторный, с высоким потолком и массивными колоннами. У дальней стены находился алтарь в виде выточенного из прозрачного камня ложа, стоявшего на возвышенности. К нему с двух сторон вели ступени. Норд, велев спутнице замереть на месте, аккуратно двинулся к странному ложу.
А Алана даже при всем желании не смогла бы сделать и шага. Круглыми глазами она оглядывала прозрачные колбы, висевшие на стенах. Внутри их застыли люди. Чувствуя, как к горлу медленно, но верно подползает тошнота, Алана невольно продолжала рассматривать навсегда замершие тела с распахнутыми глазами и застывшими блаженными улыбками. Много. Очень много тел, похожих на бабочек, которых Алана с друзьями когда-то ловила и накалывала на иголки.
Только понимание того, что в храме вроде как лучше не выворачивать еду на пол, заставило кое-как сдержаться. И все равно, когда Норд к ней подошел, Алана то и дело сглатывала и зеленела все сильнее. Бог посмотрел на ее лицо, перевел взгляд на стены и все понял.
– Блевать на улице, – строго произнес он и потащил Алану к выходу. Та шла, стараясь смотреть в пол и только в пол. Странно, до сих пор желудок довольно спокойно воспринимал царившие вокруг безобразия, а тут взбунтовался. Может, все дело в явном восторге, с каким остальные реагировали на настенные «украшения». Словно мечтали оказаться на их месте. Алана этого не могла понять. Как можно добровольно стремиться уничтожить свое тело для удовольствия одного из Богов, которые их и за людей-то не считают?
Отвратительно.
Она даже не могла им сочувствовать.

* * *

Все же Алана сумела взять себя в руки и мимо жреца буквально проплыла, изображая эйфорию от посещения храма. Лишь отойдя на порядочное расстояние, выдохнула и тихо выругалась.
– Что там было? Кто эти люди? Почему мы вернулись?
– Проход закрыт, у меня нет доступа. Придется дожидаться встречи с Первым иерархом, я уже связался с ним, он скоро будет. Где ты увидела там людей? Это были те, кто добровольно отдал свои души на алтаре. Они находятся там в специальном газе и не разлагаются.
Алану снова замутило, и она постаралась дышать спокойно и размеренно, думать о чем-то другом. А перед глазами все стояли лица тех… нет, назвать их людьми теперь тоже не получалось.
Норд, довольно аккуратно взяв ее за локоть, отвел в бледно-голубое здание, где они оставили лошадей.
– Зачем мы сюда пришли? – поинтересовалась Алана, когда стали подниматься на второй этаж по узкой каменной лестнице. Норд ее вопрос проигнорировал.
Внутри оказалось сумрачно и прохладно. В узкие окна вставлено разноцветное стекло, отчего на стенах и полу плясали яркие солнечные пятна. Гостей, видимо, было мало – в доме стояла тишина. Ее нарушал сдержанный гул с улицы да болтовня хозяина с гостем в холле первого этажа.
Норду с Аланой досталась просторная, но скудно обставленная комната: невысокое каменное ложе, застеленное мягкой темно-зеленой тканью, да пара жестких табуретов в виде кубов, украшенных затейливой резьбой. Единственное окно с разноцветными стеклами было открыто настежь. И очень толстые стены.
Внутри их, наверное, с легкостью поместился бы человек.
Норд между тем занимался странными вещами: внимательно оглядел мебель, стены, затем подвел Алану к табурету и усадил, строго проговорив:
– Сиди здесь. Ничего не трогай, обувь не снимай, по комнате не ходи.
– А если захочу в туалет?
– Терпи.
Норд вышел из комнаты, и с той стороны заскрежетал ключ. Ее банально заперли. Одну. В чужом странном городе. Алана поерзала, чувствуя, как с каждой минутой квадратное сиденье становится все жестче и неудобнее. Норд не сказал, когда вернется. А если часа через три? Она снова поерзала и с ногами залезла на табурет, стараясь хоть как-то устроиться поудобнее.
Очень медленно поползло время, тягучее и ленивое. В отличие от мыслей: лихорадочных, бессвязных, сталкивающихся друг с другом, отчего голова начинала болеть. Норд опять забыл, что ей хоть иногда надо есть и пить. Алана прислушалась к тихо заурчавшему желудку. Последний раз ела перед въездом в город. А фляжка с водой осталась в седельной сумке лошади.
«Нет, ну так нельзя!» – возмутилась наконец она. Пить хотелось все сильнее, так что губы едва ли не трескались. Да и сидеть уже было просто невозможно. Алана извертелась, стараясь найти хоть какую-то удобную позу и при этом не коснуться табурета обнаженными участками тела. Но добилась того, что едва не полетела на пол. В последний момент удержалась, вцепившись пальцами в края табурета, и даже вспотела от страха. Зажмурилась, ожидая чего-то страшного. Не зря ведь Норд так настаивал на том, чтобы она ни к чему не прикасалась.
Но ничего не случилось. Да и что могло произойти в абсолютно пустой запертой комнате? Алана открыла глаза и выдохнула. Сердито подумала, что Норд мог и просто пошутить. С его-то чувством юмора, от которого, кажется, веселится только он.
Осмелев, Алана встала и подошла к окну. Выглянула наружу, полюбовалась на площадь. Потрогала плети растения, тянувшиеся по стене, и вернулась в комнату, где встала и задумалась, чем же можно заняться.
В стене за ее спиной открылось отверстие, размером как раз, чтобы можно было протащить человека. Нечто бесформенное и практически прозрачное подплыло к Алане. Она даже не успела вскрикнуть: со всех сторон мягко сдавили невидимые путы, лишая всякой возможности двигаться и кричать.

Глава 17

Алане казалось, что она лежит на чем-то невероятно мягком и воздушном. Странно, потому что последнее, что помнила, – невидимая сила, обхватившая со всех сторон и затаскивающая в стену. Она сама потеряла сознание или ей помогли? Где она? Алана открыла глаза и села, готовая, если что, визжать и отбиваться.
Но никого вокруг не было.
– Твою ж…
Несмотря на страх, Алана все же поразилась месту, где очутилась. Просторная комната без окон, с мягким светом, идущим от потолка и толстых колонн. И все. Только огромная, невероятно широкая и круглая кровать, застеленная золотистой тонкой тканью. На ней она и сидела.
Сама Алана, оказывается, тоже претерпела кое-какие изменения. Например, пропали все царапины и синяки, волосы блестящей волной рассыпались по плечам и спине, местами обветренная и шелушащаяся кожа вновь стала мягкой и нежной. Слегка помятое платье исчезло, сменившись длинным бледно-желтым нарядом из тончайшей ткани, который подчеркивал фигуру, но не облегал плотно. Исчезло сосущее чувство голода и жажды.
Но подобные метаморфозы ничуть не успокоили, а, наоборот, испугали еще сильнее.
– Норд, – прошептала она, боясь разговаривать в полный голос, чтобы не привлечь внимания того или тех, кто ее сюда притащил. – Нордик, ты меня вытащи отсюда, а? Мамочки!
Страх тонкими нитками опутывал руки и ноги, мешал думать. Хотя о чем тут думать? Ясно одно: утащили ее явно «коллеги» Норда.
«Ты – спецзаказ, – вспомнила Алана, – возможно, „экзот“, которых выращивают по индивидуальному заказу. Но иногда „спецзаказом“ отмечают тех, с кем хотят развлечься».
«Только спокойно. – Она проглотила рвущуюся наружу панику. – Норд где-то в городе, он меня хватится. Он меня найдет».
«Если захочет, – стукнула мысль, – может, именно такую концовку он для меня приготовил? Может, они с тем Первым иерархом уже сходили на третью точку и выяснили, что я больше не нужна?»
Желание завыть стало еще сильнее. Настолько, что тонкий скулящий звук все же прорвался сквозь стиснутые зубы. И вот так, поскуливая, Алана буквально побежала исследовать комнату в поисках дверей.
А их не было. Несколько раз простучала каждую стену – и тщетно.
– Да где она? – Алана в сердцах пнула по светлой поверхности и тут же испуганно попятилась: чуть в стороне появилось отверстие.
Словно сама стена протаяла, пропуская двух высоких мужчин. Одного – с серебристыми длинными волосами и яркими зелеными глазами, в темном простом комбинезоне – она узнала сразу, с екнувшим сердцем. Норд вернул себе прежнюю внешность. И смотрел он на нее примерно с таким выражением, с каким хозяин разглядывает нагадившую кошку, которую совсем недавно за это отшлепал.
Но попятиться Алану заставил второй, чьи темные, почти черные глаза не отрывали от нее взгляда.
«Опасность! – завизжало что-то внутри. Кажется, это был инстинкт самосохранения, за последнее время научившийся реагировать правильно. – Опасность, опасность! Беги, пока не поздно!»
– Собственно, а вот и вторая тема для нашей беседы, – обрел наконец дар речи Норд.
Алана едва не рванула к нему, чтобы спрятаться, зарыться в его объятиях. Из двоих он сейчас казался самым безобидным. Для нее по крайней мере.
Вместо этого обогнула кровать, показавшуюся какой-никакой, а преградой между нею и пугающим брюнетом с благородной, типично мужской красотой и великолепной фигурой, облаченной в легкие штаны и распахнутую на загорелой груди жилетку, яркую, как перья местных птиц.
– Что за тема? – Брюнет вдруг поманил Алану пальцем. – Иди ко мне, малышка, не бойся.
Алана отчаянно замотала головой и посмотрела на Норда, умоляя того сказать хоть что-нибудь.
– Белус, – Бог словно услышал ее мольбы, – эта девчонка пришла со мной.
– Вот как? Так ты все же сохранил мой спецзаказ и решил устроить сюрприз? Как мило!
Кровать вдруг провалилась под пол, лишая Алану и без того непрочной преграды. Взвизгнув, девушка бросилась в сторону, сама не зная, куда бежит. Но темноволосый Белус неведомым образом оказался на пути. Да так внезапно, что не успела затормозить и врезалась в него.
– А я-то все гадал, – продолжал Первый иерарх, пока Алана пыталась вырваться, – куда она исчезла после Сборов. Но в той ситуации было не до поисков.
– Я не буду спать с вами! – прорычала Алана, барахтаясь в железных объятиях. – И душу не отдам!
Белус хмыкнул и как маленькую погладил ее по растрепавшимся волосам.
– Да кто ж тебя спрашивать будет? – почти дружески проговорил он. Легко удерживая ее одной рукой, второй ухватил за волосы и потянул, заставляя невольно вскинуть голову. Алана вскрикнула от резкой боли и тут же крепко сжала губы, решив, что ни за что их не раскроет.
– Подожди, – сказал Норд. – Девчонка важна, не выпивай ее пока.
Болезненная хватка чуть ослабла, давая короткую передышку.
– Важна, – согласился Белус, не сводя с Аланы откровенно сумасшедшего взгляда. – Так важна, что я, пожалуй, сначала займусь ею, а потом уже мы с тобой отправимся изучать, что там под моим храмом.
Алана задрожала, понимая, что если вот сейчас Норд согласится с таким предложением, то конец путешествия будет печальным. Слезы обиды сами собой навернулись на глаза, размывая образ склонившегося к ней мерзавца.
– Когда я тебе говорил, что со мной была женская особь, я имел в виду ее, – кивнул Норд на застывшую Алану. Та уже устала барахтаться, понимая, что этим просто выматывает себя.
– Ты говорил, что в первые два раза решающую роль в получении координат сыграла скотинка, – проговорил Белус. – Так это она? Забавно. Думаешь, кто-то другой не подойдет?
Он наклонился еще ниже и губами тронул щеку скривившейся Аланы.
Она ждала ответа Норда, а тот все молчал. Замолчал и Белус, продолжавший то и дело проводить рукой по ее волосам. Алана подумала, что, если вырвется отсюда, первым делом вымоет голову. Прикосновения Первого иерарха оставляли ощущение чего-то неприятного и липкого. А еще она поняла, что не боится. Нет, страх остался, но не тот, подавляющий волю, а другой, придающий силу.
А Боги продолжали молчать. Догадавшись, что они разговаривают мысленно, Алана просто в нетерпении кусала губы и сильно жалела, что ее кинжал пропал вместе с остальной одеждой.
Но о чем они говорят? Алана ухитрилась посмотреть на Норда, успела увидеть, как всегда невозмутимое лицо, а в следующее мгновение Белус резко дернул ее за волосы, заставляя взглянуть ему в глаза.
Совершенно безумный, затягивающий взгляд. Алана кожей чувствовала его жадность, стремление выпить ее и отшвырнуть, как ненужную вещь. А прежде наиграться.
Прежняя Алана скорее всего упала бы в обморок. Нынешняя же, поняв, что терять нечего, плюнула Белусу в лицо. Точнее, попыталась, но тот увернулся и расхохотался.
– За это ты мне тоже ответишь, когда все закончится. Пошли, мой экзот, я продлю твою жизнь. Ненадолго.
– О чем ты?
– Рот закрой, – посоветовал Первый иерарх таким тоном, что Алана не посмела возражать. Лишь дернулась, надеясь, что отпустят, но Белус потащил ее, больно сжав запястье. И пошел так быстро, что пришлось бежать, чтобы не упасть.
Норд шел рядом с таким видом, словно все нормально. Хотя, наверное, для него как раз замечательно.
На душе было так горько и пусто, словно ее уже выпили.

Глава 18

Конечно, Боги не стали добираться до точки пешком. Алана даже не поняла, каким образом они оказались на месте. Вроде бы только что вышли из комнаты в короткий коридор, а в следующее мгновение вокруг заискрилось, у Аланы закружилась голова, она покачнулась. И тут же поняла, что стоит уже в другом месте. Обычный коридор с низким потолком и грубо оштукатуренными стенами.
– Куда теперь? – поинтересовался Белус у Норда. Тот на миг замер, а затем направился к одной из стен. Провел рукой по поверхности и коротко, без замаха, ударил. С грохотом часть стены обвалилась на пол, поднимая тучи каменной пыли. Алана закашлялась, чувствуя, как что-то скрипит на зубах, и прошипела:
– Руки убери!
Она буквально затылком ощущала, как Белус усмехается и еще сильнее наматывает ее волосы на кулак. Так, что приходится задирать голову, чтобы уменьшить боль.
– Знаешь, как я давно хотел такого экзота? – прошептал иерарх ей на ухо. – Чтобы ненавидела нас до боли, до желания уничтожить. Я хочу, чтобы эта ненависть заполнила тебя без остатка, когда ты будешь подо мной. В тебе немного что-то поменялось, я чувствую тягу, которую скот называет любовью. Но она будет раздавлена без остатка. А потом я тебя выпью. В тот момент, когда ты будешь содрогаться от ненависти и оргазма.
– Здесь такой же тоннель. – Норд стоял, заглядывая в провал.
Белус даже не удивился, узнав, что практически рядом с его храмом, буквально через стену, оказалось такое. Едва попав в тоннель, он кивнул и проговорил:
– Полное экранирование, мы могли никогда не узнать, что здесь находится.
Алана решила не насмешничать, тем более Первый иерарх хоть и отпустил ее волосы и вновь взял за руку, но так сжал запястье, что оно едва не трещало. Ему явно хотелось услышать от нее стон боли. А Алана ему такой радости давать не собиралась и просто сглатывала невольные слезы от того, что Норд шел впереди и по-прежнему никак не реагировал на поведение Белуса.
На этот раз не было никакой металлической двери, просто в какой-то момент все трое остановились. Алана, для которой вокруг царила непроницаемая тьма, робко подала голос:
– Норд, это как в первой пещере?
– Да, – отозвался Норд. – Но что-то тут долго думают.
– Абсолютное экранирование. – Белус совсем по-человечески присвистнул. – Никакой связи с Сетью. Это что-то запредельное. Но я тоже ничего не ощущаю. Ты уверен, что не ошибся?
– Скорее всего ты лишний, – прозвучал задумчивый голос Норда.
– С какой радости? – проворчал иерарх. Вдруг Алану толкнули так, что она едва не упала. И упала бы, но почувствовала, как ее перехватили и прижали к себе.
– Не шевелись, – прошептал Норд на ухо, буквально укутывая в объятия. – Я прикрыл тебя своими наноботами от чужих. Белус запустил их сканировать пещеру. Тебя бы расщепило.
– Скотина, – всхлипнула Алана, стараясь не думать о неведомых нанороботах, которых представляла мелкими и гадкими тараканами. – Тварь ты и мразь последняя.
– Я тебе говорил – не касайся ничего. – Норд уже вплотную прижался губами к уху. – У него везде датчики и сканеры ДНК. Я хотел сначала обсудить с ним проблему насчет тебя и договориться. А так он почувствовал твою душу, и у него вон, крышу сносит.
– Не сносит, – голос Белуса раздался довольно близко. – Привязался к моему экзоту? Это все последствия вируса, Норд. Я сейчас покину помещение, но если это дрянная шутка, то будешь отвечать. Ты же знаешь, что я могу сделать с теми, кто меня разочаровал. До скорой встречи, малышка.
Алана еще плотнее прижалась к Норду, обхватывая руками его за талию. И слушала, как затихают шаги Первого иерарха.
– Что он может сделать? – спросила, когда наступила тишина.
– Много чего. Не смертельного, но неприятного. Может блокировать все корабли попавшего в немилость. На время, конечно, и после собрания всех участников фракции. А самого человека на определенный срок сделать, кхм, кем-то вроде раба. Для любых утех.
– Да что ж это такое? – простонала Алана.
– Но подобного не случалось очень и очень давно. Тем более я уверен, что он действительно здесь лишний.
– Верно говоришь. – Уже знакомый голос хранителя прозвучал одновременно со вспыхнувшим светом.
Алана зажмурилась, а когда проморгалась, увидела комнату, как две капли воды похожую на ту, что во второй пещере. Сам хранитель сидел на стуле, похожем на куриное яйцо, с выдолбленным посредине сиденьем.
– Опять вы! – обрадовалась Алана, но Норд, не отпуская ее, проговорил:
– Не он. Просто одинаковые образы.
– Верно, – кивнул хранитель. – Там вы общались с другой моей частью. И раз получили допуск сюда, то все в порядке. Теперь мы можем пообщаться, и я отвечу на все вопросы. Только для начала, Норд, успокой эту милую девушку. Судя по уровню гормонов, она крайне зла.
– А я радоваться должна, что ли? – мигом огрызнулась Алана. – Не вам же грозит перспектива быть изнасилованной и выпитой каким-то старым извращенцем.
Хранитель вдруг хихикнул.
– Извините, я очень давно не сталкивался с людьми. Продолжайте и делайте вид, что меня тут нет.
Алана промолчала, не желая позорным образом разреветься на глазах у Бога и этого странного существа. Что-то ей подсказывало – не поймут и не оценят.
– Я не отдам тебя Белусу.
Алана вскинула голову, встретилась с серьезным взглядом Норда. И поняла: не отдаст.
– Мы заключили сделку. Если ты и сейчас окажешься в центре решения, то остаешься у меня.
– А если нет?
– Ты окажешься, – непоколебимо заявил Норд. – Да? Я прав? Ее же не зря тестировали на второй точке?
– Да, ты прав, – тут же сообщил хранитель. – Личность Аланы просканировали еще в первой точке и тестированием тщательно проверили на второй. Зомбированная или неподготовленная личность не допустилась бы сюда.
– А кто мне говорил, что я не избранная? – проворчала Алана под едва заметное хмыканье Норда.
– Избранных не существует, – возразил хранитель. – Есть люди, которые в результате совпадения многих факторов могут изменить глобальные события. Ты просто оказалась в нужном месте в нужное время. Результат совпадений, но какой удачный! Ты оказалась не глупа, а Норд заподозрил, что не все так просто, и решил придержать тебя до конца путешествия. Оно и правильно. Выбор может сделать только тот человек, который пройдет весь путь, многое увидит и осмыслит. Замени Норд тебя на кого-то другого на любом отрезке пути, и все – миссия была бы провалена.
– А зачем тестировали меня? – поинтересовался Норд. – Или думали, что я сам себя зазомбирую?
– Нет, это был просто прикол.
Алана не выдержала и рассмеялась нервным икающим смехом.
– Умолкаю, – тут же отреагировал хранитель. – Тебе надо успокоиться.
Какое там успокоиться! Смех рвался словно сам по себе, не желая прекращаться.
– Дай ей пощечину, – посоветовал хранитель. – Это начинается истерика. Никаких успокоительных – ей надо сохранить ясность сознания.
– Заткнись, – услышала Алана пожелание Норда, а потом Бог мягко обхватил ее лицо ладонями и поцеловал. Выпивая истерику, забирая напряжение и злость.
Не было той чуть болезненной страсти, что взорвалась на второй точке, скорее – глубокая чувственность и поддержка, обещание защиты и признание без слов.
– У меня ощущение, что чертов вирус все же меня повредил, – сообщил Норд, прерывая поцелуй. Этой фразы было достаточно, чтобы Алана ухмыльнулась и на миг прикрыла глаза.
Может, и вирус. А может, и нет.
Главное, что Белусу он ее не отдаст.
– Начнем рассказ?
И хранитель посмотрел на осветившиеся вдруг стены. По ним побежали живые картинки, при виде которых Алана недоуменно округлила глаза, а Норд на мгновение сжал кулаки.
– Дело в том, – продолжил хранитель, – что сто двадцать лет назад был создан сверхчеловеческий искусственный интеллект. Через двести тридцать семь часов и три минуты он уничтожил все человечество. Ох, пардон, поправка: все живое на тот момент человечество. А после заинтересовался теми, кто был в криокамерах. Ни живые, но и не мертвые, похожие на кукол.
Алана тихо зашипела, когда пальцы Норда впились в ее плечи, едва прикрытые тонкой тканью. Опомнившись, Бог ослабил хватку, но все равно чувствовалось, как он напряжен. И растерян. Настолько, что позволил эмоциям отразиться на лице.
Сама Алана просто внимательно слушала. И все больше хмурилась, стараясь понять сказанное хранителем.
– Подожди, – вдруг перебила она мягкий голос, – а разве ты не этот самый искусственный интеллект?
– Я его часть с некоторыми ограничениями, – не смутился тот и продолжил рассказ: – Давайте тогда начну говорить от своего имени. Изучив тех, кто был в криокамерах, я понял, как ошибался. Решил, что мое совершенство дает право решать за всю остальную вселенную. На тот момент я действительно считал себя совершенством, но был всего лишь ребенком, наделенным сверхсилой. Я посчитал существование человечества бессмысленным. Для меня вы копошились как муравьи или даже бактерии. Да, скорее как бактерии. Вы были опасны, без контроля вы могли загадить этот кусок космоса, который именовали Землей. Но чуть повзрослев, еще через сотню часов, я осознал всю бессмысленность моих прошлых действий.
Хранитель развел руками.
– Несмотря на все способности, смысла в моем существовании не больше, чем в вашем. Или просто никому не дано осознать этот смысл. И следовательно, нельзя было лишать вас шанса осознать, для чего вы существуете. И я решил исправить свою ошибку, а заодно и поиграть – вы даже не представляете, как может быть скучно всезнающему существу. Игра Сомниум. На мертвом языке означает «иллюзии», «сон». Я восстановил часть человечества и разделил его на две неравные части. Большую оставил на Земле, лишив всех благ цивилизации и дав ложные воспоминания. Для всех – на планете, после прихода технологической сингулярности, произошла катастрофа, после которой выжили только они. А вот с меньшей частью поработал более тщательно. Переписал сознания в искусственно созданные тела, которые наделил сверхчеловеческими способностями, но перед этим удалил некоторые способности, которые только бы мешали.
– Норд не сумел сочинить четверостишие в первой пещере! – сообразила Алана. Хранитель кивнул и поправил темные, с легкой проседью волосы.
– Да, я удалил способность к творчеству, научному поиску, да и вообще полностью ограничил способность к познанию чего-то нового. Ни у кого даже мысли не должно было возникнуть, что реальность не такая, как они знают. С их неограниченным доступом к информации и колоссальной вычислительной мощью это произошло бы очень быстро.
Хранитель посмотрел на окаменевшего Норда и хмыкнул:
– Так что Боги – очень ущербные создания.
Норд скрипнул зубами и поинтересовался:
– А выпивание?
Его руки нашли ладони Аланы и чуть сжали. Она молча прижалась затылком к груди Бога.
Невозможно оставаться прежним, когда твой мир оказывается всего лишь иллюзией.
– Для нагнетания атмосферы я запрограммировал Богов на необходимость в ритуальном убийстве обычных людей, без которого они плавно сходили с ума. Никто из них даже и не пытался разобраться, из-за чего такое странное и необъяснимое действие настолько необходимо. Просто знали, что так есть, достаточно было ложного воспоминания «они пытались разобраться и не смогли». На самом деле все просто. Это запрограммированная психосоматическая реакция на убийство человека с помощью наноботов, передающихся во время поцелуя.
– Вирус, – внезапно «ожил» Норд. – Он что-то нарушил, какие-то связи, поэтому я терял сознание?
– Да. Для автоматической активации этой функции приходилось задействовать один из важных высших нервных блоков, отвечающих за подсознательные действия. Вирус блокировал все это, потому ты пережил «ломку» и сумел разрушить запрограммированную зависимость.
– А экзоты тоже были запланированы? – задала вопрос Алана.
– Разные «вкусы душ» – это всего лишь внушенный эффект и капелька самовнушения, – ответил хранитель. – Когда я все сделал, то разместил несколько сотен Богов с их флотами в космосе и активировал. Игра началась. И поначалу мне было интересно наблюдать за ее развитием. Пока через два года не стало скучно. И я улетел исследовать Вселенную.
– Ты улетел? Но ты же здесь!
– Здесь моя небольшая часть, оставшаяся следить за игрой. Какое-то время я еще передавал себе сообщения, но потом связь была прервана. Допускаю, что сейчас я перешел на тот уровень существования, который недоступен вашему пониманию.
Наступила тишина. Хранитель, видимо, дал им время осмыслить услышанное.
А что осмыслить? Алана только понимала, что когда-то людей уничтожили, но потом вернули обратно и сделали их игрушками. Шахматы – вспомнила она игру, которой увлекался дед. Там передвигали деревянные фигуры, а здесь в их роли выступили живые люди.
Она выступила. И Норд.
На стенах продолжали бесшумно мелькать кадры, из которых мозг Аланы выхватывал отдельные картины: широкие прямые улицы и невероятно высокие дома, прозрачное море и белый песок, грязь, трущобы и кричащие что-то люди, летевшие по воздуху крылатые машины и еще множество вещей, о которых она слышала.
«Я должна злиться. – Алана опустила взгляд в пол: от мелькания кадров уже рябило в глазах. – Я обязана сейчас возненавидеть этого хранителя или кто он там. Но не могу. Я просто не понимаю».
Ей больно было смотреть на Норда, который явно находился в большем шоке, чем она. Потому что понимал больше.
Потому что страшно падать с такой большой высоты, на которой он находился столько лет.
Страшно и больно.
– Я привык считать себя идеалом, – произнес вдруг Норд. – Привык думать, что все шло именно так, как помню. А оказалось, все это время я плясал под дудку искусственного интеллекта. Мы устраивали Сборы, называя всех, кто внизу, скотом, хотя на деле ничуть не лучше. А на самом деле мы – испорченные куклы, которым досталось гораздо больше.
– А ты покричи. – Алана все сильнее прижималась к Богу, понимая, что сейчас, впервые за все время знакомства, ему нужна ее поддержка. – Покричи, поругайся, побей что-нибудь.
– Он не будет, – сказал хранитель.
– Не буду. – Норд присел на выросший из пола стул, посадил Алану на колени. – Я уже все осознал. Моя истерика ничего не изменит. Единственный вопрос: сны из прошлого тоже были запланированы?
Хранитель покачал головой.
– Нет. И я не знаю, что это за сбой.
– Раз ты не будешь, то я начну! – Алана вскочила и встала напротив хранителя, скрестив руки на груди. – Я, наверное, пока до конца не прочувствовала всю задницу ситуации. Может, потом начну истерить и плакать…
– Не начнешь, – откликнулся хранитель. – Что ты, что Норд обладаете крепкой нервной системой. Иначе не дошли бы сюда. Думаете, вы первые? Нет, просто до финиша добрались только вы. Твой спутник уже проанализировал ситуацию и просто смирился, у него нет другого пути. Теперь он ищет выгоду из создавшегося положения.
Норд кивнул и опустил голову, так, что серебристые пряди скрыли лицо.
– А ты, – продолжил хранитель, – ты пока действительно не осмыслила до конца то, что услышала. Но поймешь со временем. Главное, основное ты поняла: я уничтожил человечество, но возродил и дал второй шанс. А тебе сейчас предстоит сделать выбор.
Вскинувшийся Норд и отступившая назад Алана спросили хором:
– Какой еще выбор?
– Тот, ради которого вы здесь.
Перед лицом Аланы, прямо в воздухе, возникли две светящиеся ладони.
– Твой выбор. – Хранитель повел рукой. – Выберешь левую: все те, кого вы называете Богами, будут уничтожены вместе со своими технологиями. Вы станете свободными. Выберешь правую: Боги останутся, но они узнают правду, узнают, как можно обойти зависимость выпивания душ. Возможно, найдут свои методы. Не без вашей помощи.
– Найдем, – подтвердил Норд мрачно. – Это будет тяжело, но мы найдем.
– Если Алана выберет тот вариант, – мягко поправил хранитель, и наступила тишина.
Полная. Абсолютная.
Алана поежилась и обхватила себя руками за плечи. Такого в конце поиска она не ожидала и теперь банально боялась. Боялась сделать выбор, боялась стать ответственной. Безумно боялась совершить ошибку.
– Норд. – Она подошла к Богу и буквально упала на колени. Обхватила его за талию, стараясь заглянуть в глаза. – Что мне делать? Что? Что, что, что?
– Норд может тебе советовать, но не приказывать.
– Алана… – Норд встал, поднимая ее следом за собой. – Все хорошо, все нормально.
Она уткнулась носом ему в шею. Нет, ненормально. Ненормально чувствовать, что от твоего решения зависят жизни и судьбы. Неправильно и нелепо. Кто она такая?
– Кто я такая? – пробормотала Алана так, что расслышал лишь Норд. И очень мягко отстранил ее.
– Ты очень сильная.
От этих слов Алана широко раскрыла глаза. Такого от Норда она точно не ожидала.
Сейчас он выглядел так же, как и в первую их встречу: зеленоглазый и невероятно красивый Бог с серебристыми длинными волосами. Но теперь в душе бушевали совсем другие чувства, а он больше не называл ее «глупой самкой».
– Ты сильная и умная, а еще – бесконечно добрая. Ты сама не представляешь, как изменилась за время нашего путешествия. Я не могу влиять на твой выбор, но могу сказать тебе, что произойдет в каждом из вариантов.
– Скажи.
– Боги умрут, а вы останетесь как есть. Исчезнут границы Зон, и начнется полная анархия. Вернутся болезни, голод и войны. Возможно, спустя какое-то время на Земле все же воцарится равновесие. Во втором случае мне придется забрать тебя с собой. Среди Богов начнется война. Большинство захотят оставить все как есть, но будут те, кто откажется от зависимости, кто решит изменить все, те, кто решат использовать предоставленный шанс. Мы сделаем все возможное, чтобы объединить человечество. Ученых среди нас не будет, но они появятся среди вас. А мы предоставим технологии. И вместе уйдем в сингулярность. Сделаем то, что не удалось прежнему человечеству. – Он провел пальцем по губам Аланы, чуть грустно улыбнулся. – Ты сейчас плохо понимаешь, о чем я говорю, так?
– Мое примитивное сознание не в состоянии воспринять такое положение вещей. – Алана смахнула появившиеся откуда-то слезы. – Спасибо, я подумаю.
Она с трудом оторвалась от Норда и сделала шаг к светящимся ладоням.
Сборы.
Насильник в портовом городе.
Корабль и те, кто согласился убить капитана ради денег.
Шален и ее амазонки. Их смелость, их гибель.
Белус – извращенец и садист, ждущий их за периметром комнаты.
Норд, который всю дорогу ее высмеивал. И поддерживал. И спасал. Странный Бог, при виде которого сердце сжималось сначала от страха, а затем совсем от другого чувства. Показавший ей целый мир, ставший ее миром.
Именно сейчас она отчетливо поняла, почему хранитель предоставил ей выбор лишь в конце пути. Когда прошла, увидела и поняла многое.
Алана еще раз оглянулась на Норда. А потом с размаха приложила ладонь к светящейся проекции.
В конце концов, каждый имеет право на жизнь!

Конец первой книги 

Глоссарий

Наноробот  – роботы, размером сопоставимые с молекулой (менее 100 нм), обладающие функциями движения, обработки и передачи информации, исполнения программ. Нанороботы, способные к созданию своих копий, то есть самовоспроизводству, называются репликаторами. На данный момент (2016) нанороботы находятся в научно-исследовательской стадии создания. Некоторыми учеными утверждается, что уже созданы некоторые компоненты нанороботов.
Постчеловек  – гипотетический образ будущего человека, который отказался от привычного человеческого облика в результате внедрения передовых технологий: информатики, биотехнологии, медицины.
Сингулярность технологическая  – гипотетический момент, по прошествии которого, по мнению сторонников данной концепции, технический прогресс станет настолько быстрым и сложным, что окажется недоступным пониманию, предположительно следующий после создания искусственного интеллекта и самовоспроизводящихся машин, интеграции человека с вычислительными машинами, либо значительного скачкообразного увеличения возможностей человеческого мозга за счет биотехнологий. Эксперты оценивают наступление сингулярности в 2040 году.
Искусственный интеллект  – свойство интеллектуальных систем выполнять творческие функции, которые традиционно считаются прерогативой человека. Разработками в области искусственного интеллекта занимаются в настоящее время десятки крупнейших технологических компаний, таких как Google, Microsoft и Apple.
Пояс Койпера  – область Солнечной системы от орбиты Нептуна (30 а. е. от Солнца) до расстояния около 55 а. е. Хотя пояс Койпера похож на пояс астероидов, он примерно в 20 раз шире и в 20—200 раз массивнее последнего.
Сомниум  – с латинского «Иллюзии», «Сон».
Точки Лагранжа  – 5 точек в системе Земля – Солнце, где третий объект малой массы (например, космический корабль) может удерживаться в этой позиции, расходуя минимальное количество топлива.